Тайна
Шрифт:
— Мы ведь противники в этом поединке, не так ли? — сказал он весело. — Такой поворот не должен оказаться неожиданным. Помните — пощада не нужна, и ее не будет?
— Вы не даете мне возможности забыть. Получив ответ на свои вопросы, он позвонил, чтобы принесли десерт, хотя ему достаточно было стакана бренди. Уплетая пирог с крыжовником, я призналась себе, что когда он следит за собой, то выглядит намного моложе и интереснее. Сейчас он был очень хорош собой, за столом умел вести себя утонченно, у него были осанка и повадки человека, привыкшего властвовать.
Одновременно можно было
Лорд Вульфберн спокойно подождал, пока я доела десерт.
— Если Вы кончили, давайте перейдем в кабинет. Я хочу дать Вам почитать одну любопытную книгу.
— Как угодно, милорд.
Я покорно встала, чтобы следовать за ним.
Кабинет тоже носил следы охватившего хозяина стремления к самоусовершенствованию. Я даже остановилась у порога от неожиданности. Кучи мусора исчезли. Полки и столы были тщательно протерты от пыли, ковер и диванные подушки выбиты и приведены в аккуратный вид. Панель из темного дуба, тянувшаяся вдоль стен, была отполирована; медные подсвечники на камине и другие украшения — начищены до блеска.
— Комнату нельзя узнать, — сказала я, желая подразнить его. — Можно подумать, что хозяин решил начать новую жизнь, но здесь подстерегает опасность ошибиться.
— Но Вы такую ошибку не совершите.
— Я уже совершила подобную ошибку и постараюсь во второй раз быть осторожнее.
Он сделал знак, чтобы я вошла, не стояла в дверях. Кастор и Поллукс спокойно дремали у камина, не сочтя мое появление достаточной причиной для беспокойства. Я решила сесть ближе к камину.
Лорд Вульфберн последовал за мной, но не сел — он не чувствовал себя уютно в кресле, за исключением случаев, когда бывал не очень трезв и мог вытянуть ноги, не считаясь с приличиями. На этот раз он ткнул пса ботинком в морду, чтобы тот подвинулся, поставил ногу на каминную решетку и стоял так, опершись о решетку и теребя пальцем кольцо.
— Вы не правы, — наконец проговорил он.
— Милорд?
— Я очень сильно изменился за последнее время. Это Ваша заслуга.
Лицо выражало искренность, но скромность не позволяла мне принять эту фразу всерьез. Скорее всего он хотел, чтобы я почувствовала свою значимость, но я знала, что это было бы заблуждением.
— Вам нравится дразнить меня, — сказала я с укором.
— Очень. Но в данном случае я вполне серьезен.
— Не вижу разницы. Просто переменили позу.
— Почему бы и Вам не переменить? — он сделал шаг ко мне. — А то Вы так далеко сидите, что Вам не слышен стук моего сердца, и Вы не ощущаете, как кипит кровь в моих венах.
— Это не моя заслуга. Просто Вы — живой человек, у Вас должно биться сердце и бежать по венам кровь.
Он
— Раньше я тоже двигался и дышал, и делал все остальное, что делают живые люди, но я не жил.
Он хотел взять мою руку, но я быстро отдернула ее.
— Вы хотели дать мне книгу, не так ли? Он вздохнул и опустил руку.
— Да, конечно. Сейчас достану.
Он подошел к книжному шкафу и достал толстый том.
— Вот, смотрите. Возможно, название Вам знакомо. Я прочла вслух:
— «О происхождении видов», Чарльз Дарвин. Да, я слышала об этой работе. В прошлом году, когда она была опубликована, все в Лондоне только о ней и говорили.
Я перевернула обложку и увидела, что это было первое издание.
— Как вам удалось ее приобрести? Она была распродана за один день.
— Один из моих лондонских друзей, зная, что меня эти вопросы интересуют, приобрел ее для меня. Очень ему обязан. Так Вы читали ее?
— Нет. Леди Вульфберн не потерпела бы в доме то, что она называла «Такое богохульное произведение».
— Вы разделяете ее мнение?
— Не берусь судить о том, чего не читала. Хотя я слышала о его идеях, но это были мнения других людей, я же предпочитаю иметь свое.
— Вполне согласен. Может быть, Вы найдете возможность прочитать ее ради меня. Мне интересно знать Ваше мнение.
Я ожидала увидеть обычную насмешку в его глазах, но взгляд был серьезен. Значит, он имел в виду то, что сказал, хотя просьба прозвучала несколько странно.
Я пожала плечами.
— Если хотите. Но этой книгой уже занимались более умные люди. Боюсь, что не смогу добавить что-либо новое к их оценке.
— Тем не менее мне будет интересно услышать, что Вы о ней думаете. Если даже я не узнаю ничего нового об эволюции, то обязательно открою для себя что-то о Вас лично.
Эта перспектива меня не очень привлекала. Как и он сам, я не любила вторжения в свои сокровенные мысли.
Прошло несколько дней, прежде чем представилась возможность снова поговорить. Время прошло спокойно, ночи тоже были тихими. Погода стояла ясная. Полная луна, не затемненная тучами или туманом, приветливо освещала болота. Трудно было представить лучшую возможность совершить разведку и выяснить, что заставляло собак неистово выть по ночам, хотя теперь они были спокойны. Однажды я подглядела, как они растянулись на лужайке и мирно спали.
«Вот тебе и сторожевые псы», — подумала я с иронией.
Но, возможно, их просто ничто не беспокоило.
Спокойный ночной сон благотворно сказался на Клариссе. Щечки ее порозовели, глаза сияли. Она охотно и часто смеялась и не жаловалась, когда я уводила ее подальше от развалин во время дневных прогулок.
Новые платья были готовы и доставлены. Кларисса спокойно отнеслась к своим нарядам для прогулок и проявила гораздо больше интереса к моим. Они поражали многоцветной веселой гаммой и модными фасонами. Я тоже радовалась, как ребенок, глядя на них. Но я постаралась подавить свой восторг, вспомнив, что они были заказаны не для моего личного удовольствия, а для улучшения настроения Клариссы. Я боялась пережить разочарование, если позволю себе считать их символом новой и лучшей жизни.