Свидание в Хэллоуин

Солнцева Наталья

Глава 33

Москва

День без Астры прошел для Карелина как в лихорадке. Он поминутно ловил себя на мыслях о ней, о том, что происходит в Камышине. Эта женщина ворвалась в его размеренное существование подобно огненному метеору. Ее феерическая фантазия придавала обыденным деталям волшебные и вместе с тем мрачные краски.

– Каких только совпадений не бывает! – охлаждал он свое разгоряченное воображение. – Взять хоть Калмыкова! Из-за какой-то сутаны,

бутафорского распятия и подозрительного пятна Лариса уже записала его в маньяки и готова была упечь в психушку. А человек невинно праздновал Хэллоуин, всего-то!

– Так ли уж невинен этот обычай древних кельтов? – подняло голову его второе Я. – Вспомни себя, словно в трансе шагающего за призрачной дамой в отороченной мехом накидке. Чем не сомнамбула?

Сама собой пришла на память дырочка на сутане Калмыкова. Если это не след от удара отверткой, то что? В принципе, вариантов сколько угодно. Дырки на ткани появляются разными путями.

Несмотря на столь здравую мысль, Матвей позвонил Ларисе.

– Это ты, дорогой? – зазывно проворковала она. – Как приятно!

– Мне тоже. Соскучилась?

– Коне-е-ечно! Калмыков в отъезде, так что я свободна, как знойная Кармен!

– Кармен плохо кончила.

– А у меня это всегда получается хорошо, – хихикнула она.

– Каламбур неуместен, когда речь идет о смерти.

– Ну-у, не каркай, милый. Я с утра уже пылаю страстью…

В Ларисе погибла непревзойденная телефонная соблазнительница, она могла сделать карьеру на стезе виртуального секса.

– Кстати, о Калмыкове: ты уверена, что его нет в городе? – вдруг заволновался Матвей.

– Он еще вчера укатил. Я всю ночь спала одна, вернее, страдала от бессонницы и неутоленного желания. Я представляла тебя, милый…

– Лестно слышать. Я думал, дамы в своих эротических грезах отдаются голливудским красавцам типа Тома Круза.

– Тебя неправильно информировали.

– Возможно. Ты не заметила у Калмыкова на теле какой-нибудь раны или царапины?

– Мы спим раздельно! – фыркнула она, раздосадованная его вопросами о муже. – И в душ он меня не приглашает. Я подозреваю, что Калмыков якшается с продажными девицами, которые делают ему… ну ты знаешь, что. На другое он не способен.

Лариса обладала умением разговор на любую тему свести к одному: сексу, сексу и еще раз сексу.

– Давай встретимся, мой сладкий! Я вся горю!

– У меня завал на работе, – холодно ответил он. – Клиенты требуют моего личного присутствия. Им нельзя отказывать.

– Только мне можно, да?! – Лариса не скрывала разочарования. – Ладно, пока! Захочешь – позвони!

В последних словах была вся она, женщина, созданная для оргазма. Лариса сама так говорила о себе. Матвей с каждым днем убеждался, что она ничуть не преувеличивает.

– А куда поехал Калмыков? – спросил он.

– Пфф-ф! Ты, похоже, сменил ориентацию! – взорвалась она

и бросила трубку.

Астре Матвей позвонить не мог – она наотрез отказалась брать с собой телефон, сославшись на обстоятельства. Дескать, сигнал мобильника может оказаться неуместным или вообще выдать ее.

– Представляешь, я прячусь от убийцы, крадущегося в двух шагах от моего убежища, а тут раздается звонок! – пошутила она. – Нет уж, спасибо. Если что, я воспользуюсь таксофоном.

Дождливый вечер Карелин коротал один за бутылкой белого сухого вина, убеждая себя, что с Астрой все в порядке. Так и задремал, сидя за столом, уронив голову на руки.

Она явилась домой далеко за полночь, бледная от усталости, голодная и непривычно молчаливая.

– Есть будешь? – спросил он, когда Астра вышла из ванной.

– Чего-нибудь горячего и чаю покрепче.

Она поела, занятая какими-то мыслями.

– Нашла Эльзу?

– Не успела. Если бы на день раньше!

Матвей выслушал историю о первой компаньонке госпожи Гримм с печальным финалом.

– Значит, суицид? – заключил он. – Депрессия нередко приводит к самоубийству.

– Доктор из «Тихой поляны» сказал, что от Эльзы никто такого не ожидал. Ее поведение не вызывало ни малейших опасений, пока она не сбежала. Хорошо, что ее сестра позвонила в «Скорую», и пациентку привезли обратно в пансионат.

– А когда Эльза устроила побег?

– Вечером 31 октября. Кажется, я именно ее видела в саду, в дыму пожара. А потом она отправилась к себе домой. Куда ей еще было идти?

– Как она добралась от «Тихой поляны» до Камышина? Шла тридцать километров пешком?

– Зачем пешком? До ближайшей деревни всего пару километров, а там можно сесть на рейсовый автобус. Это не проблема.

– Думаешь, Эльза хотела убить баронессу и подожгла дом?

– Во всяком случае, она отлично знала расположение внутренних помещений и все прочие тонкости; она имела возможность сделать себе дубликаты ключей, поэтому спокойно вошла через дверь.

– И ты ее ударила отверткой? Выходит, рана была не серьезная?

– С отверткой не сходится, – вздохнула Астра. – Доктор сказал, что при осмотре тела никаких повреждений, кроме следа от петли на шее, не обнаружил.

– Он не был удивлен твоей дотошностью?

– Я прикинулась убитой горем подругой, разрыдалась, умоляла его рассказать мне все подробности. Уверен ли он, что Эльза сама повесилась? Не убил ли ее кто-нибудь из больных? Люди там собрались не совсем нормальные, как ни крути.

– Он тебе поверил?

– Обижаешь. Зря я училась лицедейству, что ли?

– Догадываюсь, к какому выводу пришел врач. Он уверен, что Эльза совершила самоубийство. Верно?

– Да.

– Так или иначе, а полиция приедет обязательно. Им про тебя расскажут, – мол, была здесь подруга покойной, что-то вынюхивала, выспрашивала.