Сын Сумрака
Шрифт:
Я огромным усилием воли обхватил запястье девушки, убирая её руку в сторону и разворачиваясь к ней.
– Я вампир, я пью кровь, ты забыла? – язвительно произнёс я, стараясь смотреть только на её лицо. Приложился к пакету и сделал огромный глоток крови, облизывая губы.
Вместо ответа Кати приподнялась на цыпочки и провела языком по моим губам, слизывая остатки алой влаги. Сказать, что после этого у меня снесло крышу, значит, не сказать ничего. Я отбросил пакет в сторону, резко притянул Каталину к себе за ягодицы и впился в её рот поцелуем. Я кусал, посасывал и терзал её губы, рыча от удовольствия, когда охотница обнимала
– В следующий раз…обязательно нападу на тебя…ещё раз, - задыхаясь, проговорила Кати, когда я кончил и отпустил её, поставив на ноги.
– Если каждый раз это будет заканчиваться так, я согласен, - пытаясь выровнять дыхание, ответил я, наблюдая, как Каталина выходит из воды, натягивая на мокрое тело одежду.
– А тебя никто и не будет спрашивать, согласен ли ты, - подмигнула мне девчонка, развернувшись и зашагав в сторону выхода, при этом покачивая аппетитными бёдрами.
Я усмехнулся, заложив руки за голову и закрыв глаза. Сколько бы времени нам ни оставалось, я бы предпочёл, чтобы оно было окрашено подобными эпизодами. А будут ли они иметь продолжение, покажет только время. Оставалось бросить все силы на то, чтобы оно у нас было.
Ян
С каждым часом, приближающим нас к тому дню, когда мы ожидали в Вардере «гостей», атмосфера в городе становилась всё более суетной и напряжённой. Мы укрепляли стены, осматривали технику и оружие и строили предположения относительно того, как всё будет происходить. При мысли о том, что Вардер может наполниться тысячами Носферату, зубы сводило от злости.
Я вернулся домой, скинув промокшую от пота футболку в прихожей, и поднялся на второй этаж, где меня должна была ждать Эва. С того момента, когда мы вернулись от Лайнуса, волчица стала жить со мной, и я часто ловил себя на мысли, что мне это по душе. Между нами не было никаких разговоров о наших отношениях, мы просто делали то, что хотели. Были вместе, делили постель, строили планы на ближайшие несколько дней. Дальше не загадывали, потому что никто не знал, что нас ждёт в будущем.
Когда я вошёл в спальню, Эва даже не подняла на меня глаз. Она лежала на кровати и увлечённо читала какую-то книгу. Точнее, делала вид, что занята чтением. Я уже успел изучить некоторые повадки Эвы, и сейчас мог с уверенностью сказать, по напряжённому выражению на лице волчицы, что она чем-то взволнована.
– Привет, - тихо поздоровался я с ней, прислонившись плечом к дверному косяку и заложив руки в карманы. – Как дела?
– Нормально, - Эва отложила книгу и села по-турецки, взяв в руки край покрывала и теребя его. – Лайнуса так и не было?
– Нет, не было, - я чуть нахмурился, желая услышать о том, что волновало мою девочку. – Кати у Флора?
– Не знаю, её не было у нас.
– Понятно, - я подошёл к шкафу и вытащил из него свежую
– Ты в душ? – напряжённым голосом спросила волчица, и я обернулся.
– Ты хочешь со мной?
– Нет, - она помотала головой, быстро окинула меня взглядом и отвела глаза в сторону, уставившись в пространство и покусывая нижнюю губу. – Иди, я подожду.
– Окей, но когда я вернусь, я хочу перекусить и услышать от тебя всё, что ты хочешь мне сказать.
Я подмигнул Эве, метнувшей на меня быстрый взгляд и покрасневшей при этом, и направился в ванную. По какому поводу могла переживать волчица, оставалось загадкой. Я надеялся, что она не решилась на очередную блажь, и не сообщит мне через десять минут о том, что собирается уйти из Вардера. Я даже думать не хотел о том, что стал бы делать в этом случае. Наверное, сразу бы запер Эву где-нибудь и выпустил бы только после того, как за пределами города станет относительно безопасно.
Потом мои мысли переключились на халдов, находящихся в Вардере. Надеяться на то, что хоть кто-нибудь из них выживет, было глупо. Леонтию с каждым днём становилось хуже, иногда он метался в бреду и постоянно звал Лайнуса, а мы ничем не могли ему помочь. Вновь ехать к халду, чтобы сообщить о том, что его брат при смерти, я не собирался. Лайнус дал чётко понять, что смерть Леонтия не является для него катастрофой.
– Ммм, как вкусно пахнет, - протянул я, входя в кухню и вдыхая аромат еды, стоящей на столе. – Дай угадаю. Консервы?
Эва едва заметно улыбнулась, садясь за стол и беря в руки стакан чая, но ничего не ответила. Беспокойные мысли об её уходе вновь заполнили мою голову. Я присел напротив и отодвинул от себя тарелку, опираясь локтями на стол и всматриваясь в лицо сидящей напротив девушки.
– Итак, чтобы не ходить вокруг да около, давай ты сразу выложишь всё то, о чём думаешь в своей прекрасной головке. Что тебя волнует?
Эва отставила стакан и сложила руки на груди, глядя на меня в упор. В глазах её зажёгся привычный недобрый огонёк. Я сделал глубокий вдох, приготовившись услышать то, чего опасался.
– Меня волнует Роксана! – выпалила вдруг Эва, и мои брови удивлённо поползли вверх. Я даже не мог сходу понять, о чём речь.
– Кто такая Роксана, чёрт бы её побрал? – с нервным смешком спросил я, чувствуя, как напряжение покидает моё тело.
– Это я у тебя должна спросить, - фыркнула Эва, ядовито улыбаясь. – Вампирша, сколько лет, одна Тьма знает, видимо, уже немало. Блондинка, глаза голубые, ноги не очень ровные.
– Аааа, - я вспомнил, о ком идёт речь, и откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. Оказывается, моя девочка ревнует. – И что?
– И ничего! – Эва вскочила с места, подхватила свой стакан с недопитым чаем и устремилась к раковине, где начала усиленно его мыть. – У тебя с ней что-то было? – раздался её глухой голос, который волчица изо всех сил старалась сделать равнодушным.
– Было, - пожал я плечами, размышляя о том, стоит ли приняться за еду, или подойти к Эве и успокоить. Тема, поднятая ей, не стоила и выеденного яйца, и уделять ей так много внимания я не собирался. С другой стороны, волчица сильно переживала, и для меня это было важным. Я поднялся из-за стола и подошёл к Эве сзади, обнимая её и прижимая к себе.