Свежий ветер
Шрифт:
– Спасибо, - с трудом произнесла я наконец, отпив глоток и наслаждаясь знакомым, согревающим вкусом. Следуя моему приглашающему жесту, Гаррус опустился на краешек дивана и принялся задумчиво разглядывать меня. – Значит… СУЗИ велела тебе подняться сюда?
Едва заслышав свое имя, ИИ вклинился в беседу:
– Я посчитала, что Гаррус предпочтительнее мисс Чамберс, учитывая вероятный источник вашего эмоционального расстройства, а именно краткую встречу на Горизонте с вашим общим сослуживцем штабным коммандером Кейденом Аленко.
Я и не подозревала, что СУЗИ в состоянии принимать подобные решения самостоятельно. Впрочем, это решение было правильным, хотя
– Великолепно, - съязвила я, запрокинув голову и закрыв глаза. – Теперь даже мой гребаный корабль считает, что я эмоционально расстроена.
Голубая сфера вновь возникла в воздухе.
– Гормональный фон свидетельствует…
– Достаточно, СУЗИ, - вмешался Гаррус, и, облегченно вздохнув, я села и задумчиво уставилась в чашку, которую держала в ладонях. Я не хотела чувствовать то, что ощущала в тот момент, и уж точно не желала говорить об этом. – Знаешь, Шепард, - начал Гаррус тоном, свидетельствующим, что он не особо разбирается в подобных делах, но не позволит отсутствию опыта остановить его, - я уже довольно долго работаю с тобой. Возможно, не так долго, как другие, но мне хочется верить, что я знаю тебя достаточно хорошо.
– Если ты собираешься сказать, что подобное поведение мне не свойственно, то можешь не утруждаться – мне это известно, - заявила я, стараясь не думать, как чертовски унизительно было то, что мне, очевидно, требовалась помощь Гарруса, чтобы выбраться из этой эмоциональной черной дыры. Не говоря уже о том, что унизительным являлся сам факт того, что я вообще оказалась в этой эмоциональной дыре из-за чего-то столь тривиального, как интрижка с моим бывшим лейтенантом.
– Мне не нравится эта фраза, - ответил он спустя некоторое время, задумчиво сдвинув пластины над глазами. – Это означало бы, будто я считаю, что знаю тебя лучше, чем ты сама, а ты слишком умна, чтобы верить в это. Уверен, что по крайней мере половина того, что мне о тебе известно, почерпнута в легендах, появившихся после твоей смерти, а они весьма приукрашены даже за пределами Альянса. Что я на самом деле собирался сказать, так это то, что я доверяю тебе свою жизнь – всегда доверял, с нашей самой первой совместной миссии. И мне хотелось бы верить, что и ты относишься ко мне так же.
– Конечно, да, - твердо произнесла я. – Ты единственный, кому я могу доверять. Полагаю, сегодняшний день доказал это как нельзя лучше.
– Ты имеешь в виду Кейдена?
Я резко отвернулась, чтобы Гаррус не заметил гримасу, исказившую мое лицо, и он принял это за утвердительный ответ.
– Нельзя винить его за негативную реакцию, Шепард. Твоя смерть стала для него тяжелым ударом, но он не ушел из Альянса, вместо этого продолжив выполнять свою работу, потому что у него больше ничего не осталось. Только так он мог жить дальше. Да, я избрал для себя другой путь, но разница лишь в том, что когда ты появилась, я был свободен, а потому пошел за тобой. Черт, да я практически ждал тебя. Но с ним все иначе – сейчас вы по разные стороны баррикады. Даже если бы Кейден захотел тебе помочь, ты знаешь, что он не смог бы. В противном случае это означало бы окончание его карьеры. Нравится тебе это или нет, но ты должна понимать, что, приняв помощь «Цербера», ты лишила себя всякой поддержки Альянса. Я не говорю, что это
Продолжая смотреть в чашку, я пыталась найти причину, которая позволила бы мне представить произошедшее чьей-либо чужой виной, потому что я отказывалась считать виноватой себя. Как оказалось, Гаррус был гораздо более искушенным в подобных вещах, нежели мне изначально представлялось. Я хотела жалеть себя, чувствовать себя несчастной и обиженной, и он однозначно не потворствовал мне в этом.
– Так почему бы ему было просто не сказать об этом вместо того, чтобы глядеть на меня, как на пустое место? Все остальные были рады меня видеть, а он обошелся со мной так, словно я умерла, только чтобы ему насолить.
– Это вполне обычное поведение для людей с комплексом вины выжившего, Шепард, - хмуро заметил Гаррус, и я вынуждена была признать его правоту. – Твоя смерть опустошила его, и я уверен, что отчасти дело в том, что он последовал твоему приказу отступать к спасательным челнокам и оставил тебя умирать. Это кого хочешь выбьет из колеи. Я не разговаривал с ним со дня похорон, но точно знаю, что человек, которого я видел тогда, сделал бы что угодно, лишь бы вернуть тебя. Однако это было два года назад.
– Не для меня, - вставила я, чувствуя себя жалкой. – Для меня прошло всего несколько недель. И да, я знала, что он изменился, так же как и ты, но и подумать не могла… - Глубоко вдохнув, я опустила взгляд, снова и снова вспоминая, как он повернулся ко мне спиной. – Я и подумать не могла, что он просто уйдет, словно я никто для него.
Некоторое время Гаррус молчал, хотя я чувствовала на себе его взгляд и с легкостью могла представить внимательное выражение его лица, движение жвал, аналогичное задумчивому поджатию губ.
Затем, наконец…
– Ты любила его?
Это вопрос застал меня врасплох; открыв рот, я резко подняла голову и уставилась на него.
– Нет!
– выпалила я, убежденная в своей правоте, но не имея возможности узнать наверняка. Я даже не до конца была уверена, что понимаю значение этого слова. – Что? Откуда ты это взял? Он тебе что-то сказал?
– В этом не было нужды, - пожал плечами Гаррус – казалось, он только что проиграл пари. – Все на «Нормандии» знали, что он относился к тебе не только как к командующему офицеру. Ты была ему глубоко небезразлична; уверен, что это до сих пор так. Я просто подумал, что, возможно, это было взаимно.
Попалась.
– Мы… - я запнулась. Проведя ладонью по коротким волоскам на затылке, я решила, что больше не хочу хранить этот секрет – в этом больше не было необходимости. – Мы провели вместе пару ночей под конец. Может, больше. Это было… Не знаю, чем были эти отношения для каждого из нас, но они не закончились к тому моменту, как я… погибла.
Гаррус попросил пояснить, так что я, стиснув зубы и приправив рассказ ругательствами, словно это не имело для меня особого значения, поведала ему все, на что решилась. Я не сказала ему того, в чем не признавалась даже самой себе – что на несколько мгновений поверила, что мы с Кейденом действительно могли иметь что-то - что-то, виденное мною лишь в кино, что-то, что я всегда считала глупостью. Но я была уверена, что Гаррус и так все понял – он знал, чего стоит для кого-то вроде меня признать нечто подобное. Странно, но мне стало легче от того, что я с кем-то поговорила об этом, удостоверилась в том, что это на самом деле случилось, а не являлось лишь моим сном. После сегодняшнего дня я была уверена, что никогда не признаюсь в этом Кейдену.