Суперанимал
Шрифт:
Он видел бывших супраменталов, убивавших направо и налево и дуревших еще сильнее от обилия крови. Он видел суггесторов, действовавших настолько умно и тонко, что им удавалось занять гораздо более высокое положение, чем суперам, которым отводилась роль совершенных боевых машин. (Некоторые суггесторы даже управляли колониями.) И он видел, к своему огромному сожалению, опустившихся суперанималов, не сумевших раскрыть данный природой потенциал и превратившихся в жалкое отребье. Вот эти действительно были похожи на шакалов. При случае он отстреливал
Он улыбнулся женщине. Его улыбка будто говорила: «Со мной не соскучишься, детка. Тебе предстоит сделать еще много неожиданных открытий. И будь я проклят, если когда-нибудь ты не почувствуешь вдруг полноту жизни, не зависящую ни от чего – ни от жестоких внешних условий, ни от собственного невежества!»
Он ощущал чудо жизни так остро именно потому, что рядом всегда дежурила смерть. Что ощущала женщина, он пока не знал. Но надеялся, что она выполнит свое высшее предназначение.
Барбара расслабилась и приготовилась к тому, что сейчас он снова опрокинет ее на шкуру («И я этого хочу, прости, Господи!»). От ее бравады не осталось и следа. Душа сжималась в черную точку. Она чувствовала себя подчиненным существом, уже не способным контролировать некоторые функции. Ее будто подключили к искусственному сердцу, искусственным легким, искусственным почкам и даже… искусственному мозгу. Это пугающее состояние отторжения плоти достигало пика, когда Локи удалялся, и почти исчезало, когда он совокуплялся с нею. Поэтому она тоже жаждала соитий, чтобы хоть немного ослабла зависимость…
Но он вдруг разительно изменился. Вскочил, задрал голову, потянул носом воздух… Каждое его движение было точным, бесшумным и выверенным. Ей казалось, что она очутилась в логове потревоженного зверя, но при этом сама Барби оставалась глуха и слепа к тому, что мог услышать или увидеть он.
Она невольно отшатнулась. Его глаза остекленели, как у мертвеца. Внезапно Барби поймала себя на том, что ей знаком этот никуда не направленный или, скорее, обращенный внутрь взгляд…
Ну конечно. Она вспомнила Кешу. Когда мальчонка впадал в транс, он выглядел точно так же.
Но что общего могло быть у ребенка, рожденного в Пещере, и полудикого человека-хищника? Она не знала ответа на этот вопрос и, честно говоря, не хотела бы узнать. Страх охватил ее…
Локи «вернулся» спустя несколько секунд. Бросил ей: «Сиди здесь!» – и выбрался из бомбардировщика.
Шагах в тридцати от самолета стоял желтолицый и узкоглазый человечек, который поднял руки – наверное, хотел показать, что безоружен. Как будто для Локи имело значение, есть ли у этого заморыша пушка или нет! Супер сразу же определил в нем недоразвитого суггестора и догадался, зачем тот явился сюда, рискуя жизнью. Чтобы служить ему – зачем же еще!
Это был в общем-то предсказуемый сценарий: отделение суггесторов от прочих, расслоение поголовья, установление четкой иерархии. Правда,
– Иди сюда! – приказал супер.
Студент немедленно повиновался, испытав огромное облегчение. Он понимал, что секунду назад его жизнь висела на волоске. Кажется, угроза миновала. Если только… Если только хозяин не захочет убить его голыми руками. Может, у чужака такое хобби – душить митов или сворачивать им головы.
Поэтому Наката начал возбужденно говорить, торопясь донести до супера цель и причину своего визита. То, что он вторгся в чужие владения без предварительного разрешения, было, конечно, непростительно – он слыхал, как ревностно охраняют суперанималы свою территорию. Но у него была веская причина. Такая веская, что Студент все же надеялся на прощение.
Пока он приближался, Локи уже решил, что с ним делать. Однако Наката этого еще не знал. Поэтому он остановился в трех шагах от супера, не в силах сделать хотя бы еще один. Осознание совершенной губительной ошибки давило на него. Ноги дрожали, а кашу, варившуюся в голове, нельзя было назвать даже обрывочными мыслями…
– Ближе, – сказал Локи, испытывая суггестора на вшивость.
Наката сглотнул слюну и с величайшим трудом передвинул ботинок, не отрывая его ото льда. Он сделал совсем маленький шажок, который стоил ему нескольких горячих капелек в паху…
– Еще ближе.
Локи был беспощаден. У него имелся свой резон. Суггесторов надо сразу же ставить в строгие рамки. В пределах этих рамок они могут приносить реальную пользу и вполне счастливо жить. Но не дай им бог выйти за рамки! Впрочем, абсолютное большинство никогда об этом и не помышляет…
Студент просто не мог ослушаться. Осколки его парализованной и раздавленной воли будто высыпались через прямую кишку и остались валяться где-то позади тела, которое покорно двигалось навстречу (боли? смерти? власти?) ледяному взгляду, в котором ничего нельзя было прочесть – ни приговора, ни обещания.
Локи протянул руку. Наката тихонько взвизгнул, не осознавая даже, что вот-вот обделается. Он невольно дернулся, но хозяин мгновенно схватил его за край капюшона и подтянул к себе. Затем дружески потрепал по щеке.
Наката ощутил исходящие от супера запахи – мясо, кровь и… терпкий аромат Барбары. Как ни странно, именно это немного успокоило его.
– Спокойно, Нак, – сказал Локи. – Ты правильно сделал, что пришел. Будешь служить мне, и я тебя не обижу.
У Студента глаза полезли на лоб. От удивления он даже посмел открыть рот:
– Откуда… вы… Как вы узна…
Локи криво усмехнулся и довольно ощутимо ткнул его пальцем в живот.
– Не важно. Что ты там прячешь, Нак? Случайно, не пистолет?