Тарси
Шрифт:
Вчера все неприятности начались с удара по яйцам, полученном от той маленькой смазливой сучки. Врезала она ему действительно очень сильно. Потом его связанного бросили на пол той самой буханки, в которой они везли добычу. Кощей себе все бока и спину отбил, пока его везли в УАЗике. От этого дорога показалась мучительно долгой, как будто его везли целые сутки, хотя когда их привезли, солнце просто высоко поднялось над горизонтом.
Когда его выгружали из машины, Кощей увидел джип Гуни, но ни Гуни, ни Митрохи, ни Копейки, оставленных чинить пробитые покрышки, он не увидел. Это могло
Мозг Кощея лихорадочно искал выход. Если им сохранили жизнь, то значит, что он еще нужны для чего-то. Только вот зачем? Этот вопрос беспокоил его больше всего. Если убили Митроху и его команду, то с ними цацкаться тоже не будут.
Кто их захватил? На бандитов или хэдхантеров они не похожи. Выглядят как военные, но молодняка с ними неожиданно много. Если служивые, то жрать их живьем или в рабство обращать не будут. Скорее всего, им нужна информация. Значит, оставят в живых только одного или двоих самых полезных, которые больше всего знают. И оставят жить ровно на то время, пока они будут полезны.
Он должен стать таким самым знающим, который будет жить дольше, чем остальные. Если сразу не убьют, то может появиться возможность слинять отсюда. Если самому сбежать не получится, то можно попробовать вытащить этих странных вояк куда-нибудь подальше от их части, наобещав им с три короба, а потом постараться сбежать от них. Кощей не питал иллюзий о своей будущей судьбе - его смерть не за горами, если он не сможет обмануть курносую.
Еще Кощей успел отметить, что само место, куда он попал, напоминает типичную территорию военной части со спортивным городком, плацем и казармами. Все было в лаконичном армейском стиле. Чисто, аккуратно и опрятно, как в образцово-показательных частях. Окружающая картинка все больше убеждала Кощея в его правоте. Хотя особо осматриваться им не дали, а практически сразу потащили в подвал.
Подвальные помещения были отгорожены металлическими решетчатыми дверями. Камера или зиндан, куда их засунули, больше походила на его личный гараж в гаражном кооперативе "Восток" из прошлой жизни. Залитый бетоном пол, стены из, криво положенных, бетонных блоков, бетонные плиты над головой с потеками раствора из швов. Камеру освещала обычная автомобильная фара с двенадцативольтовой лампочкой. Наверное, тут так электричество экономят. Свет горел очень неровно и постоянно мерцал от чего, сразу становилось не по себе. Скорее всего, лампочка от ветряка и аккумуляторов запитана. Как-то он видел уже такое. Пару автобусных генераторов цепляют к ветряку и провода выводят на блок из аккумуляторных батарей.
Кощей выбрал себе место в дальнем углу. Оттуда можно было видеть одновременно всю камеру, и участок коридора, откуда их привели. Он примостил под себя кусок полусгнившей доски и уселся, со всем возможным комфортом, оперившись спиной на серую неоштукатуренною стену.
Карик сел прямо у входа, он сильно кривился на одну сторону, а когда опустился на пол, то вообще завалился на бок, суча ногами. Бугай, наоборот, выглядел как обычно. Если бы не испачканный в грязи комбинезон, то можно было подумать, что его и не били совсем. Водитель, кажется, чувствовал
Первым заволновался водитель:
– Мужики, чего это? Куда нас привезли то? Кто они такие?
Кощей заставил себя собраться. Пора брать ситуацию в свои руки и заняться своим спасением, шагая по головам неудачников. Ваш выход товарищ Кощей.
– А чего тебе не понятно? Военная облава это. На таких, как мы. Ловля на живца, млять.
– Так те, кто нас взяли, сопляки же совсем?
– недоверчиво начал было Бугай.
– Тебе, что? Не понятно?
– раздраженно крикну в его сторону Кощей.
– Молодняк они обучают. Смену себе готовят. Мы сейчас на территории военной части. Скоро допрашивать будут, кости ломать. Сам знаешь, что хедхантерам лучше не попадаться. Рисковый бизнес у нас.
– И что, совсем выхода нет?
– тоскливо застонал водитель.
Этот слюнтяй их точно под монастырь подведет. Все Виолетта со своими закидонами. Водитель Кирюша был мужем ее двоюродной сестры. Ну как родню на место получше не пристроить? Вот и уговорила Виолетка Кощея этого самого сестриного мужа взять под свое крыло и к делу прислонить. А сам Кирюша был не мужик, а худшая версия бабы: жадный, склочный, трусливый и обидчивый, а самомнение, как у голивудской звезды. Кощей сам понимал, что дал слабину, когда поддался уговорам и взял этого урода в дело.
– Есть выход.
Все уставились на Кощея.
– Нужно, чтобы кто-то добровольно всю вину на себя взял, - твёрдо сказал Кощей.
Немую паузу нарушил Карик. Карик был пацан правильный, жил по понятиям, хотя и не сидел никогда.
– И кого ты паровозом назначить хочешь?
– угрожающим тоном начал он.
'Да уж не тебя, тупой баран' - подумал Кощей.
– Я сам паровозом пойду.
Вторая фраза Кощея буквально добила подельников. Даже Карик, морщась от боли, поднялся с пола.
– Вы главное все на меня валите. Говорите, что я у вас за главного. Только всем одно говорить нужно. Я вас в это дело втравил, я и отвечу. Зачем всем погибать? А я вас отмазать смогу.
– Кощей, ты человек с большой буквы, реально!
– отозвался Бугай.
– Мы теперь все в долгу перед тобой будем. Ты скажи чего. Может враги у тебя на воле есть, поквитаться хочешь? Может завалить кого нужно или подорвать? Я сукой буду, если не исполню. А этих вояк я и сам с землей сравняю, когда выйду. Отомщу за тебя.
– Да мы все за тебя отомстим, - заблеял Кирюша.
'Неужели эти дебилы надеются, что их отсюда живыми выпустят. Адвокаты с прокурорами в прошлом остались. Это раньше вину доказывать нужно было. А теперь попались с поличным - отмазывать никто не будет. Хедхантеру одна дорога - это страшная мучительная смерть' - подумал Кощей. Следовало закрепить свой успех.
– Вам вину с себя снять нужно. Говорите, что вообще не в курсе, значит. Ничего не знаете. Че по чем, хоккей с мячом. А подрядились просто возить и охранять. Про остальных ничего не знаете. Где чего тоже не знаете. Типа первоходки лоховатые.