Связанные
Шрифт:
Хицугая, продолжая размеренно шагать, поднял меч вверх:
Банкай. Дайсуйрен Хёринмару!
Частички влаги и духовной силы, в изобилии рассеянные в ближайшем пространстве, собрались, распахиваясь ледяными крыльями за спиной. Клинок изогнулся и теперь больше походил на турецкий ятаган, количество лучей в звезде цубы уменьшилось вдвое. Вокруг шеи образовался воротник, руки, ноги и спину покрыла ледяная броня, волосы засеребрились, обрастая колючками инея. Каташи прыгнул, ускоряясь, взмахнул крыльями и оказался подле Такинары. В одно касание заморозил ей руку, шепнув: "Потерпи", а
Май попробовал было "нырнуть" на другой уровень, но номер почему-то не прошёл, а через считанные минуты всё было кончено.
Хицугая, наконец, смог перевести дыхание. Он с беспокойством оглянулся на Мику. Синиагми уже поднялась и, бросив взгляд на оставшегося лежать неподвижно старшего демона, медленно направилась к нему, нервно улыбаясь – у них получилось! Каташи тоже тепло улыбнулся в ответ, кивнул, соглашаясь, и наклонился, чтобы поднять ловушку, до которой успел дойти.
Он приблизился к подруге, одновременно отпуская банкай, и снежинки подхватил тёплый ветер, гулявший по руконгайским улицам, протянул ей круглый почти плоский медальон, продолжавший мигать рыжим огоньком.
Что это? – Мика с любопытством оглядела кругляш, перевела взгляд на Хицугаю и вздрогнула. Помимо колючей шевелюры непривычно белого цвета, девушку поразили его глаза, радужка которых будто была покрыта льдом.
Ловушка для Хёринмару, - Каташи небрежным жестом взлохматил волосы, с которых посыпался иней, и они, постепенно оттаивая, возвращались к прежнему цвету.
Такинара испуганно округлила глаза. Она хватала ртом воздух, пока Каташи убирал ловушку за пазуху, слов не находилось. Это могло оказаться смертельным не только для них двоих – для всего Готея!
Расслабься. Всё было под контролем! – беспечно произнёс он, часто смаргивая. Потом растёр глаза руками – те также вернули тёпло-голубой оттенок, и прошипел чуть слышно: - Терпеть этого не могу. Так, теперь давай свою руку. Садись.
Хицугая снял заморозку, и кровь снова стала вытекать из раны.
Не больно? – спросил он, и Такинара услышала в его голосе искреннюю заботу и беспокойство.
Нет, - шатенка мотнула куцым хвостиком. Ткани руки пока не обрели былой чувствительности, поэтому больно действительно не было. Девушка с удивлением наблюдала, как Хицугая сложил ладони лодочкой, и из-под них заструилось зеленоватое свечение лечебного кидо. Этот парень поражал её всё больше и больше: вроде, живой человек, пусть и исполняющий обязанности синигами, но уже с банкаем, да и кидо владеет?
Где-то она про подобных монстров уже слышала… Ах, да, Куросаки Ичиго. Что за чертовщина творится в этой Каракуре?
Хоть рана на руке девушки затянулась, Хицугая счёл необходимым перебинтовать её, для чего вытащил косодэ навыпуск и, сделав надрезы мечом, оторвал от низа несколько полосок ткани. Такинара пробовала сопротивляться, мол, заглянет в четвёртый, но Каташи возразил, что
Мика, - голос Каташи стал тихим и виноватым, а сам он потупился, - ты прости меня… что я тебя… поцеловал без спроса. Я думал, так они не обратят на нас внимания.
Такинара внимательно посмотрела на юношу, тот кусал губы и отводил взгляд. Мика тихонько улыбнулась: она впервые видела, как Хицугая смущается, и выглядело это мило и даже забавно.
Да, ерунда, - девушка тоже потупилась, сдерживая расползающуюся улыбку. Мика не стала озвучивать, что она не только совсем не злится на него, но и согласна повторить этот "отвлекающий манёвр" ещё раз.
На самом же деле оказалось, что юноша имел в виду нечто другое. Он с довольным видом по-дружески притиснул Такинару за плечо и развернул в сторону Сейрейтея.
Отлично! Идём домой? Или тебе нужно в четвёртый?
В четвёртый? – пытаясь вернуться к реальности, переспросила Мика. – Д-да, нужно. А потом – в двенадцатый, сдать ловушку для исследований. А ещё было бы хорошо успеть сегодня написать отчёт о произошедшем и сдать его второму. Капитан Сой Фон должна знать, что по Сейрейтею толпами ходят демоны.
Когда Такинара начала рассуждать о привычных вещах, в голове как будто что-то переключилось, мозги прояснились, и странного жара в области груди больше не наблюдалось. Может, демоны? Они же, вроде как, огненные?
В этот момент пара как раз проходила мимо того старшего, которого Хицугая уложил без неё. Синигами бросила на него взгляд и поражённо застыла.
Видимых ран на теле демона не наблюдалось, как и луж крови, но кожа казалась высохшим пергаментом, белки глаз покрыты сетью серых сосудов, а радужка – выцветшей, какой-то белёсой, но при этом и зрачков не было видно. Такинара отшатнулась.
Что с ним?
Замёрз, наверное, - невинно пожал плечами Хицугая и, наконец, убрал катану в ножны, не задерживаясь больше ни на секунду.
Замёрз?! – возмутилась синигами. – Да он высох, как… песок!
Ну,… - парень напрягся, придумывая версию поубедительней, - лёд иссушает, - с убийственной серьёзностью заявил он. – А что? Ты видела мясо после морозилки? Оно на волокна буквально само разваливается и при этом совершенно не жуётся.
И вообще, ты какой-то скрытный, Хицугая-кун, - Такинара продолжала идти следом за юношей, с подозрением изучая его спину. – Почему не сказал, что у тебя уже есть банкай? И даже лечебные техники умеешь использовать. И это…
Каташи, - нелогично перебил он.
Что?
Зови меня Каташи. Мы ведь друзья, Мика?
Друзья не разводят тайн, - Такинара махнула рукой назад.
Я не развожу тайн! – начал заводиться Хицугая. – Я просто не разбрасываюсь информацией! Потому что информация – это сила. Просто, вот стояла парочка демонов в подворотне, шушукалась. А мы просто проходили мимо. И что? – Каташи помахал перед синигами медальоном. – Это – у нас. А также мы знаем, что у демонов осталось ещё два таких же. Поэтому, - добавил он с холодком, взяв себя в руки, - я не собираюсь давать кому-то оружие против себя. И так всё достаточно паршиво.