Свечи
Шрифт:
– Гена, а у него на руке никаких следов нет.
– Ты от страха даже не видишь ничего. Так быть не может.
Геннадий хотел было подойти к профессору, как в коридоре раздались чьи-то шаги. Врачи накинули на профессора белый халат и вышли из ординаторской.
– Чёрт с ним, пусть спит необработанный, ничего с ним не случится, – буркнул на ходу своему товарищу Геннадий.
Профессор проводил недобрым взглядом своих коллег и повернулся в сторону своих собеседников.
– Ну, кто есть кто, ты уже понял, теперь можно навестить Александра, – сказал Джон.
–
В тихом и уютном читальном зале, будто бы спрятавшись от мирских проблем, за столами, обтянутыми зелёным сукном, находилось всего несколько человек. Их склонённые над книгами головы, освещённые тусклым зелёным кругом от настольной лампы, будто бы висели в пустоте, не подавая признаков жизни. Однако время от времени эта картина нарушалась. Голова кого-нибудь из читателей слегка шевелилась, в зелёный круг откуда-то проникала рука, переворачивала страницу и вновь исчезала. Голова снова успокаивалась, и зал опять впадал в таинственное безмолвие.
Так выглядит читальный зал глазами обыкновенного человека. Когда там появились Ричард, Джон и профессор, их взору предстала другая картина: один, так называемый, читатель, просто спал, использовав в качестве подушки толстую книгу с пожелтевшими от времени листами. Недалеко от него, намеренно покинув зелёный круг, чтобы оказаться в сплошной темноте, сидела молодая парочка и занималась отнюдь ни чтением книг. В центре сидел пожилой человек, он оградил себя стопками книг, словно забором и,замаскировавшись таким образом, наблюдал за происходящим. Естественно, что профессора с его новыми друзьями интересовала Маша, которая, что-то искала в книгах. Рядом с Машей сидел Александр и внимательно просматривал литературу, которую ему подбирала его помощница. Справедливости ради надо отметить, что в самом углу зала сидела девушка и действительно читала, однако она вскоре собрала книги, погасила зелёную лампу и тихонечко, чтобы не побеспокоить влюблённую парочку, направилась к выходу. Однако незаметно это сделать не удалось. Проходя мимо Маши, девушка задела книжку, которая упала и отвлекла читательницу от работы.
– Ради Бога, извините! – прошептала девушка, поднимая книгу.
Маша оторвала от книги взгляд и повернула голову в сторону девушки. Однако взгляд её недолго задержался на возмутительнице спокойствия. Он смотрел куда-то сквозь девушку и немного правее.
«Наверное, косая», – подумала читательница про Машу.
– Батюшки, да нас сам королевский звездочёт посетил! – неожиданно сказала Маша.
Девушка осмотрелась, но, естественно, никакого звездочёта не увидела.
– А кто это с вами? – продолжала Маша.
– Никого, я одна, – испуганно ответила девушка.
– Да причём тут вы? Я не с вами разговариваю.
Девушка опять осмотрелась и опять никого не увидела.
– Это профессор из психиатрической больницы, – подсказал Александр.
– Саженцев, Егор Степанович, – представился профессор.
– Значит, это вы держите нормальных людей в психушке? – тут же набросилась на него Маша.
– Я держу людей в психушке? – удивилась девушка.
– Да причём тут вы?
– Маша, ты уж отдели, пожалуйста, мух
– Да, я как-то не подумала об этом, – ответила Маша.
– О чём не подумала? – спросила девушка.
– Да, я это не вам.
– Так ведь кроме нас никого нет, – почему-то шёпотом сказала девушка.
– У меня крыша поехала, – засмеялась Маша. – Книг много перечитала, вот крыша и поехала.
– Господи, мало того, что косая, так она ещё и чокнутая, – сказала сама себе девушка и вышла из зала.
Маша повернулась к книгам. Она клюнула пару раз носом, лоб её коснулся книжных страниц, и она сладко засопела. Читальный зал снова окутала тишина.
– Ну вот и прекрасно, – обрадовался Ричард, – теперь мы можем поговорить без свидетелей.
– А свидетелей итак нет, девушка ушла, – ответила Маша.
– А вы посмотрите сюда, – засмеялся Джон. – Сидит, как в дозоре.
Джон подошёл к пожилому человеку, который прятался за книгами, его друзья последовали за ним.
– Батюшки, – воскликнул Александр, – так ведь это наш философ!
– Интересно, что он тут делает? – спросила Маша.
– Следит за вами, – уверенно ответил Ричард.
Будто бы в подтверждение слов Ричарда, философ осторожно вышел со своего места и крадучись подошёл к Маше. Он некоторое время смотрел на неё, потом указательным пальцем дотронулся до плеча и слегка потряс его.
– Что это он делает? – испугалась Маша.
– Проверяет, крепко ли ты спишь, – подсказал профессор.
Убедившись, что Маша спит крепко, философ сел за её стол и стал переписывать названия и авторов всех книг, которые лежали на её столе. С последней книгой пришлось повозиться: дело в том, что на ней лежала голова Маши, и чтобы прочитать её название, пришлось аккуратно снять машину голову, переписать название книги и опять вернуть голову на место.
– Смотри, как у него руки дрожат, – сказал Маше Александр.
– Ещё бы! Он вообще ко мне прикасаться боится. Один раз прикоснулся, теперь его обвиняют в попытке изнасилования.
– А почему он с таким обвинением не в тюрьме? – спросил профессор.
– Наверное, выпустили под подписку, – предположил Александр. – Было бы изнасилование, а не попытка, сидел бы в тюрьме и до суда.
Философ тем временем, переписал всю литературу, ещё раз торкнул пальцем спящую Машу и, с чувством выполненного долга, покинул читальный зал.
– Итак, чем обязана вашему визиту? – спросила Маша профессора с явной неприязнью.
– Я открыл формулу, которую ищет Александр.
От этих слов все, кроме профессора, потеряли дар речи. Первым пришёл в себя Джон.
– Не открыл, а вытащил из головы Александра, – сказал он.
– Как он мог вытащить из моей головы то, чего там нет? – возразил Александр. – Сам же я не могу её вспомнить!
– Я всю жизнь занимаюсь проблемами мозга, – начал объяснять профессор. – Мозг человека устроен так, что утратить то, что туда попало, совершенно невозможно. Возможно забыть куда вы дели ту или иную информацию, но потерять – никогда. Изучая мозговые процессы Александра, я обнаружил формулу, которую он ищет.