Танец теней
Шрифт:
— Но я не заработал…
— Возьми, возьми, — твердо сказал Мабре. — Это даст тебе возможность выбора.
Джульетта внезапно забыла, кто она и что привело ее сюда. Слезы благодарности застилали ей глаза. Наклонившись, она поцеловала Мабре в шершавую от щетины щеку.
Несколько секунд Мабре выглядел смущенным, затем физиономия его расплылась в улыбке.
— Не унывай, парень. А если тебе понадобится крыша над головой, знай, что в «Пухе и перьях» для тебя всегда найдется комната.
Несколько минут спустя они уже мчались по безлюдной
— В следующий раз лучше подумать, кого собираешься поцеловать, юный Джулиан, — заметил Рэмси, когда они выехали из города. — Тебя могут не правильно понять.
Джульетта почувствовала, как вспыхнули ее щеки, и в который раз возблагодарила бога за то, что сейчас темно и что она сидит к этому исчадию ада спиной.
— Так уж меня научили проявлять свою признательность, — сухо произнесла она.
— Ах, вот что? В таком случае я советую тебе думать, к кому испытывать эту самую признательность. Иначе ею могут злоупотребить.
— Я вполне способен сам о себе позаботиться!
— Ты уже говорил мне это сегодня. Но тебе так и не удалось меня убедить.
Джульетта резко повернулась к нему лицом и тут же поняла, что совершила ошибку. Лучше бы ей на него не смотреть. И не придвигаться еще ближе. Но теперь, раз уж она сделала эту глупость, ни за что нельзя дать ему понять, как действует на нее его близость.
— Так вот почему вы везете меня в свой дом, мистер Рэмси? — требовательно спросила Джульетта. — По-прежнему пребываете во власти заблуждения, будто я маленький мальчик, которого надо спасать?
Несколько секунд Рэмси внимательно смотрел на нее сверху вниз, глаза его отливали серебром в лунном свете.
— Нет, — наконец хрипло произнес он.
Это был не слишком исчерпывающий ответ, но у Джульетты хватило здравого смысла не требовать большего. Она отвернулась, стараясь поменьше прижиматься к нему, и уставилась на шелковистую черную гриву коня, изо всех сил заставляя себя не смотреть на красивые ухоженные руки, сжимавшие вожжи.
— А ваша сестра действительно ждет, что вы привезете меня с собой?
— Моя сестра? — удивленно переспросил Рэмси. — А, ты, верно, имеешь в виду Вэлери? Должен с сожалением сообщить, что она не сестра мне, а жена.
Трудно было понять, почему эта новость вдруг так расстроила Джульетту. Это было абсолютно нелогично. Впрочем, девушка давно привыкла к тому, что в этом мире мало что диктуется логикой. Она снова повернулась и взглянула ему в лицо, забыв об опасности.
— Что же заставляет вас сожалеть об этом?
— Ты снова забываешь свое место, юный Джулиан!
Быстро отвернувшись, Джульетта смущенно пробормотала:
— Извините, сэр.
— Впрочем, — продолжал Рэмси, — почему бы
Джульетта встречала в своих странствиях множество мужчин — как положительных, так и совсем наоборот. Однако сидящий сзади человек вовсе не походил на те респектабельные, но невыносимо скучные создания, которых принято называть положительными мужчинами. Хотя, честно говоря, ей вовсе не помешало бы сейчас присутствие рядом серьезного человека. Жизнь ее в последнее время неслась, словно взбесившаяся лошадь. Джульетта многое отдала бы за возможность поскучать немного.
— Странно, — задумчиво сказала она, — а я готов был поклясться, что вы и леди Вэлери — родственники. У вас очень похожие глаза.
— Как ты наблюдателен, мой юный Джулиан. И, честно говоря, ты прав. Мы действительно связаны не только брачными узами, но и узами крови. Вэлери — моя троюродная сестра, но обычно люди не замечают нашего мимолетного сходства. Хотя ты ведь не такой, как все, не правда ли, мой мальчик?
Джульетте не понравилось, как он произнес последние слова. Но нет, она ни на секунду не могла предположить, что мистер Рэмси догадывается о чем-то! Ведь большую часть своей не совсем обычной жизни она провела в брюках и прекрасно умела их носить. Джульетта знала также, что вполне сумела овладеть мужской походкой. За все время, что прошло с тех пор, как она, переодевшись, убежала от Лемура, еще никто ничего не заподозрил. И этот высокий джентльмен с издевательской улыбкой и холодными серебристыми глазами вряд ли будет первым.
— Я просто стараюсь никогда не терять головы. — Джульетта осталась довольна тем, что почти не слышно было ее обычного легкого лондонского акцента. В этом смысле над ней оказались не властны долгие годы, проведенные вдали от родины. Джульетта не умела вести себя, как подобает юной леди, но акцент сразу выдавал ее благородное происхождение: ведь общалась она по преимуществу с собственным отцом.
— И у тебя это почти получается, — похвалил Рэмси. — Кстати, почему бы тебе не откинуться назад и не прислониться ко мне? До Саттерз-Хед путь неблизкий, а юноше вроде тебя необходим отдых. Между прочим, я так и не знаю, сколько тебе лет.
— Семнадцать, — не моргнув глазом, солгала Джульетта, зная, что выглядит еще моложе. На самом же деле ей было двадцать два.
— Совсем еще мальчик, — пробормотал Рэмси. — А где же твоя семья, юный Джулиан?
— У меня ее нет. — Джульетта снова подумала о том, что все же неплохо научилась скрывать акцент.
— Нет семьи? — с издевкой переспросил Рэмси. — Что ж, прекрасно. Да откинься же ты мне на грудь! В отличие от нашего друга Пинворта я не увлекаюсь развращением невинных мальчиков.