Свидетели Цусимы
Шрифт:
Официальный рапорт ее командира, Егорьева, приводимый ниже, содержит, надо полагать, точную запись радиопереговоров, имевших место тем вечером между «Камчаткой» и Рожественским.
«Ночному бою 9-го октября с.г. в Немецком море в счислимой широте 55°9'N, в долготе 5°37'О предшествовали следующие обстоятельства: 2-й крейсерский отряд опередил уже с самого начала ухода из Скагена 1-й крейсерский отряд, в составе которого находился вверенный мне крейсер 1 ранга «Аврора». Также прошли вперед оба отряда миноносцев.
Один отряд броненосцев
Накануне ночью с 7 на 8 октября во время тумана разъединился с нами транспорт «Камчатка», который, судя по переговорам по беспроволочному телеграфу, около 7 часов вечера 8-го находился в 25 милях позади нас к N.
Вверенный мне крейсер все время шел в кильватер «Дмитрию Донскому» на расстоянии 2-3-х кабельтовых по курсу SW 30 при ветре S-SSO силою около 3-4 баллов, со скоростью 6-8 узлов.
Вечером 8 октября погода была не совсем ясная, но идущий с нами параллельно, на расстоянии 10-15 кабельтовых отряд броненосцев был ясно виден. Далее выписываю из журнала нашей станции беспроволочного телеграфа:
8 часов 55 минут
«Камчатка» — «Суворову»: Преследуют миноносцы. «Суворов» — «Камчатке»: Широта 55 ?8..., долгота 6?8...
С 9 часов 18 минут
«Суворов» — «Камчатке»: За вами погоня, сколько миноносцев и от какого румба?
«Суворов» — «Камчатке»: Поняли вы нашу депешу?
«Камчатка» — «Суворову»: Атака со всех сторон!
«Суворов» — «Камчатке»: Сколько миноносцев? Телеграфируйте подробнее.
«Камчатка» — «Суворову»: Миноносцев около 8.
«Суворов» — «Камчатке»: Близко ли к вам?
«Камчатка» — «Суворову»: Были ближе кабельтова.
«Суворов» — «Камчатке»: Пускали ли мины?
«Камчатка» — «Суворову»: По крайней мере не было видно.
«Суворов» — «Камчатке»: Каким курсом вы теперь идете?
«Камчатка» — «Суворову»: SE 70
«Камчатка» — «Суворову»: Покажите место эскадры.
«Суворов» — «Камчатке»: Гонятся ли за вами миноносцы? Вам следует сначала отойти от опасности, изменивши курс, а потом показать свою широту и долготу и тогда вам будет указан курс. Какой теперь курс?
«Камчатка» — «Суворову»: Боимся показать.
«Суворов» — «Камчатке»: Уйдите от опасности, лягте на вест.
11 часов
«Суворов» — «Камчатке»: Адмирал спрашивает: видите
11 часов 20 минут
«Камчатка» — «Суворову»: Не видим.
11 часов40минут
«Камчатка» — «Суворову»: Обозначьте место.
За всеми этими депешами я и офицеры следили с напряженным вниманием, ожидая дальнейших результатов и распоряжений. Неожиданность последовавшего боя, напряженное нервное внимание при получении упомянутых депеш, трудность уяснить себе истинное положение вещей, принимая во внимание отдаленность неприятельской Японии, плавание в нейтральных водах Европы, в очень людном море, усеянном судами дружественных нам держав, и другие обстоятельства нe дали мне возможности заметить точное время начала последующего боя.
Незадолго до часа ночи мне доложили, что на левом крамболе видно несколько судовых огней. За ними следили внимательно, но тревоги не били, вследствие их отдаленности и общего спокойствия на эскадре.
Я стоял на мостике, рассматривая эти огни, вскоре на параллельно идущем броненосном отряде взвилась ракета. Это было, вероятно, в 12.50 ночи. На том же отряде открыли боевое освещение. По словам вахтенного, было пущено несколько ракет. В тот же момент пробил «дробь — атаку» и приказал открыть боевое освещение всех 6 прожекторов.
В первый момент, когда эскадра пустила ракету, я видел впереди носа кильватерной колонны броненосцев четыре судовых огня, видимо миноносных, т.к. они проектировались сравнительно низко с огнями больших боевых судов. Но так как в это время броненосцы открыли пальбу и над нами и около нас стали пролетать и ложиться снаряды, то я пришел к убеждению, что видимые впереди огни есть огни неприятельских миноносцев и что их снаряды направлены в нас. Зная, что до открытия огня были известия об атаке миноносцев, числом около 8, я все свое внимание обратил на огни, идущие нам навстречу с левой стороны, рассуждая, что броненосцы сами справятся со своими 4 противниками, а нам следует отразить идущих по нашу левую сторону, а потому, усиленно осветив их, открыл левым бортом огонь из 75 мм орудий, которыми было выпущено 9 снарядов.
Стрельбу мы начали значительно позже, чем броненосцы, т.к. трудно было решить, куда направить огонь. Начали стрельбу, когда нас кругом осыпали снарядами, которые то перелетая, то падая в нас, подымали вокруг водяные столбы. Вскоре после начала боя приказано было пока бездействующему правому борту стрелять по судам, находящимся впереди броненосцев, причем с правого борта было сделано всего два выстрела 75 мм орудиями.
В этот момент обилие снарядов, направленных в нас, привело меня к заключению, что по нам стреляют наши же броненосцы, а потому стрельба была прекращена. Чтобы показать, что стреляют по нам, принимая «Аврору» за неприятеля, я приказал замигать нашей отличительной бело-красной сигнализацией, и, кажется, очень скоро стрельба прекратилась.