Тебе не сбежать

Икс Ирина

— Ох, Николас не знаю…..

— Он попросил тебя, держаться от меня подальше, да? — Николас смотрел на меня выжидающе, и взгляд его был трогательным и доверчивым, впервые не выглядел опасным.

— Нет. Этого он как раз не говорил….

— Нет? — Тардашевски поднял одну бровь. — Тогда, может скажешь, почему ты вдруг стала такой колючей, Лиза? Что опять не так?

Я мялась, не зная что сказать.

— Лиза….- он прижал меня к себе, хотя и сопротивлялась, но это было больше по привычке, чем потому что это действительно было нужно. — Слушай….Когда говорил, что не отпущу тебя больше, я ведь

не шутил. Я и правда, сделаю все что нужно, чтобы ты была моей, Донцова, уясни….

— Николас….

— Поехали в банк. Пока ты тут мнешься, твоя любимая бабушка там умирает.

Его голос в минуту стал серьезным. А мне наоборот, захотелось психануть, оттолкнуть его, сказать что самого Тардашевски, дела моей семьи вообще касаться не должны.

Что он о себе возомнил? Думает если будет давить, используя сложившуюся ситуацию против меня как рычаг, то он сильно ошибается. Я ему не кукла.

— Я никуда не поеду.

— Лиза не глупи….

— Отстань от меня Тардашевски!

Я собралась гордо уйти, с поднятой головой, когда почувствовала его руки на своей талии, а потом они резко подняли меня вверх, в воздух. Глазом моргнуть не успела, как Тардашевски потащил меня куда-то в сторону лестницы, которая как раз была тут недалеко.

— Эй, вы куда? — моя сестра, которая молча наблюдала за нашей перепалкой с Тардашевски, все же решила вмешаться, и пошла за парнем, пока он нес, сопротивляющуюся меня по лестнице вниз.

— Просто побеседуем с твоей сестрой, Алена. — Николас на минуту остановился, чтобы с ней объясниться. — Не ходи за нами, Окей?. Едь домой с Зайцем. Передай ему что я чуть позже наберу.

— Хорошо….- растерянно сказала сестра. За нами она действительно решила не ходить.

Мне нужно было кричать и вырываться, ведь тогда бы Тардашевски возможно отпустил меня на землю, но я была так воспитана, что боялась привлекать к себе слишком много лишнего внимания, ведь мы были сейчас в больнице. Тут недалеко был приемный покой. Шуметь было глупо. Думаю этим он и воспользовался, когда притащил меня в какое-то подсобное помещение, в котором как мне кажется, мог переодеваться низший медицинский персонал и студенты.

Тут стояли узкие лавочки, а в углу валялись странные баулы, очень сильно напоминающие матрасы, старого образца. Кроме этого, были двери в закрытые помещения. Стояли несколько каталок, прикрытые замызганными тканями. Были еще носилки. И больше ничего и не было.

— Что за….? Куда ты меня притащил? — Тардашевски наконец поставил меня на пол, а я рассматривала эту небогатую обстановку. Здесь был сильно приглушенный свет, и чтобы рассмотреть детали, приходилось сильно щуриться, но даже это не сильно помогало.

— Туда где нам никто не помешает. — голос парня был решительным. Он на меня наступал, причем делал это как-то странно. Как будто бы подталкивал меня к тем баулам, которые были сгруппированы в углу стопочкой. Ведь если я отступала в другую сторону, подальше от них, он сразу поворачивался то влево то вправо, как бы регулируя этим мои передвижения в помещении.

— Николас послушай…..Это уже ни в какие рамки….

— Ага. — он снова не дал мне возможности поднырнуть под его рукой.

— Что ты делаешь? Ты меня пугаешь….

— Пугаю? — он странно рассмеялся. —

Неужели тебя возможно напугать?

— Николас…. — я наткнулась на эти матрасы, и чуть не завалилась назад, поскольку они как бы подставили мне подножку. Там просто выделялся один конец, который уткнулся в лодыжку.

— Хватит болтать….- он в минуту оказался рядом. Сразу же ухватил пальцами мое лицо, и его уже знакомые губы, сразу завладели моими губами и ртом. Следом за этим действием я почувствовала в своем рту его язык.

Тардашевски целовал долго и уверенно. Все мои протесты, выражавшиеся только в попытках его оттолкнуть, так или иначе оканчивались фиаско. Мне неприятно осознавать этот факт, но целоваться с Тардашевски всегда было очень приятно и я в нем растворялась как сахар в молоке. Наконец, прекратила толкать его в грудь, и уже сама обвила руками его шею, прижимаясь ближе.

После этого Тардашевски расслабился. Я почувствовала как его руки исследуют грудь. Все что делал этот парень, было мне приятным. Я не знаю, как у него получалось настолько хорошо чувствовать меня, но каждое его движение, каждый поцелуй и даже просто поглаживание кожи, сопровождалось мягким вздохом с моей стороны.

Я хотела его чувствовать. Я хотела быть с ним. Может потом я об этом пожалею, конечно, но сейчас меня более чем все устраивало.

Тардашевски просто меня целовал и поглаживал грудь. В отличии от прошлых поползновений, он не заходил дальше, и даже не опускал руки ниже живота, но еще не смотря на это, я была сильно возбуждена. Я чувствовала что трусики снова намокли. Внизу живота стянулся непонятный тяж, и мое дыхание было просто неприлично громким и свистящим. Думаю это было обусловлено тем, в какой ситуации мы сейчас оказались с Тардашевски. Я всегда была правильной девочкой, и уединяться с парнем в этом темном, незнакомом углу было так волнующе опасно, что мне хотелось от него большего….

— Николас….- я застонала, когда Тардашевски поймал губами напряженный сосок. — Так нельзя….Здесь наверняка кто-то ходит….вдруг нас увидят….ах….

Тардашевски мягко укусил за сосок.

— Николас пожалуйста….

Тардашевски отстал от груди и снова начал целовать губы. Они уже болели от его напора, и я стонала теперь не только от наслаждения, но еще и от боли.

— Поехали а банк….- прохрипел Тардашевски, отстраняясь от рта, давая возможность наконец отдышаться.

В этот раз я не могла ему отказать. Это был единственный вариант остановить эту чувственную вакханалию, и поэтому неважно было что он мне предлагал, я бы сейчас согласилась на что угодно.

— Хорошо….Хорошо, поехали….

Дальше все было как в тумане. Мой поплывший мозг, который сейчас думал о чем угодно, но только не о делах, не мог соображать логически, и вместо того, чтобы не дать ему делать то что он задумал, я молчаливо соглашалась на его незамысловатый план.

Мы взяли реквизиты в бухгалтерии. После этого пошли в банк, и заплатили за операцию моей бабушке. Все это время Тардашевски был сильно напряжен. Он держал меня за руку, практически не отпуская. А когда мы уже были в банке, вообще, сорвался на какого-то сотрудника, и только из-за того, что тот делает все слишком медленно.