Сумеречный мир
Шрифт:
— Ты не прав, верховой, я… — барс возмущался, но я почувствовала, что ему стыдно. Выходит, Марк прав оказался. — Просто здесь не безопасно, а под защитой клана…
— …ей быстро подберут сильного оборотня и повяжут, — опять закончил вампир. Затем с мрачной злой насмешкой констатировал: — Сильное потомство, да еще с примесью светлой крови, только укрепит вашу родословную. Ведь так? А тебе простят побег из клана.
Рогов виновато посмотрел на меня.
— Котенок, он толком ничего о нас не знает.
— Мне двести пятьдесят лет, так что, знаю, — отрубил верховой. — Время мое дорого стоит, страж. Вы на чужой территории. Полномочий здесь никаких не имеете. Пришли по личным делам. Девочка против твоего щедрого предложения. Даю вам полминуты попрощаться, и покиньте помещение. Нечего приличный народ беспокоить. Иначе, у вас будут проблемы с законом.
— Котенок… — проникновенно печально посмотрел на меня «кузен».
— Это правда? Ты сбежал из клана? — перебила я, не желая слушать его резоны, мало того, ошарашенная возрастом Марка.
Барс стиснул челюсти и кивнул.
— А меня, значит,1 вместо себя… — грустно усмехнулась я.
— Не верь всему, что говорят, — тихо возразил он. — У тебя будет муж, который защитит, накормит и любить будет тебя и ваших детей. Свой дом, уважение и забота соплеменников. Наших женщин берегут, холят и…
— Прости, но жить для того, чтобы рожать, я не готова, — как отрезала и с укором посмотрела на него.
— Но ведь…
— Ваше время истекло! — перед барсом словно из-под земли вырос телохранитель Марка.
Волк, накануне дразнивший Рогова, сочувствующе подмигнул мне, в душе признавая себя виноватым. По-видимому, беглый старовер не поставил в известность своих сослуживцев об истинных причинах горячего желания упечь «сестренку» в клан. Второй волк, похоже, в жизни ко многому относивший без особого всплеска эмоций, положил руку на плечо расстроенному другу и направил к выходу.
Рогов у двери обернулся, а я испугалась. Вот возьмет сейчас с досады, да расскажет, кто я такая: подделка под оборотня, светлый перевертыш. Попаданка. И тогда…
— Прости меня, котенок, — искренне, вроде бы, попросил отступник, и сразу поспешил добавить: — Цветочная улица, третий дом. Запомни. Если будут проблемы, приходи, чем смогу помогу. И без твоего разрешения никогда о клане упоминать не буду. Обещаю.
— Спасибо, — кивнула я в спину нечаянному, но, надо признать, кровному родственнику, если даже вампир подтвердил.
Мне на плечо легла теплая мягкая ладонь. Меланья прижала меня к своему боку, улыбаясь, поддерживая.
Меркул поторопился выразить признательность верховому:
— Премного благодарен, господин Марк! Недаром каждый торговец нашего района знает: пока вы над нами — мы в безопасности.
Вампир благосклонно кивнул, принимая заслуженную похвалу, потом
— Прелестное создание, вам необходимо срочно найти себе покровителя. А еще лучше — мужа, — от знакомых вкрадчивых ноток волоски на моем теле встали по стойке «смирно».
— Зачем? — осторожно спросила я, стараясь незаметно сглотнуть, чтобы смочить пересохшее горло. Мне только покровителя-а-лучше-мужа для полного счастья не хватает!
— Ничейная рысь, которая так вкусно пахнет магией… — протянул Марк, пристально, красноречиво вглядываясь мне в глаза. — Советую выбрать сильного оборотня. Например, нашего соседа Эрика Келя. Этот волк свое хорошо бережет. И не жадный.
— Благодарю за совет, господин Марк, — закрыла я тему собственного «благоустройства» и добавила тепла в голос. — И за помощь с… братом.
— Не за что. Подумай хорошенько, Ксения, — настаивал вампир, от улыбки которого привычно заныло горло, грудь и все раны, доставшиеся мне от его соплеменников во время «приветственного» ужина.
Наконец представители местной власти удалилась; и в кафе потянулись голодные посетители.
Зато вечером ежи меня обложили с расспросами. Пришлось подробнейшим образом рассказывать кто такой Рогов, как мы встретились и прочее… Cамое удивительное: супруги ни внешне, ни внутренне не проявили недовольства за то, что постоянно добавляю им проблем. Нет, они с неподдельным, добрым, отчасти детским, любопытством выясняли каждую деталь происшествия до мелочей: кто и как себя вел, стоял, говорил. Потом азартно обсуждали, словно интересное кино посмотрели и делились впечатлениями.
Мне тоже удалось вставить не дававший покоя вопрос:
— Марк обмолвился, что ему двести пятьдесят лет. Неужели, правда?
— Да, он один из старейших кровососов Сумеречного, — с некоторой гордостью подтвердила Мели. — Далеко не каждый вампир столько живет, учитывая отношение к ним магов и оборотней. Да и между собой грызутся, дай боги.
Очень надеясь, что кровососы не бессмертные, я выпалила:
— Сколько же они вообще живут? — мгновение подумав, добавила. — А другие серые?
Глава семьи, хлебнув остывающего чаю, довольно причмокнул и заговорил, наслаждаясь ролью наставника:
— Вампиры — долгожители. Однако никто точно не знает, сколько максимально они прожить могут. Мрут как мухи, в стычках. Но пока самому старому триста два года.
— А оборотни?
— У нас, увы, век не долог. Сто пятьдесят — проверено, к концу быстро дряхлеем и — к богам.
— Маги тоже сто пятьдесят живут, — вмешалась Мели, не любившая оставаться вне разговора. Правда, стареть от ста начинают, медленно, но верно. Бесятся… — протянула она с улыбкой, — но, благодаря магии, желающие умело скрывают признаки старости.