Свадьба моего мужа
Шрифт:
– Так ты против? – поднял бровь он. Я прищурила глаза, осмотрела его внимательно и принялась прикидывать. Во-первых, «Ленд Крузер» у него и вправду хорош. И потом, чем я рискую? Мне и самой будет интересно все привести в систему. Я все равно хотела этим заняться. А если я проиграю – ах, что будет, если я проиграю? Я стану любовницей красивого обеспеченного мужика в шелковом костюме, который к тому же мне нравится. Может, прямо сразу сдаться?
– Я согласна! – Я сделала вид, что это решение далось мне с огромным трудом. Он не смог скрыть довольной ухмылки, но я добавила: – С одним условием.
– Началось? – Улыбка с него сползла. Ничего, ему и без улыбки хорошо. Как же у меня давно уже никого не было! Нет,
– Да. Мне нужно, чтобы ты выполнил свое обещание в части картошки. То есть если в процессе моей работы у меня реально кончится еда, ты мне привезешь ее без звука.
– Еду? – на всякий случай уточнил он. – Не деньги или еще какие ценности, а именно еду. Сметану, огурцы…
– Ага, – кивнула я и улыбнулась. – Идет?
– Можешь присматривать себе красный кружевной пеньюар. У тебя нет никаких шансов! – нагло заявил он, и какая-то умилительная детская улыбка поселилась на его лице. Такая улыбка случается у маленьких мальчиков, которым пообещали подарить красивую игрушечную машинку.
Глава третья,
в которой я занимаюсь ерундой
(по всеобщему мнению)
В большинстве случаев на пути к великим свершениям нас останавливают самые простые вещи. Даже удивительно, если вдуматься, по какой причине мы не нарисовали давно задуманной картины, не написали диссертацию, не съездили в Тибет. Потому что в магазине была слишком длинная очередь в кассу. Потому что просрочился загранпаспорт. Потому что надо досмотреть любимый фильм – сериал – ток-шоу или новости. Причины уважительные и не очень, те, в которые все верят, и те, в которые верим только мы. Когда у меня, например, кончаются последние весомые аргументы собственного бездействия, я ложусь на кровать и чувствую, что безмерно устала. И мне сначала надо просто немножко поспать. Что я не напишу ни строчки, не сделаю ни одного анализа анкет и не проведу ни одного опроса, пока не… выпью чашку кофе, не посижу в кресле, не разгружу, а потом загружу стиральную машину. Если и этого окажется недостаточно, то я всегда могу вспомнить, что у меня завалялись одна-две неоплаченные квитанции за телефон или свет. После похода в сберкассу, где сначала обед, потом очередь, потом в кассе застревает какая-то девушка в норковой шубе и с огромной суммой денег – после этого всего, когда я под вечер доползаю домой с оплаченными клочками бумаг, кто скажет, что я бессмысленно провела день? Разве была у меня хоть одна минута для дела?! Для настоящего дела, которое единственное способно каким-то образом примирить меня с самой собой, но на которое у меня никогда и никак не хватает времени.
Вот примерно таким образом я и провела пару предновогодних недель, уговаривая себя, что времени еще вагон и что на самом деле ничего не случится страшного, если я и вовсе этот наш спор с Григорием проиграю. Все бы ничего, если бы не он сам, с его неожиданными звонками в любое время дня (и ночи, да!). Мы вели долгие разговоры о моей работе, о том, чего именно я хочу добиться в ней. Или просто перебрасывались шутками и новостями дня. А двадцать девятого он позвонил мне, как всегда оторвав меня от важного дела (гадание на книге Норбекова), и задал вопрос, на который я не очень-то хотела отвечать.
– У тебя какие планы на Новый год? – поинтересовался он. Новый год уже навис надо мной и вот-вот норовил свалиться. Среди моих планов на Новый год самой грандиозной была уже состоявшаяся накануне типическая посиделка в центре. Девочки принесли по пирогу, я тоже напекла печеньице с шоколадом. В комнате для семинаров мы расстелили маты, а на ковер в центре
– Опять хочу в Париж, – невозмутимо сообщила я Грише. Мне совершенно не улыбалось, чтобы он узнал, как именно я собираюсь проводить Новый год. Сидя дома в гордом одиночестве. Единственный кайф, который я могла себе позволить в этот раз, – The day spa – ароматические свечи, коих у меня имелось в изобилии, бесплатная горячая вода с пеной (пена тоже еще наличествовала) и еще, пожалуй, селедка под шубой. Сколько там стоит селедка? А когда у меня будет первая в новом году зарплата?
– Что, уже хотела? – не удержался и подколол меня он.
– А ты, ты где будешь? На Мальдивах? – Я перевела разговор в параллельное русло.
– У меня приглашение на корпоративный Новый год в ресторане. Вот только не представляю, что там делать… одному, – прозрачно намекнул он.
– Возьми с собой кого-нибудь, – посоветовала я.
– А ты не можешь отменить свой Париж и составить мне компанию? – аккуратненько предложил мне Гриша.
– Даже не знаю, – пробормотала я, внутренне подобравшись. Действительно, что мне выбрать: Новый год в обществе приятного мужчины и в ресторане или… снова чокаться с тренером в зеркале. Сложность выбора встала передо мной со всей очевидностью.
– Тогда я заеду за тобой в семь часов. Идет? Кстати, а как там твоя работа? Что-нибудь уже написала? Может, покажешь?
– В другой раз, – заюлила я. Н-да, в последние дни меня не то что работать, меня даже отдыхать не тянуло. Противодействие страшнейшее, даже не представляла, как трудно это – попытаться сделать в реале то, о чем столько лет я с удивительным упорством мечтала.
– А ты захвати с собой хоть что-то. Ну, до послезавтра? – радостно попрощался со мной Гриша, а я повесила трубку и задумалась. Как же это получилось, что у меня действительно, что называется, конь не валялся? Прошло столько времени с тех пор, как я ходила пьяная по комнате, мельтеша перед Гришиными глазами, и строила наполеоновские планы. И что? Что именно помешало мне хотя бы раз сесть за компьютер и набряцать хотя бы пару строк. Хотя бы литературу начать подбирать к теме, тем более что всю эту самую литературу я знаю назубок. Фромм, Франкл, Миндел, да мало ли? Все это я много раз читала, применяла, выстраивала в схему. Моя работа, как паззлы в большой коробке, уже лежала у меня в голове. И почему же все-таки из года в год она именно там и остается?
– Ты тратишь время на ерунду! – после некоторого раздумья сказала я.
– Позвольте, о какой ерунде идет речь? О тренинге «Семья и брак», который я закончила только вчера или о частных консультациях с Ирой Голубевой, моей старой клиенткой, в работе с которой я добилась значительных успехов. Когда она впервые пришла ко мне, рассказывая что-то о теплых словах в мой адрес со стороны каких-то уже старых клиентов, мне было очень приятно. Рекомендации для психолога – это самое главное. Это и хлеб, и масло, и красная икра, если рекомендаций будет много. А Ира Голубева страдала реальной проблемой – с ней случались приступы панических атак. В основном в замкнутых контурах без окон. В метро, в переходах, в больших торговых центрах она могла остановиться от смертельного ужаса. Дальше она соответственно задыхалась, вращала глазами и не могла пошевелиться. Мир рушился, а она ничего не могла с этим сделать. После наших сеансов она смогла ездить дважды в день на метро. На работу и с нее. И не чаще раза в месяц она звонила мне с криками, что она не может выйти, потому что ей кажется, что выход заминирован. Этот новый вариант фобии возник у нее после взрыва в подземке. И что, работа с ней тоже ерунда?