Талисман мага
Шрифт:
— И что?
— Какие-то из них, наверняка, захотят оказать нам помощь.
— Вот и отлично: попросим у них весла. Лэрри, подумай: всего четыре дня — и ты богат!
— Еще может оборваться веревка…
Самообладанию капитана можно было только удивляться: Ральф слишком хорошо знал, чем для Лэрри является новый корабль — ради него он и связался с «черными археологами». Но похоже, это приключение его многому научило.
— Оборвется — пристанем к берегу. Ты же сам говорил.
Лэрри не ответил.
— Хорошо. У тебя есть знакомые в этом… как его… — разведчик защелкал большим и средним
— Есть.
— А в Ниане?
— Да.
— Лэрри, если ты мог заметить, я и все, кто со мной, не такие уж беззащитные.
— Я заметил.
— Ну и… — Ральф перестал улыбаться и постарался показать на лице все то, что обычно предпочитал не афишировать.
Но это было излишне: Лэрри вспомнил их недавний разговор — что в конце концов и решило дело.
— Согласен.
— Вот и молодец, — привычно заулыбался разведчик, потом стянул тесемки кошелька и передал его капитану.
Как и предполагал Карлос, Майер посчитал, что изнеженный и привыкший к власти Ирима просто не вынес обрушившихся на него испытаний и унижений и сошел с ума. Разведчик не спорил: Верховный жрец Шана перед смертью действительно узрел такое, что вряд ли увидел бы кто-то другой. Однако дело здесь было не только (или вернее, не столько) в лишениях: с Иримой произошло то же, что и с молодыми адептами, и этого Алекс знать не мог.
А Карлос молчал.
Понимая, что ядовитые испарения (именно эта версия представлялась разведчику наиболее вероятной) могут начать воздействовать в любой момент, Карлос позволил себе как следует выспаться только в первую ночь — во вторую же он лишь дремал, все время пробуждаясь, и наблюдал, наблюдал… И, как оказалось, не зря.
Направляясь к острову, разведчик думал, что ему не составит труда в случае чего совладать с десантниками, поскольку они в большинстве своем обычные люди и легко поддаются ментальному воздействию — и был прав. Не учел он другого: по той же причине каратели оказались более восприимчивы и к любому влиянию извне. Молодые слуги Нечистого тогда ощутили неладное лишь на третьи сутки — десантники не выдержали и половины этого срока.
Первым из них стал Стивен: перед рассветом парень поднялся и осторожно вышел из палатки — за ним невидимой ниточкой потянулся ментальный зонд Карлоса.
«Так и есть… Ну, и быстро же он сломался…» — Больше разведчик уже не спал. До утра караулил он уединившегося Стивена, готовый в любую минуту вмешаться — к счастью, на этот раз пронесло.
Само собой разумеется, за нарушение дисциплины десантник получил нагоняй, однако по тому, как он реагировал на слова командира, трудно было не заметить, что парень явно не в себе.
— Я не знаю, что с ним, — беспомощно разводила руками Марта.
Стивен делался все более безразличным — на следующий день он перестал узнавать товарищей; потом — откликаться на свое имя. Со стороны казалось, будто бы он спит на ходу, и лишь одному Карлосу было известно, сколь бурная жизнь кипит в его душе.
— Это какая-то болезнь. Или… — Десантники шепотом вспоминали Яна.
За Стивеном постоянно кто-то наблюдал. А через сутки признаки таинственной болезни появились еще сразу у двоих. У Карлоса прибавилось работы: хоть десантники и подчинялись
Не желая смириться с потерей Карлоса и десантников, Дэвид продолжал свои ментальные поиски: разведчик по несколько раз на дню словно ощущал «дыхание Нечистого», и шансы на то, что Дэвид посчитает их погибшими, и тогда можно будет наконец уйти с острова, таяли на глазах.
Третий день выбил и числа здоровых еще двоих: остались Карлос, Алекс и Марта, измотанные постоянным недосыпанием и почти потерявшие надежду на благополучный исход.
— Надо что-то решать… — Карлос устало провел руками по лицу.
— Надо, — согласился Майер.
— Алекс? — внимательно наблюдая за командиром, окликнул разведчик.
— Да?
— Посмотри на меня.
Майер послушно поднял голову.
— Нет! — испугавшись собственного крика, Марта прикрыла ладонью рот. — Нет, — тихо и жалобно, точно прося кого-то, повторила она.
— Да, — вздохнул разведчик.
Следующие полчаса он утешал рыдавшую у него на плече женщину — Алекс не проявил ни малейшего интереса. Потом они вместе со все еще всхлипывающей Мартой приготовили обед и накормили десантников. Потом над островом вновь «завис» ментальный зонд Дэвида, и разведчик в очередной раз поразился, сколько времени и сил тратил на поиски Нечистый: учитывая территорию Пайлуда, получалось, что «Безымянный Властитель» практически не спал. Как и тот, кого он искал и чьи силы были уже на исходе.
Когда все закончилось, Карлос понял, что больше не выдержит:
— Мне нужно немного поспать. Если что — сразу буди.
— Хорошо. — Объяснять Марте, что могло означать это «если что» было не нужно — если кто-нибудь из парней вдруг выберется из палатки и двинется в сторону трясины.
— Не бойся, это не то — просто устал. И с ними, — кивнул разведчик в сторону палатки, где находились десантники, — ничего не случится. — Только договорив последнее слово, Карлос сообразил, что он сказал.
Марта мгновенно встрепенулась:
— Ничего не случится? — переспросила она. — Не случится? Так вы… вы знали… Знали, и все равно…
— Да, я знал, но у нас не было другого вы…
Договорить разведчику Марта не дала: она бросилась вперед. Причем настолько стремительно, что Карлос опомнился, лишь когда почувствовал руки женщины у себя на шее.
Марта не шутила: возможно, она и была слабее любого из своих товарищей по отряду, однако посильнее многих, менее подготовленных, мужчин, и Карлос это немедленно оценил. Конечно, случись все это меньше недели назад, Марта не успела бы даже ничего понять, как оказалась бы вместо него на земле. Да какое там на земле… — она, вообще, ничего не успела бы сделать, но увы, вспоминать о том, что было, больше не имело смысла. Он превратился в старика — не совсем, правда, еще беспомощного, но заметно ослабевшего, с замедленной реакцией. К тому же измотанного недосыпанием и постоянным напряжением. И тем не менее…