Тамариск Роу

Мернейн Джеральд

В одной из гостиных, чтобы показать, что она не желает слушать трансляцию других скачек. Далеко-далеко, за более чем сотней миль травянистых загонов, спускающихся то в одну, то в другую сторону, несмотря на длинную дорогу и железную дорогу, пересекающую их от Бассета до Мельбурна, на лесистых холмах и оврагах, которые только солнечный свет может охватить одним взглядом, на ипподроме Флемингтона, которого Клемент никогда не видел, дорожка резко разбегается, и скачки начинаются. Это первые скачки, которые Клемент слышала, где сам тон комментатора ясно говорит слушателям, даже на первых фарлонгах, что победа суждена одной лошади. С того момента, как они слышат, что Мишна занял позицию сразу за лидерами, Клемент и его отец уверены в результате. И когда за фарлонг до финиша Мишна вырывается вперёд и начинает отрываться, Августин сталкивает

сына с колен и говорит: «Поспеши на улицу и молись Богу, чтобы тебе никогда не пришлось участвовать в скачках». Несколько минут спустя, пока Клемент бесцельно бродил по двору, мальчик увидел, как отец тихонько зашёл в сарай, где содержал отборных птиц. Августин долго ещё не выходил из сарая, и мальчик подкрался к сетке у входа и заглянул внутрь. Отец сидел на насесте, опустив голову между колен. Петух по кличке Оранжевые Глаза, любимая птица Августина, наклонил голову и с любопытством посмотрел на молча сидящего в углу мужчину, затем гордо вышел вперёд, подзывая кур, и бесстрашно поскрёб лапками в нескольких сантиметрах от ног Августина Киллетона.

Правдивая история расы Мишны

В воскресенье утром после победы «Мишны» во Флемингтоне Августин говорит жене, что не может вечно скрываться и не хочет видеть никого, кроме Стэна Риордана, поэтому он тихонько уйдёт на десятичасовую мессу, как в старые добрые времена, и надеется не столкнуться со Стэном. Он берёт Клемента с собой.

После мессы Киллетоны идут по гравийному двору к Фэрберн-стрит, когда кто-то кричит: «Смотрите, он крадётся домой, чтобы подсчитать свой выигрыш». Августин оглядывается и видит небольшую группу участников гонки в тени одной из финиковых пальм. Он подходит к ним. Фрэнк Хехир говорит: «Неудивительно, что ты затаился, Гас, признайся».

Ты был мозгом всей этой истории с Мишной. Хехир держит в руках «Спортинг Глобус». Августин наклоняется и читает заголовок: « Филли». Lands Australia Wide Plunge. Мужчина без улыбки говорит: «Ты можешь хотя бы сказать нам, Гас, что ты на это замахнулся?» Августин видит, как все выжидающе смотрят на него. Другой мужчина говорит: «Кто-то в Бассете, должно быть, её поддержал», – говорят, Хорри Аттрилл получил почти тысячу.

Августин тихо говорит: «Ну, джентльмены, не буду отрицать, что я был в этом замешан, пусть и немножко». Кто-то говорит: «В любом случае, удачи тебе, Гас, никто не может сказать, что ты не заслуживаешь передышки». Я бы не отказался от пары друзей, вроде твоих мельбурнских товарищей, которые поставили бы мне на победу восемь к одному.

Августин пытается скрыть свое удивление и просит Хехира показать ему бумагу.

Он начинает читать статью на первой странице «Незаконные операторы СП во всех Считается, что Восточные Штаты выплатили целое состояние после неожиданной победы кобылка Мишна сегодня на скачках «Экорн Стейкс» во Флемингтоне. Тренировалась в Колфилде. Мишна, чья форма перед сегодняшней гонкой была весьма посредственной, имела Небольшая поддержка на поле, укрепление с 12 до 8 в конце ставок. Но в то время как немногие игроки в Флемингтоне хотели поддержать дочь гнедого Кейтнесс, армия хорошо информированных комиссаров, по-видимому, работающих над тщательно отрепетированный план, заваливший людей СП по всей стране Поток ставок. Пока операторы, сбившиеся с курса, отчаянно пытались уволить их ставки, сторонники Мишны не беспокоились, так как кобыла выглядела Победитель, преодолевший барьер и опередивший соперника на два корпуса в быстром темпе. Тренер Сек. Макгарви отрицал после гонки. Августин чувствует руку на своем плече и слышит, как Стэн Риордан говорит: «Гас, пожалуйста, не забудь поговорить со мной, прежде чем ты пойдешь домой». Клемент видит, что его отец занят своими друзьями-гонщиками, и вежливо спрашивает: «Папа, не мог бы я получить деньги на молочный коктейль?» Один из мужчин говорит: «Потрать, сынок, и скажи продавщице в магазине, что Мишна заплатит за него». Августин дает сыну монету в два шиллинга и пытается рассмеяться. Клемент спешит через дорогу и покупает шоколадное солодовое молоко и мороженое. Он откусывает большие куски от мороженого, чтобы доесть его, прежде чем выйти из магазина. Затем он вытирает все следы от него с губ и возвращается на кладбище. Его отец и Стэн Риордан тихо разговаривают вдали от остальных. Клемент кладет сдачу с напитка и мороженого в карман отца, прежде чем Августин успевает их пересчитать. Стэн Риордан говорит: «Итак, я провел небольшое собственное расследование по городу, позвонил своему приятелю в Мельбурн, сложил два плюс два и понял, что они, должно быть, остановили кобылу на

последний

момент в Долине — потом, когда я увидел, что ее выставили на Флемингтон, я прислушался, услышал самый тихий шёпот и догадался об остальном сам — я ждал, что ты свяжешься со мной, Гас, но не осмелился спросить тебя — в конце концов, это не мое дело, и я догадался, что ты ждешь до последней минуты, чтобы получить нужную информацию о ней во Флемингтоне — в общем, вчера я рискнул, решил не жалеть денег и сделал довольно приличную ставку на эту маленькую кобылку, и я хочу, чтобы ты знал, что теперь ты мне ни пенни не должен — я более чем погасил твои маленькие долги тем, что выиграл у Хорри Атрилла —

Скажи мне, Гас, ты сам хорошо выиграл? Августин носком ботинка отмечает длинную бесцельную дорогу по пыльному гравию. Он говорит:

– Буду честен с тобой, Стэн, – я сделал очень скромную ставку – в последнее время я слишком сильно проигрываю, чтобы выходить с одной ставкой – но я очень рад слышать, что ты так хорошо сыграл – и я никогда не смогу поблагодарить тебя за всё, что ты сделал для меня в прошлом, приятель. Риордан видит, что Августин стремится уйти от него. Он похлопывает Августина по спине и говорит: «Продолжай молодец, Гас». Затем он подходит к мужчинам в тени финиковой пальмы, пока Августин и Клемент отправляются домой. Вернувшись домой, Августин говорит жене: «Мастер совершил самый крутой прыжок в своей жизни».

– вчера был тот день, о котором мы с ним мечтали все эти годы – еврей, конечно, ему помог, но Мастер был мозгом. Августин ждёт, когда жена спросит, о чём он говорит, но она даже не отрывает глаз от работы.

Клемент следует вдоль ручья через Бассетт

В это, возможно, последнее субботнее утро, которое он проводит в Бассете, Клемент Киллетон внимательно слушает, как его отец объясняет, что у него есть для мальчика важное сообщение, которое он должен передать человеку на другом конце города.

Августин вручает Клименту запечатанный конверт и просит его бережно хранить. Затем он записывает на клочке бумаги названия улиц, по которым мальчик должен пройти, чтобы добраться до дома, где мужчина ждёт послания. Климент идёт по Мак-Кракенс-роуд, затем по Кордуэйнер-стрит, той же дорогой, по которой он идёт в школу. Неподалёку от школы Святого Бонифация он попадает в запутанную сеть улиц, которую никогда не видел.

Видел его уже. Толпа незнакомых мальчишек следует за ним несколько ярдов, и он вспоминает историю, которую монахиня однажды рассказала на Первом Причастии о маленьком святом Тарсисе, которого священник послал нести Святые Дары по улицам Рима умирающему в тюрьме христианину. По дороге он встретил банду язычников и отказался сказать им, что он носит под рубашкой, у сердца, и бросился бежать, спасая свою жизнь, когда они пригрозили схватить его за руку и выяснить это самим. Но его поймали в тупике, потому что он плохо знал этот пригород Рима. Мальчики избили его до смерти, но он умер, сцепив пальцы, всё ещё защищая тело Господа нашего, и приготовился бежать. Он находит дом и передаёт послание человеку, открывшему дверь. Мужчина говорит: «Полагаю, ты знаешь дорогу домой, юноша». Клемент отвечает: «Да, спасибо, главные улицы Бассета там, не так ли?» и указывает. Мужчина говорит: «Без страха, они не там, они там».

Ты, должно быть, совсем запутался. Клемент показывает список улиц, который записал для него отец. Мужчина лишь бегло просматривает их и говорит: «Смотри, это гораздо проще», – а затем описывает улицы, о которых Клемент никогда не слышал, и достопримечательности, которые мальчик не помнит по пути к дому. Из вежливости Клемент соглашается пойти домой по улицам, которые предлагает мужчина. Но вскоре после выхода из дома он пытается найти дорогу сам, следуя по улицам, которые, похоже, ведут обратно к дому.

Вскоре он оказывается на перекрёстке улиц, о которых ни отец, ни хозяин дома не упоминали, и которые, как он сам подозревает, ведут его не туда. В конце самой загадочной улицы из всех он видит табличку «НЕТ ДОРОГИ» и смотрит вниз, поверх столбово-ригельного забора, на узкую водосточную канаву, забетонированную и открытую небу. Это, несомненно, часть ручья, протекающего через его родной квартал Бассетта, а затем неопределённо направляющегося на север, хотя он всегда предполагал, что ручей протекает по местам, совершенно отличным от того лабиринта улиц, где он сейчас находится, и в конце концов приводит в место, совершенно не похожее на любую часть Бассетта. Он перелезает через забор, спускается по травянистой насыпи и идёт вдоль водостока в направлении, которое, как он надеется, приведёт его домой. Обогнув первый изгиб ручья, он уже не знает, в какой части Бассетта находится.