Танец теней
Шрифт:
— Предпочитаете потасканных мальчиков? — Слова эти вырвались у Джульетты прежде, чем она успела прикусить свой слишком длинный язык. Скованная ужасом, она ждала реакции Рэмси. Ничего удивительного, если он сейчас решит скинуть наглого мальчишку с лошади в ближайшую канаву. Но вместо этого Рэмси рассмеялся, и его смех показался девушке каким-то странно чувственным и тревожным.
— Как все-таки хорошо, что я решил взять тебя в Саттерз-Хед, Джулиан! — сказал он. — С таким языком, как у тебя, ты наверняка нарвался бы в ближайшем будущем на крупные неприятности. — Взяв вожжи в одну руку, другой он обхватил Джульетту за талию и довольно
Тело Рэмси, к которому прижималась теперь спиной Джульетта, было таким сильным и мускулистым — и таким горячим! Казалось, что этот мужчина состоит сплошь из костей и мускулов. Джульетта не стала даже пытаться освободиться от обнимавшей ее за талию руки. Ведь если бы она сделала это, Рэмси мог случайно коснуться ее груди, а она не хотела рисковать. Оставалось только покорно прислониться к сидящему сзади мужчине.
Они ехали берегом моря. Легкий ветерок трепал выбившиеся из-под кепки прядки волос Джульетты. Шепот волн, мерная поступь коня и стук сердца сидящего за спиной мужчины — больше ничего. Тишина и покой. Впервые за много месяцев Джульетта почувствовала себя в безопасности, и вряд ли кто-нибудь упрекнул бы ее за это — так трудно было противостоять искушению.
— Давай, парень, расслабься, — пробормотал Рэмси над самым ее ухом, и Джульетта вдруг почувствовала себя слишком усталой, чтобы разозлиться на его насмешливую фамильярность. — Завтра Вэлери заставит тебя скакать вовсю. Так что отдыхай, пока есть такая возможность. Доверься мне. Я не уроню тебя.
— Довериться вам? — сонно пробормотала Джульетта, сожалея о том, что у нее не хватает сил противиться сладкому сну, в который она постепенно погружалась. — Но я не доверяю никому.
— Какой умный мальчик! — Дыхание Рэмси щекотало ей ухо. — Но сейчас ты можешь ненадолго расслабиться. Никто не обидит тебя. По крайней мере, пока я рядом.
«Пожалуй, так оно и есть, — сонно подумала Джульетта, не в силах больше бороться. — Вот только кто защитит меня от тебя?»
3
— Ты, кажется, собрался меня задушить! — возмущенно воскликнул Вэл.
Наступило утро, и Фелан, как всегда, помогал Вэлу справиться с ужасами женского туалета.
— Стой спокойно! — Фелан еще туже затянул на Вэле корсет; одна из тесемок лопнула, и он, не удержавшись, громко выругался:
— Черт побери, почему бы тебе не попытаться обойтись без этого орудия пытки, Вэл? Эти платья, которые достал для тебя Ханниган, сшиты на женщину размером не меньше горы. Никто бы и не заметил, что твоя талия чуть шире, чем была вчера.
— Особенно если учесть, что ты раструбил всем о моем «интересном положении», — ворчливо заметил Вэл. — Тебя, кажется, все это смешит…
— Немного.
— Тогда какого черта ты пялишься тут на меня? Я думал, ты вне себя от счастья, что тебе удалось вытащить из пылких объятий Пинворта свою маленькую дурочку. Хотя я многое дал бы, чтобы увидеть выражение его лица в тот момент, когда он сорвал бы с нее одежду.
— Сомневаюсь, что это было бы веселое зрелище, — неодобрительно произнес Фелан.
— Вот как? — Вэл
— Мы говорим не о тебе, а о Пинворте! — Фелан сосредоточенно завязывал лопнувшую тесемку корсета.
— Да что ты так разволновался? Обнаружив, что перед ним женщина, этот развратник наверняка изменил бы свои намерения.
— Ты и вправду такой наивный, Вэл? — Фелан с садистским выражением лица затянул тесемки как можно туже. — Он просто употребил бы ее тем же способом, что и мальчика. И вряд ли ей бы это понравилось.
Вэл едва заметно побледнел:
— Слава богу, я не обладаю твоей широтой познаний в этой области. Я вообще впервые покинул Йоркшир, так что обычаи и нравы гомосексуалистов мне неведомы.
— Я тоже предпочитаю держаться от этих веселых ребят подальше, — сказал Фелан, шлепнув «жену» ниже пояса. — Веди себя хорошо, дорогая. Юный Джулиан уже отметил черты фамильного сходства между нами, и боюсь, что, оказавшись здесь, он довольно быстро разоблачит тебя.
— Если и так, вряд ли девчонка захочет выдать нас. У нее явно есть свои секреты. Как ты думаешь, кто она? Сбежавшая наследница? Богатая невеста? Слушай, а может, бог посылает мне в руки решение всех моих проблем? В конце концов, это ты у нас наследник состояния и титула. А у меня нет ни гроша за душой.
Фелан внимательно посмотрел на брата:
— И не рассчитывай на это. Она старше, чем выглядит. Ей, скорее всего, за двадцать. И если бы у нее было состояние, вряд ли она моталась бы по Эксетеру, наряженная в чьи-то обноски.
Вэл надел через голову платье и уселся за туалетный столик, пристально вглядываясь в свое лицо, которое уже успел чисто выбрить.
— Тогда кто же она, по-твоему? — требовательно спросил он.
— Не знаю, — задумчиво произнес Фелан. — Но намерен выяснить это.
Поднося к подбородку кроличью лапку с пудрой, Вэл вдруг застыл и внимательно посмотрел на брата.
— Собираешься спать с ней? — спросил он. — Для этого ты и привез ее сюда? Решил приберечь для себя?
Под тяжелым, холодным взглядом Фелана обычно хотелось съежиться даже самым сильным мужчинам. Но Вэл никогда не боялся старшего брата.
— Тот факт, что ты носишь юбку, Вэл, вовсе не означает, что я не задам тебе взбучку, когда ты этого заслуживаешь, — спокойно сказал Фелан.
— Что ж, попытайся! — вскинулся Вэл, но тут же пошел на попятную. — Ну хорошо, значит, твои помыслы чисты и бескорыстны. Но что ты собираешься с ней делать?
— Я еще не решил. Ты ведь отказываешься покинуть Англию и все время только и думаешь о том, что надо явиться на Боу-стрит и выдать себя с потрохами. Пока это так, я тоже не могу никуда уехать. Ведь без меня ты в любой момент готов оказаться лицом к лицу с палачом.
— Я способен сам о себе позаботиться! — вспыхнул Вэл.
— Господи, и почему всем так нравится говорить мне это? — Фелан устало вздохнул. — Ты с твоим необузданным нравом и здесь наверняка вызовешь кого-нибудь на дуэль или совершишь еще какой-нибудь столь же безрассудный поступок. Или кинешься в Йоркшир и попытаешься заставить леди Марджери сказать правду. А она вряд ли знает, что это такое. Так что, если ты отказываешься покинуть Англию, я должен остаться с тобой.