Танец у пропасти
Шрифт:
— Ты злишься, что не позвал раньше? – светлые брови вздернулись и Блейк усмехнулся.
— Я не собачка, чтобы меня звать.
— Верно, — наклонился ближе, облизывая свои губы. На выдохе шёпотом добавил: — Но мы хотим одного и того же. Поэтому не строй из себя недотрогу.
— И чего же я, по—твоему, хочу? – прошептала в тонкую линию губ, смотря пристально в серые глаза.
— А чего хотят все вокруг? Свободы, денег, секса.
Элизабет не удержалась от смешка. Но Блейк продолжал держать ее лицо и его взгляд ни капли не изменился.
— У тебя есть девушка. Предлагаешь мне
— Нуу, зачем так грубо? – парень откинулся на спинку дивана, положив руку на бедро девушки. – Партнер, друг, эскорт, в конце концов.
На последнем слове Лизи сморщилась, собирая складку на носу, чем вызвала улыбку у Роуза.
— Ну так что?
— Я не против, — ответила девушка, приникая своими губами к его.
Поцелуй был сухим, но требовательным. Блейк углубил его, притягивая Элизабет ближе, пока между ними не осталось ни миллиметра. Ее руки скользнули на его шею, переплетаясь в волосах, и она ответила на его.
Оторвавшись от него, Лизи тяжело дышала, смотря в его потемневшие глаза. Блейк убрал выбившуюся прядь волос с ее лица, нежно проведя пальцами по щеке.
— Я знал, что ты согласишься, — прошептал он, снова приближаясь для поцелуя.
— Не зазнавайся, — промурлыкала Элизабет в ответ, прежде чем их губы снова встретились. На этот раз поцелуй был медленным, дразнящим, полным обещаний. Рука Блейка скользнула под край ее платья, заставляя ее вздрогнуть. Он чувствовал ее тело, реагирующее на его прикосновения, и это лишь подстегивало его.
В этот момент телефонный звонок прервал их уединение. Блейк застонал от разочарования, оторвавшись от Лизи. Она усмехнулась, смотря на его недовольное лицо.
А в голове аплодировала сама себе от того, как все хорошо складывается.
Глава 13. О чем мы знаем и о чем молчим.
Такого рода отношения с Блейком принесли не мало положительных эмоция Элизабет. Ну, во-первых, она весь вечер провела рядом с ним: приносила напитки, бумаги и развлекала беседами. Он оказался не таким уж плохим человеком, хоть и слегка испорченным своей властью. В целом, обычный парень, сын среднестатистических родителей, которым просто однажды повезло купить клуб дешевле, чем он стоил. Но стоит отдать ему должное – перестраивал Роуз его сам.
Во-вторых, в конце рабочей смены он заплатил ей сверху. Как и обещал.
Так что в какой-то момент Лизи стало казаться, что жизнь не так уж плоха. Однако, утром она вспомнила о Плате. Которому пока рассказать было нечего. Она написала ему смс и постаралась забыть этого мужчину как страшный сон. Хотя бы на этот день.
Но ее не покидала печаль. Почему-то задумываясь о том, что она делает с Блейком, в памяти всплывал Дэйтон. Казалось бы, незнакомый парень, но почему-то плотно пустил корни в ее мыслях. Даже ту неделю, что она стажировалась, Элизабет в тайне желала увидеть его за столом с Роузом и заглянуть в бездну синевы его глаз – успокаивающие, умиротворенные. Но надо поаплодировать судьбе: она посадила Роуза и Дэйтона за один стол. Только разговор был не располагающий к любованию глаз и острых черт лица.
К вечеру этого же дня
— Ты готова?
— Ты скажешь куда мы пойдем? – Лизи уже надела джинсы карго и натянула на обтянутые кожей ребра кружевной топ.
— Хочу познакомить тебя со всеми поближе, — рыжеволосая уже одетая в узкие джинсы и темно-красный бомбер поверх майки, подошла и вцепилась в предплечье Лизи мертвой хваткой. – И ты не сможешь помешать мне.
Ехидно хихикая, потянула девушку на выход. И так резво, что Элизабет только успела прихватить свой худи.
Снег, что выпал не так давно и не так много уже успел растаять, а потому было достаточно тепло на улице. Ночь уже ложилась на город и было невероятно красиво наблюдать за тем, как желтый переходит в красный, красный в темно синий, а синий становится черным. И как вместе с тем загорается тысяча огоньков.
За этой картиной Лизи наблюдала из окна пассажирского, пока Шерил везла ее куда—то за город. Постепенно огни сменились редки фонарями у дороги, а затем и те потухли. Ночная извилистая дорога освещалась лишь светом фар.
— Шерил, скажи, почему вы так добры ко мне? – В одно из мгновений спросила балерина, задумчиво глядя в окно.
— Не в моих правилах вдаваться в подробности личной жизни, — девушка пожала плечами. – Единственное, что тебе нужно знать, что не все богатые детки избалованные засранцы. Ну, если не считать Роуза, — Шерил мягко посмеялась. – Но и у него есть на то причины.
— Это ведь не ответ, — Элизабет повернулась к девушке за рулем и подперла рукой подбородок.
— Что будет для тебя подходящим ответом? — Шерил откинулась на сидушку удобнее устраиваясь, не переставая следить за дорогой.
— Правда.
— Правда в том, что ты человек с проблемой. А мы можем тебе хоть чуточку помочь. Почему бы и нет? Каждый из нас от этого в плюсе. Я помогаю с жильем и при этом сама плачу меньше. Блейк дает тебе работу при этом имея хорошенькую сотрудницу. Деклан просто добряк, ему хочется помогать всем и вся.
— А Дэйтон? – шепотом спросила Лизи, но Шерил все же услышала.
— Я думаю, о Дэйтоне тебе нужно говорить с самим Дэйтоном. Он… — девушка замялась не зная, как правильно сказать. Собравшись с мыслями, договорила: — Дэйтон добрый, но не ко всем. Он – самая темная лошадка среди всех нас. Может с ребятами он другой, но со мной и Хезер не сильно откровенничает. Хотя мы со школы дружим.
Элизабет скривилась на имени девушки, что не осталось незамеченным и вызвало смех у девушки—водителя. Однако спросила блондинка о другом:
— Сколько вам лет?
— Мне, Блейку и Чипу с Дейлом двадцать восемь. Хезер двадцать шесть.
— Значит она с вами не со школы?
— Она переехала сюда не так давно. Пришла на работу к Роузу и у них закрутилось. И поверь, мы все понимаем твою реакцию на нее, — Шерил повернулась к девушке и подмигнула.
В ту же секунду показалось зарево. Сначала Элизабет показалось, что что—то горит, но приглядевшись она увидела огромное поле, длиной в несколько километров — может и больше — на котором ровной дорожкой был выложен асфальт. А на нем десятки машин и очень много людей.