Тактик 2
Шрифт:
Это оказалась небольшая, почти незаметная под наносами снега нора или вход в неглубокую пещеру, откуда действительно тянуло дымком и откуда доносились приглушённые голоса.
Орки. Они развели там костер, чтобы согреться, и, судя по всему, чувствовали себя в полной безопасности.
«Ленивые ублюдки, — мелькнула мысль. — Вместо того, чтобы прочёсывать местность, как им, вероятно, приказали, они решили отсидеться в тепле. Что ж, это их ошибка».
Глава 12
Я вернулся к гномам, которые отставали от меня и жестами объяснил ситуацию. Лица воинов посуровели, в глазах блеснул хищный огонёк. План созрел мгновенно: я захожу первым, стараюсь вырубить кого смогу по-тихому, гномы за мной, добивают остальных. Главное, быстро и без лишнего шума.
Я воткнул в снег клевец, в тесноте норы он мне не поможет, вытащил свой меч. Гномы сжали в руках свои топоры. Глубокий вдох — и я нырнул в тёмный проём норы.
Внутри, при свете небольшого, чадящего костерка, сидели четверо орков. Они были заняты тем, что жарили на огне кусок какого-то мяса и о чём-то оживленно переругивались на своем гортанном языке. Мое появление было для них полной неожиданностью.
Я не стал медлить. Первый орк, сидевший ко мне спиной, получил удар рукоятью меча по затылку. Хруст шейных позвонков — и он мешком рухнул лицом в костер, подняв сноп искр. Двое других вскочили, хватаясь за оружие, но тут в пещеру ворвались Зобгин и Брор. Короткая, яростная схватка, больше похожая на рубку дров. Гномьи топоры мелькали в полумраке, с глухим стуком обрушиваясь на орочьи черепа и плечи. Я успел отбить удар корявого орочьего тесака и всадить свой короткий меч под рёбра третьему орку. Он захрипел, выпучив глаза, и осел на землю.
Четвёртый орк, самый молодой и, видимо, самый трусливый, видя, что дело пахнет жареным, попытался было броситься к выходу, но Брор, перехватив свой топор поудобнее, с размаху огрел его рукоятью по голове. Орк издал короткий, удивлённый писк и рухнул без чувств.
Все было кончено за какие-то полминуты.
Брор проверил «ударенного» и пробурчал что «этот живой».
Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как по венам разливается горячий, пьянящий адреналин. «Ачивка „Ночной Охотник“ разблокирована, — пронеслось в голове. — Плюс три фрага и один пленный. Неплохо для начала».
Зобгин деловито обшарил трупы, собирая трофеи — несколько кривых ножей, пару медных колец и кожаный кошель с какими-то мелкими, ничего не стоящими побрякушками. Брор тем временем крепко связал оглушённого орка его же собственным ремнём.
— Что дальше, человек? — спросил Зобгин, вытирая лезвие топора о штаны убитого орка.
— А дальше, — ответил я, кивая на пленного, — будем разговаривать.
Пленного орка мы оттащили обратно в башню. Причём к остальным гномам мы его не потащили, устроились в боковом помещении.
Там гномы снова развели костёр (а я воздал должное тому факту, насколько мастерски они владеют огнём), при его свете пленника привели в чувство, отерев морду щедрой порцией снега.
Орк
Я присел перед ним на корточки.
— Как тебя зовут, орк? — спросил я на всеобщем, который, как я знал, орки тоже худо-бедно понимали.
Орк удивлённо моргнул, но ничего не ответил, лишь снова злобно засопел.
— Говорить будем, или предпочитаешь, чтобы мои друзья-гномы немного поразмяли твои кости? — продолжал я спокойно, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и безразлично.
И тут произошло нечто странное.
Когда я произносил эти слова, я вдруг понял, что думаю не на всеобщем, а… на орочьем. Слова сами собой складывались в гортанные, рычащие фразы. Я не просто переводил, я думал на их языке. Ощущение было настолько неожиданным, что я на мгновение замолчал, пытаясь осознать произошедшее.
«Какого чёрта? — пронеслось в голове. — Сначала гномий, теперь орочий… Это что, еще один „подарок“ от той силы, что закинула меня в этот мир? Или это какая-то побочка от доспеха Анаи? Многоязычие, как скрытый перк? Забавно. И очень, очень кстати».
Я посмотрел на орка. Он всё ещё смотрел на меня с вызовом, но в его глазах появилось что-то дополнительное… недоумение?
Я решил рискнуть.
— Я спросил, как тебя зовут, — повторил я, на этот раз уже осознанно используя орочий язык, который, к моему удивлению, давался мне довольно легко, хоть и с некоторым акцентом. — И не советую тебе молчать. От твоих ответов зависит, увидишь ли ты следующий рассвет.
Вот теперь орк был по-настоящему удивлён. Его челюсть отвисла, а глаза округлились. Он явно не ожидал услышать родную речь от человека. Гномы, стоявшие вокруг, тоже переглянулись, не понимая, что происходит.
— Ты… ты говоришь на языке Истинных Воинов? — наконец выдавил из себя орк, и в его голосе слышалось недоверие.
— Иногда, — уклончиво ответил я. — Когда это нужно. Так как тебя зовут?
Орк помедлил, но потом всё же ответил:
— Гррхаш.
— Хорошо, Гррхаш, — кивнул я. — А теперь расскажи мне всё, что знаешь. О вашей армии. О ваших планах.
Гррхаш снова замолчал, его взгляд стал упрямым.
— Я ничего не скажу, человеческий выродок! — прорычал он. — Скоро придёт наш вождь Гхырр Великий, и он сдерёт с вас шкуры! Вы все умрёте!
— Может, и умрём, — согласился я на всеобщем. — Но ты умрёшь первым. И, поверь, это будет не быстро и не легко. Гномы умеют быть очень изобретательными, когда дело доходит до мести.