Танец теней

Стюарт Энн

— А часто ли он приносит вам серьги с жемчугом и бриллиантами?

Рэмси и бровью не повел.

— Последние несколько лет я не просил его ни о чем подобном. А тебе хочется сережки, милая Джульетта? Ну что ж, пожалуй, я их тебе подарю. Но это придется заслужить.

Джульетта перебрала в памяти несколько ругательств по-гречески, но в последний момент передумала. Если этот человек говорит по-арабски, то, наверное, знает и другие языки. А она на свой вопрос все равно не получит прямого ответа, пока Рэмси не будет готов дать ей такой ответ.

— И

чего же вы от меня хотите?

Фелан задумался, прислонившись к стене. Он действительно был очень необычным англичанином, совсем непохожим на военных, с которыми общался ее отец. И уж никак не похожим на ее мужа.

— Это зависит…

— От чего же?

— От моего настроения. И от твоего поведения. Пока что Дульси требуется помощь на кухне.

— Вы сказали ей, кто я на самом деле?

— Дульси всегда это знала. Весь дом был в курсе твоего маскарада.

— Тогда почему же вы принесли мне это? — удивленно спросила она, показав на бриджи.

— Я подумал, что ты предпочтешь мужскую одежду. Но если нет, могу дать тебе несколько платьев Вэл, хотя мне кажется, что ты в них просто-напросто утонешь.

— Нет-нет, мне действительно нравится эта одежда, — поспешила заверить его Джульетта. Рэмси едва заметно улыбнулся.

— К тому же среди обитателей городка пошли бы разные слухи. А мы предпочитаем держаться в тени.

— Тогда почему вы вообще привезли меня сюда? Не проще ли было оставить меня на милость нежнейшего сэра Невила?

— Не думаю, что сэр Невил оказался бы таким уж нежным, узнав, кто ты такая. К тому же мне было в тот день скучно. А ты выглядела весьма занимательно. Я и сейчас жажду услышать продолжение истории о твоей мамочке-горничной и папочке-моряке.

— Это была ложь, — вздохнула Джульетта.

— Разумеется. И я думаю, что твои дальнейшие объяснения окажутся не менее изобретательны.

Джульетта внимательно посмотрела на мистера Рэмси. Она как раз собиралась сказать ему, что мать ее была белошвейкой, а отец — кучером, но поняла, что это, пожалуй, не сработает.

— Я не стану терять на это время, — с достоинством произнесла девушка. — Вы ведь все равно не поверите ни одному моему слову.

— Возможно, — согласился Фелан. — Но всегда можно попробовать. Итак, кем был твой отец?

— Не знаю, — быстро ответила Джульетта. — Думаю, этого не знала и моя мать.

Рэмси вдруг улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, и Джульетта снова почувствовала, как что-то тает у нее внутри.

— Потрясающе! — пробормотал Рэмси. — А кто же твоя мать?

Джульетта быстро перебрала в уме несколько вариантов, но ни один из них ей не понравился. Не дождавшись ее ответа, Рэмси неожиданно громко рассмеялся.

— Ладно, отправляйся-ка на кухню, парень, и постарайся придумать что-нибудь поубедительнее. — И, словно бы вдруг потеряв к девушке всякий интерес, Фелан повернулся и пошел прочь по длинному коридору.

Джульетта наблюдала за ним из-под полуприкрытых век. «Ну что ж, — думала она, — тем лучше».

Он сам только что дал ей ключ к выживанию в Саттерз-Хед. Она будет скучной, очень скучной особой, и это обезопасит ее от нежелательного внимания хозяина.

Впрочем, где-то в глубине души Джульетта прекрасно понимала, что лишь обманывает себя. Одно было ясно: она не хотела, чтобы Рэмси снова коснулся ее тела. То, что испытывала при этом Джульетта, было слишком волнующим, слишком приятным, а значит, слишком опасным. И самый простой способ защититься — держаться поближе к его жене. Разумеется, он не станет приставать к горничной собственной супруги.

Напрасно Джульетта боялась встречи с Дульси. Та вела себя как ни в чем не бывало. Она покормила Джульетту сытным завтраком, а потом попросила почистить картошку. Джульетта уже готова была подумать, что Дульси на самом деле ничего не знает, но та в какой-то момент назвала ее по имени.

— Что-нибудь еще? — быстро спросила Джульетта, опустив в миску с водой последнюю картофелину.

— Пока нет. Ты свободна, девочка. Пойди погуляй на свежем воздухе. Думаю, чуть позже ты понадобишься хозяину, а пока можешь сама распоряжаться своим временем.

Джульетте не слишком понравилось услышанное. Она представила, зачем может понадобиться чуть позже хозяину, и твердо решила не допустить этого.

— А где сейчас миссис Рэмси? — самым невинным тоном поинтересовалась она.

На секунду ей показалось, что Дульси смутилась.

— Думаю, что в своей комнате, — наконец ответила она. — Госпожа только что вернулась с прогулки. Но я бы на твоем месте не заходила к ней без разрешения хозяина.

— Почему?

Теперь Дульси точно выглядела обескураженной.

— Почему? — повторила она. — Ну… потому что… Сегодня утром госпожа в ужасном настроении. Кажется, она даже била посуду.

Джульетта не поверила ни единому слову.

— Странно, она кажется такой спокойной…

— Это только кажется, — отрезала Дульси. — Вам лучше держаться от нее подальше, мисс. Если не хотите нажить неприятностей.

— Да, конечно, — покорно пробормотала Джульетта, тут же решив про себя, что никто и ничто не заставит ее держаться подальше от миссис Рэмси. Наверное, это ее муж приказал держать Джульетту на расстоянии, а значит, его намерения в отношении девушки были самыми что ни на есть бесчестными.

Взяв яблоко, Джульетта вышла на солнышко и побрела в направлении конюшни. Но, убедившись, что ее уже не видно из кухни, она резко сменила направление: перелезла через широкую каменную стену и направилась к дому с другой стороны, продираясь сквозь розовые кусты, отчаянно нуждавшиеся в прореживании и прополке. Время от времени девушка останавливалась, с сожалением глядя на задыхающиеся цветочные бутоны. «Но сейчас надо думать не об этом, — напомнила она себе. — Необходимо добраться до миссис Рэмси и заручиться ее поддержкой, прежде чем ее бессовестный муж успеет меня остановить».