Тайна Кукабурры
Шрифт:
— Доброе утро, — сказал Роджер.
— Привет, — хрюкнул Харди. — Что нового с этим делом о дигиталисе?
— Ничего: ни плохого, ни хорошего, из-за чего вас стоило бы беспокоить.
— Лично меня все беспокоит, — сказал Харди. — В Нью-Саус- Уэйлсе считают, что это может быть связано с гибелью парохода, затонувшего два года назад. А вы видите какую-нибудь связь между пароходом, который пошел на дно в Тихом океане, и сумасшедшим, безнаказанно убивающим людей в Лондоне.
— Сумасшедшим? —
— Таким я его считаю. Очень плохо, что Джессуп, он же Барринг, покончил с собой. Не виню вас в этом, но рано или поздно кто-то должен за это ответить. Беспокоитесь за других пассажиров?
— Очень.
— Я тоже, — сказал Харди. — Особенно за тех, кто у нас в стране. Оставьте все другие дела, Красавчик, и займитесь только этим. Даю вам карт-бланш, — он неприветливо улыбнулся. — И поменьше героизма. Если бы у меня спросили, кого бы я предпочел видеть в живых, я назвал бы вас.
Он кивнул, показывая, что разговор окончен. Роджер, которому не предложили сесть в течение всей беседы, почувствовал странную опустошенность: иногда Харди действовал так на людей. Зазвонил телефон, и Роджер вышел. Когда он снова оказался в своем кабинете, настроение его улучшилось. Ему развязали руки, теперь он сможет сконцентрировать все внимание на «Кукабурре». И только сейчас он осознал, как хотелось ему этого. Беспокойство, зародившееся у него с самого начала расследования, по-прежнему было велико. И не оттого, что один из Баррингов затерялся в Лондоне и мог снова кого-нибудь убить, а от чего-то неуловимого. Он чувствовал: в этом деле есть нечто и это нечто он должен, но не может узреть.
Кебл говорил по телефону. Роджер взял со стола листок в котором сообщалось: Дорин М. пришла в себя в 11.45 утра.
Он снял трубку и позвонил офицеру, связанному с Интерполом.
— Да, — коротко бросил тот.
— Джей, мне надо разыскать старика австралийца по фамилии Хэкит, который развлекается где-то в Европе. Он был на «Кукабурре» и…
— Я все думал, когда ты обратишься ко мне с этим делом, — перебил его Джей. — Ты хоть приблизительно знаешь, где может быть этот старикашка?
— Я тебе пришлю все, что у меня есть. Кроме того, мистер и миссис Данелли… — Роджер вкратце описал супругов Данелли и продолжал: — Попытайся убедить полицию в Неаполе, что это важно, хорошо?
— Постараюсь, но они упрямые.
— Спасибо. — Роджер положил трубку и увидел, что Кебл закончил говорить по телефону и что-то записывает.
— Слыхали?
Кебл кивнул.
— Пошлите в Интерпол все, что у нас есть, — сказал Роджер. — Я поеду навестить Морриса.
Беседа с Харди пошла на пользу. Он чувствовал себя в отличной форме, когда сбегал по ступенькам Ярда к машине. Дурные предчувствия рассеялись,
Много ли она знает и будет ли она говорить, подумал он. Затем вдруг вспомнил, что должен сказать ей о смерти сестры. Он заметил мужчину, сходившего по ступенькам, ведущим от входной двери.
Это был Бенджамин Лимм, первый, кто опознал Дорин Моррисон. Он казался сердитым и не узнал Роджера.
— Добрый день, — поздоровался с ним Роджер.
Лимм обернулся. Узнав его, он встал прямо перед ним, выпятив грудь, словно собрался драться.
— Вы не имеете права держать здесь Дорин Моррисон против ее воли.
— Как вам удалось найти ее? — спросил Роджер.
— Я узнал в «Глоубе». Они мне доставили чертовски много хлопот. Черт бы побрал англичан, — зло продолжал он. — Она хочет уехать из этой проклятой страны, и чем быстрее, тем лучше. А если вы попытаетесь задержать ее, я пойду к верховному комиссару. Если же и это не поможет, полечу в Австралию и добьюсь приема у премьер-министра.
— Успокойтесь, — сказал Роджер. — Никто не собирается держать ее здесь против воли. Вы ее видели?
— Да.
— Как вас пропустили?
— Сказал, что я родственник, и мне разрешили пройти. Она выглядит ужасно и хочет только одного — уехать из этой страны.
— Вы уже говорили об этом, — перебил его Роджер. — И никто не был бы в проигрыше, если бы вы и все остальные вообще не приезжали сюда: экспорт убийств — вещь невыгодная. — Эти слова заставили Лимма замолчать. — Я ее сейчас увижу. Если к тому времени, как я вернусь, вы придете в себя, мы сможем поговорить. Подождите меня в машине.
Все еще в замешательстве, Лимм спросил:
— Сколько вы там пробудете?
— Около получаса. Я вернусь.
— Мистер Лимм, — спросил Роджер, — вы знали корабельного плотника «Кукабурры» по фамилии Маркус Джесуп?
У Лимма перехватило дыхание:
— А что?
— Возможно, он охотится за вами, — сказал Роджер. — Будьте начеку, если увидите его.
Он оставил Лимма в замешательстве. На другой стороне улицы какой-то человек поднял газету — это был агент Ярда, следящий за Лиммом. Жизнь Лимма была в безопасности. Роджер подошел к входной двери. Ее открыла молодая девушка, а женщина постарше проводила его в палату к Дорин Моррисон. Еще в коридоре он услышал чьи-то истерические крики.