Свежий ветер
Шрифт:
Мисс Чамберс мало что знала о происходящем – «Цербер» никогда и никому не давал информации больше, чем это было абсолютно необходимо. Вот почему не Миранда отвечала за наблюдение за мной, хотя и имела доступ. Вместо этого они дали мне Келли, которая должна была втереться ко мне в доверие, расположить к себе своими сладкими манерами, а затем склонить на сторону «Цербера», заставить предать Альянс. Чтобы не возбуждать моих подозрений, она пропускала редкие сообщения от командования. Она позволила мне поддерживать связь с Андерсоном только потому, что знала – он не сможет мне ничего сообщить. Ей повезло, что она погибла прежде, чем мы вытащили уцелевших из капсул во время штурма базы коллекционеров. Ее смерть – ничто в сравнении с тем, что бы я с ней
Однако когда я посылала то сообщение, ничто из этого не было мне известно. Тогда я еще верила, что каждому на этом корабле было дано дополнительное распоряжение пудрить мне мозги кто во что горазд; тогда я еще не разобралась в реальном положении вещей.
Вызвав меня следующим утром, Призрак рассказал о Горизонте и находящемся там Кейдене – о чем-то, известном ему с момента моего пробуждения. Мне хотелось наорать на него, заявить, что, если он не говорит всего, что знает, то бесполезен для меня. Я хотела дать ему понять, что не являюсь бездушным инструментом, который он может направить на что-то по своей воле. Но я не могла себе этого позволить, потому что с каждым мгновением приближался тот страшный час, когда Горизонт будет опустошен, а Кейден – этот безмозглый герой Альянса – будет мертв. Я знала, что он сделает все возможное, чтобы спасти колонистов, пожертвует собой ради них в случае необходимости, а потому могла думать лишь о том, чтобы добраться туда как можно скорее.
Я понятия не имела, что скажу ему при встрече, однако решила, что буду беспокоиться об этом после того, как и он, и колонисты окажутся в безопасности. Так что мы поспешили на Горизонт, и каким-то образом я вбила себе в голову, что спасу его, и он будет благодарен и рад мне; что это чувство тревоги, овладевающее мною, имело под собой… совсем другие причины. Оглядываясь назад, я понимаю, что мои ожидания были глупы, наивны; в подобные придуманные ими самими сказки верят дети – это защитный механизм, позволяющий убедить самих себя в том, что родители любят их, даже когда суровая реальность доказывает обратное. Если бы я хоть на секунду как следует задумалась над его возможной реакцией, я бы поняла, что он, конечно же, будет зол и сбит с толку, конечно же, он не поймет. Мне следовало ожидать этого, но я вышла к нему с открытым сердцем, и он не дал мне даже шанса объяснить, просто глядя на меня так, словно не знал, кто я такая.
Я больше не видела его.
========== Оцепенение ==========
Кейден
Дверь позади меня закрылась, придавив парочку странных насекомоподобных существ, и, прихрамывая, я прошел вглубь склада. Чем бы ни были эти твари, откуда бы они ни взялись, по крайней мере стены служили надежной защитой от них.
Альянс оказался прав – человеческие колонии и в самом деле подвергались нападениям, но если за этим стоял «Цербер», значит, они сильно прибавили с тех пор, как наши дороги пересекались в последний раз. Стараясь успокоить сбившееся дыхание, я внимательно оглядел помещение на случай, если одно из тех созданий все же проникло внутрь.
Пока я стоял - беспомощный, не в силах пошевелиться - другие, большие инопланетяне забрали мое оружие, а затем принялись грузить окружавших меня людей в какие-то капсулы, словно груз. Один из пришельцев пронес мимо меня Лилит; ее взгляд в панике метался из стороны в сторону, тогда как тело девушки оставалось совершенно неподвижным. Наверное, милосерднее было бы просто убить меня или хотя бы лишить сознания, чтобы мне не пришлось наблюдать, как пустеет колония, которую я поклялся защищать; как застывшие тела ее жителей, лишенных даже возможности сопротивляться, увозят прочь.
К счастью, я оказался сильнее, чем предполагал неизвестный враг. Возможно, помог мой ускоренный метаболизм или многочасовые бесплодные пытки создать биотический барьер, но в какой-то момент я вдруг
По дороге мне попалось несколько похожих на статуи колонистов, но я не позволил себе смотреть на них, опасаясь встретить ответный взгляд. Я был слишком слаб, чтобы помочь. Каким бы парализующим веществом не пользовались нападавшие, оно давало сильнейший эффект, и я с трудом переставлял ноги – казалось, будто вместо воздуха меня окружает густой сироп. Чтобы освободиться, мне потребовалось несколько часов и два года усердного тренинга до этого. Имплантат жег огнем, но времени на отдых не было.
Хромая, я подошел к расположенной неподалеку консоли и послал сигнал бедствия, а также голосовое сообщение, в котором кратко объяснил, что происходит, и затребовал немедленной помощи находящихся поблизости кораблей Совета.
И то, и другое послания вернулись назад, будто отскочив от невидимой стены – мне не удалось пробиться через чертов рой «насекомых» и генераторы шума пришельцев.
Выругавшись, я в сердцах стукнул кулаком по консоли. Руки зависли над клавиатурой, словно в ожидании идеи, которая вот-вот должна была возникнуть в моей голове; мне следовало что-то предпринять, но правда заключалась в том, что я ничего не мог сделать. Если я выйду наружу и попытаюсь укрыть тех колонистов, что еще оставались неподалеку, меня наверняка снова ужалят, и вряд ли мне удастся спастись еще раз. Скорее всего, я вообще не доберусь до кого-либо, потому что все силы ушли на путь сюда. Оборонительная система колонии не функционировала, на этом складе не было никакого оружия, и я не мог послать сигнал бедствия. Несмотря на весь мой опыт, весь тренинг, когда дело дошло до сложной ситуации, я оказался бессильным.
Я должен был защищать этих людей, но подвел их. Чтобы починить чертову систему обороны мне требовался еще один день – всего один, но я не успел. Я был недостаточно расторопен, недостаточно профессионален, и теперь они страдают из-за этого.
Чувствуя себя абсолютно жалким, я смотрел на экраны и пытался успокоить дыхание. Камеры безучастно передавали жуткую картину того, как пришельцы собирали людей, будто кукурузу, а я мог лишь наблюдать.
Неожиданно через весь экран пронеслась молния разряда, один из инопланетян отлетел назад и, ударившись о груду ящиков, остался лежать. Схватив пульт управления, я увеличил масштаб на всех мониторах, стараясь найти неизвестного стрелка. Возможно, кому-то из колонистов удалось освободиться? Кем бы он ни был, долго ему не продержаться – странные «насекомые» нападают на все, что движется, если только…
Если только это не был кто-то другой. Кто-то, кто нашел способ обезопасить себя от опасных маленьких тварей.
С надеждой я переключил один из экранов на сигнал с камеры, установленной на посадочной площадке, и увидел незнакомый челнок. В зону обзора попадал лишь бок летательного аппарата, и я сумел разглядеть только «СР-2» на его борту. Что, черт возьми, это означает? Судя по неизвестной мне модели, вряд ли челнок принадлежал Альянсу. Развернув камеру, я увидел какой-то логотип и, приблизив его, почувствовал, как от полуожидаемого зрелища внутри закипает негодование. Я знал этот символ – он принадлежал «Церберу». Они появились здесь, как Альянс и предполагал, однако сражались с пришельцами – это стало очевидным в ходе моего наблюдения за планомерным уничтожением инопланетян на экранах мониторов. Тем не менее мне никак не удавалось толком разглядеть самих церберовцев.