Суррогаты
Шрифт:
— Русишь швайн! — залепил психопат.
— Фашист?
— Гитлер…
— Капут… — осознал Усольцев: его им только здесь не хватало.
— Хенде Хох! — изрёк в продолжение психопат-одиночка.
— Ох… — вздохнул тяжело Егор. И всего-то. Выдал, что причиталось психу, а тот вернул взамен табельное оружие капитана.
— Откуда у тебя его пистолет? И что с ним?
— Кто — санитарка… — пояснил новоявленный диктатор, требуя гранаты к автомату.
— После получишь…
А чего — Фомин не уточнил.
— Что же я натворил? — осознал он только теперь то, что заранее предвидел Фетисов.
Раздав оружие психам, он первым делом подался
Бионика находилась здесь же, снова погрузившись в свои недоступные никому мысли, в очередной раз нечто замыслила, а то, что много раньше — добраться до нейтрона уровня "наблюдатель". Заполучит его — решит проблему с суррогатами в городе на раз. А если наоборот и произойдёт, уже никто и ничто не остановит солдат апокалипсиса на пути к достижению поставленной цели. Тогда все люди в секторах ответственности наймитов трёх стран обречены стать суррогатами, либо рабами, а возможно, что и их пищей. Всякое могло произойти, а непременно случиться, поскольку все понимали: это не тот случай — хуже быть не может. Здесь всё сейчас с точностью наоборот — может быть только хуже, и чем дальше, тем больше.
Запись N22
— АЭС —
В полумраке коморки папа Карло наступает на кучу опилок.
— Буратино? Гадина! Опять?!
(анекдот в тему)
Азаровский в последний раз взглянул на старуху и тех, кто остался при ней — Юльку, Петра и Апанасиху. Та прибилась к ним сама чуть погодя. Живучей оказалась уборщица. Её ничто не брало. Она словно птица Феникс восставала из пламя… даже ада.
— М-да, — подумал майор тогда ещё про себя: у Петра получается самый настоящий бабский отряд. — И достанется же ему от них — не позавидуешь!
Знал бы сам, на что "подписывался", а и тех, кто подался с ним…
Экипаж "Акации" в виду утраты "партизанами" самоходной зенитки "Тунгуска" состоял исключительно из офицеров. Солдат тогда при ракетном ударе противника не удалось собрать — разбежались. Из них только сержант Нечипорук и уцелел, да руки в бинтах и голова. Одно слово калека. Но автомат держал. И даже обещал: сможет стрелять. В противном случае загрызть противника зубами пускай и из числа животных — не станет обузой.
А балласт Азаровский и не собирался брать. Сейчас на повестке дня главной боевой задачей на первом месте стоял сбор разведанных о перемещениях и базах противника. Поэтому изначально выбрали прежний маршрут следования колонны на Ровненскую АЭС.
Сверху на броне располагался Азаровский, держа в руках наизготовку РПД. Калибр патронов "АКМ" был взят за образец с него, так что нужды в боеприпасах при столкновении с суррогатами не должен испытывать. И потом ручной пулемёт — не нынешние чуть меньшим калибром 5,45-мм, и лента крепиться в коробке на 100 патронов. Мечта идиота, если можно так выразиться — в его случае и сбылась. Рядом на башне за НСВ "Утёс" располагался Москаленко. Водителем в "Акации" Онищенко. Как он выжил тогда и не из ума при попадании НУРС в "Тунгуску" — загадка. Возможно дальновидность старого вояки, побывавшего не в одной горячей точки многонациольной родины во времена Союза или при
Как любил говаривать Онищенко: "Да тут работы — конь не валялся!" или "Война и немцы!"
В путь отправились засветло, не опасаясь столкновения на открытой местности с противником, поскольку проложили остаточный путь прежнего маршрута по глухим местам. Косяченко знал своё дело и не подвёл, а напротив экипаж САУ незаметно к берегу реки.
— Где-то здесь и расположена АЭС, — пояснил он.
Кататься по округе на "Акации" не стоило, а чего это в будущем экипажу и могло — жизней. Поэтому разумнее всего было спешиться, разведывая обстановку на местности. Азаровскому такая работа привычна, а для его спутников необычна — всё-таки контингент попался ему ещё тот — за исключением сержанта все офицеры и моторизированных войск. В лучшем случае мотострелки, и без бронетехники никуда.
Майор пожалел, что не взял с собой паренька, а и девчонку. От них здесь было бы больше толку. Но ничего не поделаешь, пришлось самому выбирать себе напарника в разведку.
Онищенко и лейтенантом рисковать не стал, всё-таки люди знающие толк в обращении с бронетехникой, и без неё им никуда. В число неприкосновенных вошёл и подполковник. И звание его тут ни при чём. Как командир экипажа САУ незаменим. Сержант ранен — останется при них за стрелка крупнокалиберного пулемёта. Поэтому выбор Азаровским был сделан резонно в пользу Москаленко.
— Капитан…
— А чё сразу? — вспылил тот.
— Привык я к тебе…
— А я — нет…
— Да и потом нам с тобой не впервой вести общение с "живодёрами" и "мародёрами". Помнишь: кто кроме нас? А некому…
Как ни сопротивлялся капитан СБУ, а пришлось нехотя уступить старшему офицеру по званию.
— От холера ты, Валера… — не удержался Москаленко от колкого замечания в адрес бульбаша.
— Так тож моё погоняло на родине.
Капитану СБУ отвадилась роль второго номера в их пулемётном расчёте при РПД. Майор КГБ сунул ему коробки с патронами, а тот предпочёл обмотаться лентами из них.
— Демаскируешь и гремишь, — коротко пояснил Азаровский.
— На тебя не угодишь…
— Кто и куда — мы из-за тебя в такую задницу, а давно…
— Вона как, а я думал — сразу…
— Не начинай, дальше переговоры исключительно посредством жестов.
Майор продемонстрировал пару из них капитану, и они отправились на поиски атомной электростанции.
— Если сегодня не вернёмся, не отчаивайтесь, но позицию смените, да и САУ укройте от греха подальше… — настоял Азаровский при расставании с экипажем "Акации". От переговоров по рации, он также наотрез отказался. Сейчас это им ни к чему и хорошему не приведёт, разве что противника к ним. То, что они общаются посредством портативной связи, было очевидно, благодаря изъятому микрочипу. А им через него подключиться к ним не удавалось.