Танец с драконами
Шрифт:
Когда ему удалось спихнуть с себя Рыжую Джейне и встать на колени, охотники уже спешивались. Две дюжины всадников уехали, и две дюжины вернулись — это означало, что поиски обернулись неудачей. Плохо. Рамси не любил вкус неудачи. Он захочет сделать кому-нибудь больно.
С недавних пор его лорду приходилось сдерживать себя, так как Город-на-Кургане был полон нужных дому Болтонов людей, и Рамси знал, что должен быть осторожнее рядом с Дастинами, Рисвеллами и сопровождавшими их лордиками. С ними рядом он всегда
Наряд Рамси Болтона соответствовал титулу лорда Хорнвуда и наследника Дредфорта. На нем была накидка из волчьего меха, защищающая от осенней прохлады и скрепленная на правом плече желтоватыми клыками вольчей головы. На одном бедре висел короткий меч, толстый и тяжелый, как мясницкий тесак, на другом — длинный кинжал и маленький кривой нож для свежевания с крюком на конце и острым как бритва лезвием. У всех трех клинков были одинаковые рукоятки из желтой кости.
— Вонючка, — окликнул его светлость с высокого седла Кровавого, — ты смердишь. Твоя вонь чувствуется на другом конце двора.
— Я знаю, милорд, — ответил, как и положено, Вонючка. — Прошу прощения.
— Я принес тебе подарок, — Рамси повернулся, протянул руку за спину, вытащил что-то из седельной сумки и швырнул. — Лови!
В цепях, ножных кандалах и с отсутствующими пальцами, Вонючка стал более неуклюжим, чем был до того, как выучил свое имя. Голова ударилась о его искалеченные руки, отскочила от обрубков пальцев и приземлилась у ног. Из нее посыпались опарыши. Лицо под коркой засохшей крови изменилось до неузнаваемости.
— Я приказал тебе поймать ее, — сказал Рамси. — Подними.
Вонючка попытался поднять голову за ухо. Не удалось. Плоть была зеленая и разложившаяся, ухо оторвалось и осталось между его пальцами. Уолдер Малый засмеялся, и через секунду уже смеялись все остальные.
— Оставь его, — приказал Рамси. — Займись Кровавым. Я совсем загнал этого ублюдка.
— Да, милорд. Я займусь, — Вонючка поспешил к лошади, бросив отрубленную голову собакам.
— Сегодня ты воняешь, как поросячье дерьмо, Вонючка, — отметил Рамси.
— В его случае это улучшение, — добавил Деймон А-ну-ка-потанцуй, с улыбкой сматывая кнут.
Уолдер Малый соскочил с седла:
— Вонючка, ты можешь заняться и моей лошадью тоже. И лошадью моего маленького кузена.
— Я сам могу присмотреть за своей лошадью, — ответил Большой Уолдер.
Уолдер Малый превратился в любимчика лорда Рамси и c каждым днем становился все более похожим на него, но младший Фрей был из другого теста и редко принимал участие в забавах и зверствах своего кузена.
Вонючка не обращал внимания на оруженосцев. Он повел Кровавого в конюшни, отпрыгивая в сторону, когда жеребец пытался лягнуть его. Охотники направились в зал, все, кроме Костлявого Бена, который осыпал проклятьями собак, пытаясь разнять их драку за отрубленную голову.
Большой Уолдер пошел следом за ним в конюшни, ведя свою
— Кем он был? — спросил он тихо, чтобы другие конюхи не услышали.
— Никем, — Большой Уолдер снял седло с серого коня. — Старик, которого мы встретили на дороге, вот и все. Он вел старую козу и четверых козлят.
— Его светлость убил его из-за коз?
— Его светлость убил старика, потому что тот назвал его "лорд Сноу". Но козы были хороши. Мы подоили мать и поджарили козлят.
Лорд Сноу. Вонючка кивнул, позвякивая цепями и борясь с подпругой на седле Кровавого. Как его ни назови, Рамси — не тот человек, с которым стоит быть рядом, когда он в гневе. Или когда он не в гневе.
— Вы нашли своих родственников, милорд?
— Нет. Я и не думал, что мы их найдем. Они мертвы. Лорд Виман приказал убить их. Я бы тоже так поступил на его месте.
Вонючка ничего не ответил. Некоторые вещи произносить небезопасно, даже в конюшнях, когда его светлость в замке. Каждое неверное слово могло стоить ему еще одного пальца на ноге, или даже на руке. Но не языка. Он никогда не лишит меня языка. Ему нравится слышать, как я молю избавить меня от боли. Ему нравится заставлять меня говорить это.
Наездники были на охоте шестнадцать дней, питаясь только черствым хлебом и засоленной говядиной, если не считать случайно захваченного козленка, поэтому в ту ночь лорд Рамси приказал устроить пир в честь их возвращения в Город-на-Кургане. Хозяин замка, седой и однорукий мелкий лорд по имени Харвуд Стаут, понимал, что лучше не отказывать, хотя его кладовые, должно быть, уже сильно истощились. Вонючка слышал ворчание прислуги Стаута о том, что Бастард и его люди уничтожали их запасы на зиму.
— Говорят, он разделит постель с маленькой девочкой лорда Эддарда, — жаловалась кухарка, не зная, что Вонючка слушает, — но когда выпадет снег, мы окажемся теми, кого поимели, попомните мои слова.
Но раз лорд Рамси велел устроить пир, значит, будет пир. В зале Стаута поставили длинные столы на козлах, забили быка, и в ту ночь после захода солнца вернувшиеся с пустыми руками охотники ели жаркое и ребрышки, ячменный хлеб и пюре из моркови с горошком, запивая это чудовищным количеством эля.
Малому Уолдеру выпало следить за тем, чтобы кубок лорда Рамси был полон, в то время как Большой Уолдер разливал напитки другим гостям за главным столом. Вонючку приковали у дверей, чтобы его благоухание не перебило пирующим аппетит. Он сможет поесть позже, любые объедки, которые лорд Рамси сочтет нужным прислать ему. Собаки же резвились в зале и устроили лучшее развлечение вечера, когда Мод и Серая Джейне сцепились с одной из гончих лорда Стаута из-за особо мясистой кости, брошенной Коротышкой Уиллом. Вонючка был единственным в зале, кто не следил за боем трех собак — он не сводил глаз с Рамси Болтона.