Тайник
Шрифт:
Неприветливая, растрескавшаяся гряда Джебел Тебаго приближалась. Камень и побуревшая выжженная земля. Здесь, от Габеса к Тозеуру, проходила линия большого сброса. Но сегодня он смотрел на все не глазами геолога. В лучах заходящего солнца он видел только пустынный причудливый пейзаж. Южные склоны были уже в тени, но за ними до сих пор пылало ослепительное солнце. Хребты едва ли пятисотметровой высоты здесь, в пустыне, казались настоящими горами. Они были расчленены поперечными долинами, которые еще больше усиливали впечатление дикости и заброшенности. Через долины можно было проехать на западную сторону возвышенности и продолжать путь до главной дороги, соединяющей
Ему пришло в голову, что конвой с армейской казной должен был от Хаммамета, где находилась главная ставка Роммеля, одолеть не менее пятисот километров, чтобы добраться до Доуза. Это расстояние вызывало недоверие. Двадцать грузовых машин, передвигающихся вдоль побережья, были заметны с воздуха, а авиационная разведка англичан здесь, конечно, не дремала.
Полковник Нидерманн, положим, мог вести конвой через внутренние районы страны, где легче укрыться от внимания авиации. Однако та дорога намного труднее и местами просто непроходима для грузовиков. На этот путь у него бы ушло вдвое больше времени. Или Роммель как раз и хотел, чтобы колонну машин, направленную в пустыню, обнаружила авиация? Его очередной отвлекающий маневр?
С минуту Винтер изучал и развивал эту мысль. Потом сознался, что допускает ошибку, стараясь во что бы то ни стало доказать недостоверность существования тайника. Он должен действовать без предубеждения. Вероятность того, что клад спрятан в пустыне, равна той, что его там никогда не было. И уж не ему доказывать похитителям, что они гонятся за миражом. Инспектору Сурицу требуется время, как можно больше времени, чтобы спасти Тиссо. Винтер должен добиться продления срока. Нормальная логика для этих людей утратила силу. У них другой разум и другая логика.
Он нажал на тормоз.
Из-за обглоданных эрозией скал выехал помятый запыленный джип и перегородил дорогу. «Геологическая разведка ООН. База Бир-Резене», — прочел он на дверце обозначение владельца. Облако пыли на мгновение накрыло обе машины. Кто же это сюда забрел? Может быть, работники с шахты? Устроили себе отпуск и теперь возвращаются из Габеса или какого-нибудь оазиса? Но ведь этого никто не разрешал.
Из джипа вышло двое мужчин.
— Сохраняйте спокойствие, доктор!
В руках автоматы, на лицах — маски.
— Решили выехать вам навстречу. Не ждали нас?
— Да, конечно… — выдохнул он устало и снял солнечные очки. Значит, все было напрасно. Все эти меры предосторожности с пеленгаторами и миниатюрным передатчиком. Они ждали его там, где он не предполагал. Говорят одно, а делают другое. Ни в чем не надеются на случай, чтобы уверенно замести следы.
— Здесь — результаты разведки, которую я провел, передайте их доктору Тиссо. — Он повернулся и взял с заднего сиденья пакет из газетной бумаги. — Выводы он должен сделать сам.
Две пары глаз сквозь прорези в масках неподвижно смотрели на него. Не подает ли он им бомбу или заряд замедленного действия? Рука с документацией повисла в воздухе.
— Нас интересует прежде всего результат! Уж не думаете ли вы увильнуть? Мы бы вам этого не советовали!
— Здесь все данные — снимки и результаты замеров на магнитометре. Только доктор Тиссо может определить наличие аномалии в формах барханов. У него большой опыт работы в пустыне. У меня нет такого опыта, я просто геолог. Геофизические приборы не дали однозначного ответа. Если хотите иметь результаты, вы не должны торопиться, а доктор Тиссо должен тщательно изучить эти материалы.
Пакет
Встреча не продлилась и пяти минут.
Он с отвращением пошарил в кармане и сжал концы финиковой косточки. Теперь это не имело смысла. Похитители не так просты, чтобы вывести на свой настоящий тайник.
Он снова надел солнцезащитные очки и завел мотор. «Лендровер» покатил по каменистому Эргу на север. Теперь, собственно, поездка в Габес была лишней. Они не использовали доктора Териаки, они никогда дважды не пользуются одним и тем же способом. Следовательно, представитель фирмы «Мицуи» действительно предлагал ему выгодное сотрудничество. Но теперь это его интересовало меньше всего.
Когда он, наконец, выехал на асфальтированную дорогу к оазису Эль-Хамма, то заметил над пальмовыми рощами вертолет. Он направлялся прямо к Джебел Тебаго. Он пожал плечами: если полетели искать его труп, то у них мало времени, через минуту будет темно.
В отеле он прежде всего заказал «Gold Cock», потом пытался дозвониться до Териаки, но там никто не брал трубку. Для разнообразия он набрал номер доктора Тарчинской, но и там ему не повезло. Видимо, она до сих пор не приехала, и неизвестно, приедет ли вообще. Однако он решил обождать с ужином, а пока пойти поплавать. Единственное, на что он сейчас способен. Сбросить груз физической усталости и отвлечься. Но это ему не удалось. Он не мог избавиться от гнета сомнений. Догадается ли доктор Тиссо о необходимости затягивать время? Как он может понять намерения людей, о которых даже не знает? Наоборот, пожалуй, постарается побыстрее просмотреть снимки, а потом с ним случится нервный припадок, потому что результат будет негативным.
Он разделся и с облегчением погрузился в освежающую волну. Ночь обняла его теплой рукой и успокоила море. Минуту он плавал туда-сюда, но потом перевернулся на спину и предоставил стихии уносить себя прочь от берега. Скольжение…
Но ни от чего нельзя ускользнуть!
Над головой были огромные звезды — и лицо Тиссо. Оно встало перед глазами неожиданно, как отражение в зеркале. Как тогда, когда он вез его на аэродром. Оно излучало ужас и бессилие. Раздавленный человек. Он ведь и не знает, что делается для его спасения. Надеется только на него, Винтера. Холод пронизал его до костей: человек возлагает на него все надежды, а он… Винтер повернулся и, энергично отталкиваясь руками, поплыл обратно к ярко освещенному отелю на побережье. Он не имеет права уходить от ответственности, он должен что-то делать! Боже мой, что же еще он может предпринять.
— Да, кое-что еще можно предпринять, — задумчиво сказал инспектор Суриц; в то время, как Войтех одевался, он сидел на песке, уперев подбородок в колени, и смотрел в темное море. — Мы опасались за вас, — продолжал он медленно, — когда с половины пути до Габеса перестала отзываться ваша косточка. Но потом мне позвонил Махмуд Хахед, что вы уже в отеле, — таким образом я и оказался здесь, чтобы сторожить вашу одежду. Напрасно вы заплываете так далеко от берега, здесь водятся акулы… Вероятно, вы разочарованы, что тем парням удалось исчезнуть. А ведь я с самого начала пытаюсь вам внушить мысль, что успех приходит редко и очень нескоро. В любом случае носите эту игрушку с собой, вам это ничего не стоит. Теперь они не станут подкарауливать вас в пустыне, они никогда не повторяются.