Тая
Шрифт:
– Так, – согласилась Вероника.
– И уж никак не топить, не обзывать и головами не пугать. Так?
– Так.
– Тогда почему Кэп тебя веслом промеж глаз?
– Не знаю.
– Достала ты его. Это и понятно, но все равно не логично, потому что веслом можно переносицу сломать, а тебя, как я понимаю, живой и здоровой вернуть обещали.
– Обещали.
– И уж совсем непонятно, зачем тебя Кэп сплавляет, нарушая правила.
– Зачем?
– Чтобы утопить. Логично?
– Логично,
– Москвичка, не будь дурой. Такое нарушение логики возможно только при длительном психозе. А люди не все одинаковы, и есть среди психов опасные больные и просто буйные, а есть и такие, как я – тише воды, ниже травы.
– А твоя-то проблема в чем?
– Я пытаюсь поступать логично. Если я логичный псих, то мне с группой буйно – помешенных не по пути. И пока они меня не убили или не подтолкнули к совершению преступления, я хочу от них избавиться. То есть уйти.
– Но ведь Кэп тебя догонит в два счета.
– Кэп меня не догонит, потому что Оля одна не выгребет, к тому же я надеюсь, у него когда-нибудь должна голова проясниться.
– А у тебя прояснилась?
– По всей вероятности да, раз я до этого догадался и, по всей вероятности нет, раз я не могу это воспринимать на лету.
– Как на лету?
– На лету или в режиме реального времени. Чтобы понять хорошо я поступаю или плохо, правильно или неправильно, мне нужно построить логическую цепочку, а раньше я об этом даже не задумывался.
– Да ну? – искренне удивилась Вероника.
– Мамой клянусь.
– Оставь пока маму в покое, и скажи, а почему ты решил, что вообще что-то не так? Почему ты начал пользоваться логикой, и, что тебя заставило быть рассудительным?
Доктор посмотрел исподлобья.
– Хватит картошки, давай ставить.
– Ты не хочешь отвечать?
– Так ты пойдешь?
– Я подумаю. Логично подумаю…. Доктор, а что может вызвать массовый психоз?
– Не знаю. Может гипноз или применение психотропных средств, наркотики, впрочем…. Не знаю.
– Доктор, я видела фильм о Вьетнаме, там испытывали лекарство от страха или что-то в этом роде. Так вот, там, в конце концов, солдаты друг друга поубивали.
– Зачем?
– Им же нужно было с кем-то воевать, а противника долго не было.
Доктор на секунду задумался.
– Это настоящая история или так, фантазия?
– Кто же его знает?
– Нет, не похоже. У них обострилась агрессия, какое-то одно чувство….
– О чем беседует сладкая парочка?
Кэп совершенно не казался расстроенным.
– Фильм рассказываю, – сказал Доктор.
– Про любовь?
– Нет, про войну.
– Хорошо, –
Кэп, Вероника и Доктор с минуту играли в переглядки.
– Ну? – сказал Кэп.
– Что? – не понял Доктор.
– Что дальше?
– А…. Все. Конец.
– Тьфу, – Кэп плюнул в костер. – Давай с начала.
– Я лучше другой расскажу.
– Нет, Доктор, ты мне расскажи, что Москвичке пел. А Москвичка мне потом это перескажет, потому что сейчас она пойдет к Оле, и историю твою не услышит.
– Что это такое, Кэп?
Кэп равнодушно пожал плечами:
– Это называется перекрестный допрос, а, может, как-то еще, я не знаю.
– И чем он вызван?
– Здесь вопросы задаю я! – закричал Кэп. – Москвичка, пшла вон!
Вероника поднялась только для того, чтобы кинуться на Кэпа и выцарапать ему глаза, но, увидев, как сдулась фигура Доктора, подумала, что это совершенно глупо. Она подошла к Оле и, как можно глупее, спросила:
– Голову не нашли?
– Нет, – сказала Оля.
«Хм, – подумала Вероника, – а мы разговариваем? Не иначе начало четвертого акта».
Но Оля удивила еще больше: она собирала разбросанные вещи, преимущественно свои и, не глядя в сторону Вероники, добавила:
– Пашины вещи пропали.
– Пашины? – удивилась Вероника.
Оля ничего не ответила, и Вероника подумала, что порой ей даже не приходится играть, а дура прет из нее сама.
– Пашины вещи пропали? – спросила девушка в надежде, что вторично заданный вопрос покажется гораздо глупее.
– Палатка, спальник, фотоаппарат, фонарь, все, все, его вещи даже пенка.
Оля закрыла лицо руками и сделала вид, что плачет. Удержаться от соблазна Вероника не смогла. Она ярко представила сцену из фильма «Ирония судьбы или с легким паром», где главному герою сообщают, что он не в Москве, а в Ленинграде, и он очень глупо и очень пьяно спрашивает: Да-а? Конечно, Вероника не была актрисой и не смогла так красиво и убедительно сыграть, но когда она заглянула в плачущее лицо Оли и как можно развязней спросила:
– Да-а?
Оля не выдержала. Она схватила первое, что попалось под руку, и стала хлыстать Веронику, готовую вот-вот надорвать живот.
– Хватит! Хватит, девочки! – Кэп схватил Олю и, повернув к себе лицом, с силой тряхнул. Успокойся!
– Как я могу успокоиться!? – закричала Оля. – Кто-то лазит по нашим вещам, а мы этого даже не видим.
– А-а, – Кэп толкнул Ольгу и, схватив Веронику поволок за собой. – Идем!
«Сейчас начнется», – подумала Вероника. Но вместо допроса Кэп притащил девушку к катамарану.