Тайный час
Шрифт:
Она вздохнула. Оказывается, все это может здорово наскучить.
Довольно скоро она услышала странные звуки.
Это был очень тихий стук, едва слышный даже в абсолютной тишине. Джессика сразу подумала о лапах пантеры и вскочила с кровати.
Она схватила «Юриспруденцию», звякнула лежавшими в кармане «Всеобъемлющим» и «Сверхпоспешно», дабы убедиться, что они на месте. Оттуда, где стояла ее кровать, Джессика не слишком хорошо видела через окно улицу, но подойти к любому из окон ближе боялась. Она стала осторожно двигаться по комнате, пытаясь
По дорожке, ведущей к входной двери, двигался темный силуэт. Джессика попятилась назад и крепче сжала в руке автомобильную антенну. Рекс и Десс обещали, что здесь ей ничто не будет грозить. Они сказали, что она теперь знает вполне достаточно для того, чтобы суметь защитить себя.
А вдруг они ошиблись? Она стояла, прижавшись спиной к двери. Ей чудилось, что гигантская кошка проскальзывает в парадную дверь, крадучись движется по коридорам и подбирается к ней сзади. И Джессика тут же решила, что вряд ли тринадцать кнопок, воткнутых в деревянную дверь, смогут стать солидным препятствием для могучих мышц пантеры.
Звуки снаружи стихли. А тот, кто издавал эти звуки, где он? Еще там? Надо было посмотреть. Джессика опустилась на четвереньки и поползла по полу вдоль стены, и ползла, пока не поравнялась с окном. Там она села на пол и старательно прислушалась. Ей показалось, будто абсолютная тишина издает равномерный гул. Примерно такой звук слышишь, когда прижимаешь к уху морскую раковину.
Она вытянула шею, чтобы осторожно выглянуть из-за края подоконника.
И увидела прямо перед собой лицо. Джессика отпрыгнула назад и так размахнулась «Юриспруденцией», что задела антенной стекло. Пятясь, она стала отползать от окна и в конце концов стукнулась спиной о край кровати. Окно приоткрылось.
– Все нормально, Джессика. Это я, - послышался голос.
Выставив перед собой автомобильную антенну, будто шпагу, Джессика оторопело заморгала. Она пыталась соединить между собой знакомый голос и лицо, которое успела увидеть лишь мельком. Через несколько секунд голос и лицо соединились. А с узнаванием пришла волна радости и удивления.
Это был Джонатан.
Джонатан сидел на подоконнике. Похоже, спрыгивать внутрь ему пока не очень хотелось. Наверное, он думал, что Джессика снова замахнется на него антенной. Она все еще крепко сжимала «Юриспруденцию» и нервно перекладывала ее из одной руки в другую.
Джонатан сидел, поджав под себя одну ногу, а колено другой ноги подтянув к подбородку. Судя по всему, он уже не очень боялся.
Он почти ничего не говорил. Видимо, решил дать Джессике время успокоиться. Сейчас он не щурился, как в школьной столовой, его глаза были широко раскрыты. И никакой сонливости. Быть может, он тоже страдал фотофобией - боялся дневного света?
Джессику порадовало то, что он не прячет глаза за темными очками. Глаза у Джонатана были очень красивые.
Молча, не спуская с Джессики глаз, он наблюдал за тем, как она мало-помалу овладевает собой.
– Я не знала, что ты -
– А они тебе не сказали?
– рассмеялся Джонатан, - Ну, ясное дело.
– Они про тебя знают?
– Конечно. С первого дня, как только я сюда переехал.
Джессика недоверчиво покачала головой. В нее вколачивали науку полночи добрых шесть часов подряд, но ни Рекс, ни Десс, ни Мелисса не удосужились хоть словом обмолвиться о том, что в городе есть еще и пятый полуночник.
– Секундочку, - проговорила Джесс. Ей вдруг кое-что пришло в голову.
– А ты - единственный, о ком мне не рассказали? Сколько же еще таких?
Джонатан усмехнулся.
– Только я, я один, - сказал он.
Джессика смотрела на него в упор. Она все еще не вполне совладала с собой и мало что понимала.
– Да нет же, больше никого нет, - более серьезно сказал Джонатан.
– Только про меня они умолчали.
– А что, они тебя не любят?
Он пожал плечами.
– Я не член их клуба, понимаешь? То есть Рекс - он нормальный парень, а Десс вообще классная.
– Он помедлил. Наверное, не хотел говорить плохое про Мелиссу.
– Но просто они все воспринимают уж слишком серьезно.
– Слишком серьезно?
– Ага. Ведут себя так, словно они выполняют какое-то сверхважное задание по поручению Всемирного Совета Полуночников или кого-нибудь такого же пафосного.
– А Всемирный Совет Полуночников существует?
– поинтересовалась Джессика.
Джонатан рассмеялся:
– Нет. Но Рексу ужасно хотелось бы, чтобы существовал. Он считает, что все эти штуки, связанные с полуночью, имеют какое-то, жуть какое тайное, глубокое и мистическое значение.
Джессика непонимающе заморгала. А она и не думала сомневаться в том, что тут действуют глубинные и мистические силы. Да-да, ей все именно таким и казалось - глубоким и мистическим.
– Ну а ты как думаешь, Джонатан?
– Я думаю, что нам очень повезло - мы хозяева целого мира. В нем можно играть, его можно исследовать. Что хочешь - то и делай. И зачем нужно придумывать какую-то там великую цель?
Джессика кивнула. С тех пор как на нее напал темняк, тайный час для нее превратился в трагедию, в смертельную угрозу. Но ведь самый первый ее сон был совсем иным. Он был таким… легким.
– Для Рекса, - продолжал Джонатан, - время синевы - будто какой-то толстенный учебник, и он все время по нему готовится к выпускному экзамену. А для меня это переменка.
Джессика кисло глянула на него:
– Между прочим, на площадке для игр - здоровенные громилы.
Он пожал плечами:
– А я обгоню любого громилу. Мне это всегда удавалось.
Джессика подумала: «Ой, не врет ли он?». Но Джонатан вел себя легко и непринужденно. Он сел на подоконник верхом и сидел, ни разу не взглянув через плечо. Не боялся упасть.