Тебе не сбежать
Шрифт:
— Отвали от меня! Оставь меня в покое!
Не успела далеко убежать как была схвачена им, после чего меня довольно болезненно встряхнули как тряпичную куклуу, как мешок.
— Я могу объяснить! Дай мне пять минут, черт тебя дери! Успокойся!
— Пошел ты! Понял?! Я тебя ненавижу! — попыталась вырваться из его рук, но он держал крепко.
— Донцова, успокойся. Ты слишком накручиваешь ситуацию, Ты все не так поняла….
— О чем ты говоришь….? — я плакала от обиды и никак не могла остановить поток этих слез.
Тардашевски
Он встряхнул меня с силой, и я болезненно застонала.
— Думаешь мне легко ждать эти три дня? М? Я каждую чертову минуту трахаю тебя, у себя в голове. Беру тебя в разных извращенных позах. Трахаю, трахаю, трахаю! Ты думаешь я железный быть с тобой все время и не иметь возможности вставить в тебя свой член?! — снова встряхивает меня и делает это болезненно. — У меня от тебя крышу рвет, Донцова! Понимаешь ты это или нет?!
Он был зол и выглядел пугающе. Но моя обида добавляла адреналина в кровь и я тоже могла наговорить ему гадостей и толкнуть.
— И поэтому ты решил трахнуть Машку?! Ты просто чудовище, Тардашевски!
— Я могу трахать кого захочу, поняла?! Я тебе ничего не обещал! Я заплатил деньги за твое согласие, Донцова, не забыла?!
У меня от злости лицо пошло пятнами….
— Ах вот ты как заговорил….
Я хотела отойти от него и отвернуться, но он не позволил мне этого, перехватив за талию, и крепко прижимая к себе.
— Но я не спал с ней Лиза, слышишь? Даже не собирался. Мы просто болтали и всё. Это был обычный треп, не более того….
Я ничего не ответила.
— Я ведь хочу быть только с тобой, Лиза. Всегда. Я бы не решился на подобное, никогда. Просто решил проучить эту идиотку, показать как низко она пала предлагая мне себя вот так.
Он стал нежно покрывать мое лицо поцелуями, а мне стало от этого противно и мерзко, я толкала его и била в грудь кулаками.
— Отпусти! Я найду деньги и все тебе верну! Не трогай меня своими мерзкими руками, Тардашевски!
— Лиза….
— Нет! Отстань! — я изловчилась и смогла ударить его ногой между ног. Он зашипел, сгибаясь пополам, но меня так и не отпустил.
— Идиотка! Где ты собираешься найти миллион у. е, а?. Ни хера ты их не найдешь….- он шипел, еще сильнее сжимая меня в своих руках, до болезненности и синяков. — Не делай себе еще хуже, Донцова, поняла? Я ведь могу перестать быть таким добреньким и понимающим. Могу стать плохим. Ты не захочешь увидеть как я злюсь, Лиза, поверь мне….
— Да пошел ты….
Глава 11
— Эй, ну и куда ты идёшь….?Слышь….? Донцова, твою мать!
Тардашевски не спешит со мной расставаться и хватая за рукав, насильно волочит обратно в сторону футкорта на первом этаже. Там остались наши вещи, и наверное он хочет попрощаться с Ярыгиным,
Так я думаю, пока он тащит меня на первый этаж, но по факту, происходит совершенно противоположное…..
На все мои возмущенные возгласы, он реагирует молчанием и хмурым выражением лица. Злится, и сильно сжимает мое плечо. Вот таким неприятным способом я оказываюсь в итоге, на сиденье его машины, пристегнутая ремнем безопасности, и естественно закрытая на внутренний замок внутри.
Сам он также молча, уходит обратно в ТЦ.
— Сволочь…..- злюсь на него неимоверно. Такой Тардашевски меня пугает до невозможности. Он и в хорошем своим настроении довольно непредсказуем и слишком вспыльчив, а теперь когда он закрылся от меня, даже не отвечает когда прошу отпустить моё плечо, ведь мне же и правда больно, страх перед тем, что он может сделать что-то страшное, усилился в разы, и стал более реальным.
Гребанный Тардашевски!
Я почему-то убеждена, что он и правда довольно опасен, и слова о том, что мне лучше не знать его плохого — это не просто слова. Знаю что с таким человеком как Тардашевски лучше всегда дружить, ведь войну с ним я проиграю и это факт.
Но обида, она на то и обида, что заставляет меня творить всякие глупости…..
Тардашевски возвращается в машину, где-то минут через десять. За это время я успеваю несколько раз садануть стекло его машины, чуть ли не до трещин, продумать все вероятные исходы того что может произойти со мной, если Тардашевски в ближайшее время не появится на парковке.
Но к счастью, он возвращается быстро.
Молча садится за руль машины и также молча и невозмутимо спокойно заводит ее мотор. Трогается.
Тардашевски стал поворачиваться назад, чтобы проверить помеху сзади и по бокам, и при этом он лишь мельком глянул на меня.
Я с ним не разговаривала тоже. Просто сидела насупившись. Гневалась.
— Куда ты меня везешь? — мой голос был какой-то глухой, подхрипловатый. Я и сама не понимала отчего у меня такой голос.
Тардашевски ничего не ответил, только сильнее сжимал руль. Его лицо заострилось и напряглось. Костяшки рук побелели, видимо оттого что он сильнее сжал баранку авто.
— Выпусти меня сейчас же, слышишь?!
Мне хотелось закричать и врезать Тардашевски чем-нибудь потяжелее. Так и не терпелось сбить с его физиономии этой невозмутимый настрой. Он по-моему охерел. Я же не вещь! Как он смеет вообще, так бесцеремонно меня хватать и затаскивать в машину как барахло.
Я стала дергать ручку двери, в бесцельных попытках выбраться из машины на ходу. Сама не понимаю что я хотела этим добиться, или что доказать хотела, но Тардашевски только криво усмехнулся, отчего он начал казаться мне еще опаснее и загадочней. Другой бы на его месте постарался бы меня приструнить как-то.