Тарси
Шрифт:
– Ну что ты, солнышко? Теперь все будет хорошо.
Он протянул к ней левую руку, чтобы развернуть ее под удар. Но в следующее мгновение у него перед глазами вспыхнул радужный салют. Девчонка вполне отработанным хлестким ударом пнула его по яйцам. Кощей ухватился за родное хозяйство обеими руками и грохнулся на дорогу. Такой дикой боли ему не приходилось испытывать никогда в жизни. Кощей почти потерял сознание.
За несколько мгновений до этого одна из серых фигур кинулась на спину Карика, намертво пережав ему горло. Вторая фигурка оплела собой ноги жертвы,
Негромкий хлопок вала прервал никчемную жизнь туповатого Окунька. Тяжелая пуля пробила заднюю пластину бронежилета и отрикошетила обратно от передней, разворотив всю грудную клетку боевика.
Водительская дверь УАЗика распахнулась, и прямо в ухо водителя жестко воткнулся ствол дробовика.
– Замри, козел обсосанный!
– взвизгнул ломающийся детский голос.
Затем водителя вытащили из машины и долго пинали, прежде чем связать. Пузатый Кирюша не только сдачи дать не смог, он вообще едва успевал прикрывать самые уязвимые участки тела. Били его очень умело со знанием дела. Сознание он не потерял, да и кости с органами остались целыми. Зато после экзекуции он даже встать не смог. Тело отказывалось его слушаться.
Серые тени вынесли из-за перевернутого микроавтобуса связанное по рукам и ногам тело Бугая. Он тоже был без сознания. В свете фар серые тени превратились в юношей и девушек, а также в мальчиков и девочек.
Из кювета поднялись уже другие серые фигуры с оружием. В свете фар появился крепкий высокий мужчина с СВД в руках, и мужчина с пулеметом Печенег, уступавший первому в росте, но значительно более широкий в плечах. Высокий присел на корточки и приложил два пальца к шее Бугая. Широкоплечий одной рукой ухватил за шкирку Кощея и попытался поставить его на ноги, но тот все норовил снова улечься на асфальт. Иннокентий начал приходить в себя, но самостоятельно держаться на ногах еще не мог.
– Поприседай, придурок! Легче станет, - дружелюбно посоветовал крепыш Кощею.
Тот было уже смог поймать равновесие, но красивая девушка со всей силы ударила его ногой в лицо. Кощей снова опрокинулся на спину.
Из темноты в сет фар проник глубокий грудной женский голос, который обволакивал своим бархатным тембром:
– Юленька, девочка моя, зачем ты ударила его?
Девочка резко, как от пощечины, обернулась на голос.
– Я виновата, Белла Марковна, но он так смотрел на меня когда подходил, что сейчас я не удержалась. Противно он на меня смотрел. Глазами вонял просто.
Из темноты появилась обладательница голоса. Единственное слово, которое подходило для, вошедшей в световое пятно женщины, было - 'дама'. Не женщина, не мадам, и, конечно же, не баба, а именно 'Дама' с большой буквы. На длинной шее изящно обёрнутой темно-пурпурной газовой косынкой покоилась, скульптурно вылепленная, голова с правильными аристократическими чертами лица и аккуратно уложенной копной светлых волос. Выражение лица дамы было такое же глубокое, как и ее
– Юля, девочка моя, это пленный. У него могут быть ценные сведения. Никто не отбирает у тебя твои права победителя и право на добычу, но вспомни наше основное правило.
– Общественные интересы превыше личных, - потупив голову, повторила девочка первую из вколачиваемых истин.
– Ты - юная валькирия и не должна потворствовать сиюминутным эмоциям.
– Да будет вам. Нехай девка порезвиться. Пар спустит, - добрым голосом с выраженным малороссийским акцентом вмешался в разговор крепыш.
– А от этих ваших шпынялок пацанка совсем рехнуться может.
Дама одарила его ледяным взглядом, но ледяные копья просто сломались о его простоватое добродушное лицо с веселыми озорными глазами. Крепыш снова пытался придать Кощею вертикальное положение.
В круг света вошли еще два человека в военной форме с автоматами. Причем у сухого и жилистого военного на плече висел автомат Вал со специальным ночным прицелом.
– Белла Марковна, я же говорил вам, что при обучении по моей методике, ребята даже за такой маленький срок смогут осилить и сам захват. Я ставлю оценку отлично.
– Георгий Александрович, лесного зайца тоже учат в барабан бить, но врятли он понимает, зачем это делает. Вы прекрасно знаете мое отношение к подобным практикам. Наполеон тоже в самый сложный момент бросал в бой подростков и побеждал, но какой ценой. Вспомните, чем он закончил.
– Ага, закончил он на святой Елене, - осклабился высокий, который с помощью ампулы с нашатырем и звонких шлепков по щекам приводил в чувства Бугая.
– Давайте без патетики и пошлостей. Просто посмотрим правде в глаза. Мои методики уже дают результаты, и отличные результаты, а конечный результат ваших шаманских камланий мне вообще неясен, - продолжил спор жилистый.
– А я на бал снижаю оценку, даже на два, - строго сказал последний военный, который пришел вместе с Георгием.
Все до единого уставились на него, ожидая продолжения.
– Вам господа педагоги, тоже минус большой и толстый сами знаете куда. А теперь скажите мне почему.
– Дык, Иван Иванович, машину не проверили, - простодушно сказал крепыш.
– Пра-а-авильно, - резюмировал военный.
– А теперь господа инструкторы и преподаватели извольте показать класс ваших воспитанников.
Сухощавый одними жестами расставил всех своих юных бойцов по местам. В буханке распахнули все двери разом, кроме водительской, которая и так была открыта. Десяток стволов уставились внутрь салона. Пленных оттуда вытаскивали по одному.
– Это мертвый, - сказал один из юношей.
– Поднялся уже.
Юноша вытащил дергающееся тело Анатолия на дорожное покрытие и придавил коленом к асфальту голову в противогазе.
– Ранений не видно. Сердце?
– дама посмотрела на Георгия.