Сын Сумрака
Шрифт:
– Чёрт бы побрал этих баб! – взвыл я, устремляясь за ней. Ко мне вновь вернулась дикая злость на эту дуру, которая бросилась в самую гущу событий. Борясь с желанием уехать отсюда и забыть, что когда-то в моей жизни существовала Каталина, я бежал за ней, нагоняя с каждой секундой. Я был уверен, что мне понадобится вся моя выдержка, когда я догоню девчонку.
Сделав громадный прыжок вперёд, я сбил охотницу с ног, в третий раз оказываясь сверху неё, и уж теперь я не собирался упускать возможности наказать Каталину, чтобы она запомнила это на всю жизнь. Она успела повернуться на спину, прежде чем я придавил её своим весом к земле так, что Кати потеряла всякую возможность двигаться. И тут же почувствовал, как мне в подбородок упирается остриё моего же собственного кинжала. Я тяжело и прерывисто дышал, глядя на поверженную
– Флор, - хрипло позвала меня Кати.
Я невесело усмехнулся, пытаясь придать своему голосу равнодушия.
– Идём к бункеру, - ответил я и зашагал прочь от охотницы.
Довольно неразумно было поддаваться первым глупым желаниям и своим воспоминаниям. Дэн был неправ – как бы мало нам ни оставалось времени, бросаться в водоворот чувств нельзя. Тем более, что в большей степени я их придумал сам. За многие десятки лет, что я жил на этом свете, я научился отключать свои эмоции, ставить их на второй план. И сейчас сделал то же самое, что делал почти всю свою сознательную жизнь – прогнал все свои ощущения прочь.
Шаги Кати я услышал через полминуты. Охотница догнала меня и теперь шла чуть позади, не предпринимая никаких попыток заговорить. Но оно было и к лучшему. Слишком много эмоций она разбудила во мне за время нашего короткого знакомства, и слишком разнообразны они были.
– Ты со мной или сама дальше пойдёшь? – тихо спросил я у Каталины, кивая на лабиринт улицы, полной полуразрушенными коробками домов.
– Я с тобой, - глухо ответила девушка, пытаясь поймать мой взгляд. Я кивнул и шагнул к первому дому, не смотря на Кати. Двигаться приходилось на полусогнутых ногах, то и дело останавливаясь и прислушиваясь. Рык и хрип были слышны почти со всех сторон, а дышать здесь было почти невозможно – так сильно воняло гниющим мясом.
– Флор! – вдруг крикнула Кати, и я успел присесть в последнее мгновение. Двигаясь на инстинктах, я откатился в сторону, вскакивая на ноги и бросаясь вперёд, на помощь охотнице, которая уже отбивалась от атаки трёх человек. Я даже не успел удивиться тому, откуда здесь могли взяться люди, когда понял, что они и являются источником зловония. Эти люди были мертвы уже долгое время, и сейчас двигались только оттого, что кто-то превратил их в жуткие подобия живых кукол и умело управлял ими. Убивать их было легко и трудно одновременно. Зомби были неповоротливы, тупы и плоть их разлеталась на тысячи ошмётков, стоило только нанести им ощутимый удар. Но они были чертовски живучи.
– Сзади! – крикнул я Каталине, прыгая на двух напавших мертвецов и ударяя по ним обеими руками сразу. Головы их отлетели прочь, забрызгав меня зловонной жижей, но зомби продолжали слепо шарить руками по воздуху, шагая дальше. Нас окружали со всех сторон подобные твари, которые всё прибывали и прибывали. Я уже перемазался с ног до головы, кромсая их мёртвые тела и одновременно следя краем глаза за охотницей, отбивающейся с не меньшим пылом. Она двигалась быстро, чётко и размеренно.
– Какого *** тут происходит? – выдохнула она, поравнявшись со мной и утирая со лба пот. Потом высоко подпрыгнула, снося ударом ноги голову одному из мертвецов.
– Очевидно…кто-то хотел…убить халдов…- тяжело дыша озвучил я свои мысли о творящемся вокруг.
Минут через десять мы стояли среди горы трупов, глубоко вдыхая воздух, пропитанный тошнотворно-сладким запахом. Я пытался быстро сообразить, куда нам двигаться дальше: или возвращаться обратно к мотоциклу, или отыскивать выживших магов.
– Куда мы пойдём дальше? – спросила у меня Кати, и я вскинул брови.
– Ты спрашиваешь? Ну, надо же!
– Не надо так.
– Ладно, - я махнул рукой, потому что для пререканий было не время и не место. – Попробуем найти кого-нибудь в бункере.
– Окей.
Те мертвецы,
– Идём, но только очень осторожно. Я первый, - скомандовал я, и Кати кивнула. Удивляться покорности охотницы не было ни сил, ни желания. Я медленно двинулся в сторону бункера, правая часть которого догорала, освещая окружающий нас сумрак тусклым светом. Охотница бесшумно шла следом, и я слышал только её дыхание, учащающееся с каждым пройденным шагом. Достигнув помещения, в котором жили халды, я махнул рукой идущей позади Каталине, давая понять, что здесь чисто. Широкие двери бункера были распахнуты настежь, открывая нашему взору полнейшую темноту, царящую внутри. Я не стал дожидаться, пока мои глаза привыкнут к кромешной тьме, и шагнул вперёд, ориентируясь только на свои инстинкты. В глубине помещения, с левой стороны, раздался приглушённый стон.
– Идём, - шепнул я Кати, вытаскивая верную Гюрзу. Пользоваться пистолетом я предпочитал только в крайних случаях, хотя, без оружия в зону не совался. Как правило, огнестрельное оружие выполняло только отвлекающую функцию, и в основном мы справлялись своими силами. Или же привычной силой стали клинков.
Мы прошли шагов двадцать, когда оба замерли как вкопанные. Прямо на нас смотрело огромное животное, низко пригнувшее массивную голову и сверкающее взглядом потусторонних зелёных глаз. С огромных острых клыков капала тягучая слюна, а пасть исторгала низкий утробный рык. Позади него лежали тела халдов, трое из которых были истерзаны так, что я не сразу понял, где чьи конечности. Всё кругом было залито кровью, в крови была и пасть животного, очевидно, до нашего прихода лакомившегося внутренностями магов. Вновь раздался тихий стон, и через долю секунды зверь оттолкнулся всеми четырьмя лапами и прыгнул на нас. Я успел оттолкнуть Кати в сторону и отпрыгнул сам, тут же взвыв от боли, когда огромная когтистая лапа прошлась по моему боку, вспарывая кожу до рёбер. Каталина вскочила на ноги и тут же бросилась на спину зверя, всаживая в неё мой клинок, который она так и не выпускала из рук. Драться с этой тварью в ограниченном пространстве бункера было не в пример сложнее, чем если бы это происходило на улице. Я боялся нанести ещё больший вред выжившему халду, но и вынести его отсюда времени не было. То я, то Кати рвали животное на куски, при этом получая серьёзные ранения. Я чувствовал, что уже начинаю выдыхаться, каким образом Каталина умудрялась оставаться на ногах, мне было не ясно. Зверь же обезумел от боли и ярости, мечась по помещению в попытке достать нас. Наконец, мне удалось отвлечь его на себя, и Кати повисла у него на загривке, раз за разом вбивая в шею животного нож. Легко отделаться мне не удалось – платой за поверженного зверя стала моя правая рука, которую монстр подрал до самой кости.
Я сцепил зубы, сползая по бурой от крови стене и прикрыл глаза, стараясь не замечать дикую боль в разорванном предплечье.
– Флор, - Кати бросилась ко мне, зажимая ладонями мою рану, из которой хлестала кровь. – Что мне делать?
Я открыл глаза и посмотрел на охотницу. В её расширившихся зрачках плескался неподдельный ужас. Лицо было перемазано кровью, с волос ручейками стекала алая влага. Выглядела она жутковато.
– Скоро заживёт, - выдохнул я, чувствуя, как рука начинает зудеть, возвещая о том, что ткани уже начали регенерировать. – На улице машина. Проверь, работает ли движок. Будь осторожна. Если работает – заводи и возвращайся. Если снаружи кто-то есть, беги к мотоциклу и возвращайся в город. Поняла?
– Да!
Повторять два раза не пришлось – Кати вскочила на ноги и понеслась в сторону выхода. Я вновь прикрыл глаза, отвлекаясь от страшной боли мыслями о том, что произошло в бункере. «Антихалды», как их назвала Каталина, не сидели сложа руки и готовились к тому, чтобы напасть на Вардер, уничтожая тех, кто мог быть нам полезен. Даже если бы Ян и Эва не вернули Леонтия, нападения на город было не избежать. Со стороны того места, где лежали тела халдов, больше не доносилось ни звука, и это означало, скорее всего, то, что мы зря рисковали своими жизнями, приехав сюда.