Сукины дети. Том 2

Копнинов Валерий Павлович

Президентские волнительные думы прервало хлюпанье и шмыганье носом, похожее на плачь.

– К-хэ, к-хэ! – ненавязчивым покашливанием озвучил Джон-Абдулла свою официальную позицию, выражающую непонимание причины возникновения услышанных им звуков.

– Ах, господин Президент, – раздался печальный женский голос из темноты, – я так несчастна…

«Дура! – мысленно отреагировал Джон-Абдулла. – Потому и несчастная. С такими прелестями давно нашла бы себе состоятельного дурачка и крутила бы им как хотела».

– А в чём твоя беда? – спросил

президент, оставляя свои тайные думы при себе.

– Дело в том, что я сирота, – начала рассказ блондинка. – Детство и юность мои прошли на задворках высшего общества, при скромно содержащей меня матери и вдали от отца, не ведавшего о наших несчастьях…

Рассказ блондинки прервался на этот раз бурными рыданиями.

– Печальная история, – вставил словечко Джон-Абдулла, – И чем же президент США может помочь тебе, гражданка великой страны?!

Рыдания сошли на нет, и блондинка продолжила:

– Совсем недавно мамочка моя безвременно скончалась. Умирая, она позвала меня к смертному ложу и воскликнула в агонии: «Вот твой отец! Найди его, и с ним – будешь счастлива!», а после протянула мне фотографию мужчины…

Не сдержавшись, блондинка зарыдала пуще прежнего.

– Ну, не плачь, не плачь, детка, – понимая, что разговор принимает мелодраматический характер и близок к разрешению, спокойно и почти официально, как добрый покровитель своих избирателей, заговорил Джон-Абдулла. – Я передам фотографию в службу безопасности, и они отыщут твоего утраченного отца, который наверняка будет несказанно рад вашему воссоединению. И наверняка обретённый отец восполнит твои лишения, сделав тебя счастливой…

– О! Я уверена в этом! – воскликнула блондинка.

– Вот видишь! И, может быть, я когда-нибудь встречусь с тобой, чтобы услышать историю твоего нового счастья. Мы найдём тебе отца…

– Господин Президент, – воодушевлённо перебила Джона-Абдуллу блондинка, – я уже счастлива… Я уже нашла отца!

– Да-а? – удивился президент – И кто же он?

– На фотографии, переданной мне милой мамочкой, стояла разборчивая подпись: «Любимой от Джона-Абдуллы эль Саида Оглы».

– Это от меня, что ли? – опешил президент. – Быть того не может!

– Чистая правда, господин Президент! Я – ваша родная дочь!

– Не знаю, что и сказать, – стушевался Джон-Абдулла, – а сколько лет-то тебе?

– Двадцать три…

– Двадцать три-и? – с сомнением протянул президент. – Это значит – я стал твоим отцом в четырнадцать лет?! Но…

– Тревога проникновения! Тревога проникновения! – заревели динамики, включившись одновременно с красным стробоскопом – сигналом особой ситуации.

Джон-Абдулла в сполохах света увидел на другой стороне стола контур женской фигуры, что завибрировала, теряя очертания, и, коротко вспыхнув, распалась на молекулы. Сработал встроенный нейтрализатор, действующий при обнаружении и идентификации чужеродных космических гипертел.

Когда включился свет, в противоположном кресле никого не было. А в комнате ощутимо пахло озоном.

«Вот же, дерьмо

межгалактическое! – выругался Джон-Абдулла, раздосадованный запоздалой догадкой. – Опять подсунули сгенерированное на биокристаллах изображение человека с интегрированным модулятором речи… Послание от каких-нибудь собратьев по разуму».

На столе включился скрытый в столешнице аварийный монитор, и офицер космической безопасности спешно доложил:

– Господин Президент! Сэр, нам удалось выявить незаконного пришельца из дальнего космоса…

– Понятно, понятно… – перебил Джон-Абдулла докладывающего офицера. – А в чьём образе явился пришелец? Я слышал, что они тщательно изучают историю Земли и не допускают случайностей…

– В образе некой Мэрилин Монро! – ответил офицер, скосив глаза на электронного суфлёра, видимо, не очень понимая, о ком идёт речь. – В базе данных значится как актриса кинематографа середины двадцатого века. Может, вы решите не продолжать аудиенцию?

– Нет, продолжим, – ответил Джон-Абдулла, не желая, чтобы из Чёрного дома до оппозиции дошли слухи о нарушении президентом демократических прав и свобод граждан. – Пять минут перерыв – и продолжим!

Хотя разве это возможно, чтобы восстановить силы за пять минут?

Кошмар с Техасом, начавшийся с утра, безуспешные поиски решения, невнятная рекомендация совета валить всё на «руку Кремля» вымотали президента до предела. А глупый розыгрыш пришельцев с внебрачной дочерью окончательно выбил его из равновесия.

«Да что я держусь за это кресло? – завозилась в голове мыслишка, отдающая отчаянием. – Президент Америки! Президент… Да пропади всё пропадом! Может, уйти спокойно в отставку по состоянию здоровья, чтобы без позора? Пожалуй… Вот если не найду решения до вечера – подаю в отставку и начинаю размеренную жизнь! Как там, кстати, имя это милой актрисочки? Мэрилин Монро? Нужно заказать из архива парочку её фильмов! А то заботы, заботы…»

Ситуация на планете Земля в первой четверти XXII века и в самом деле сложилась непростая. Человечество, ранее стремившееся осваивать космические просторы, не нашло в других галактиках ничего важного для собственного развития. Ничего, кроме цивилизаций, подобных земной. Со схожими проблемами, основанными на борьбе за ресурсы. И поэтому все попытки проникновения в глубины Вселенной человечество прекратило. Даже наоборот – земляне старались отгородиться от навязчивых пришельцев, предпочитая заниматься исключительно внутренними проблемами.

На всеобщем довольно тусклом фоне неплохо себя чувствовали те государства, что имели ресурсы, или те, что были похитрей. Доминировали Россия и Китай, не ввязывавшиеся ни в какие соревнования систем, а нацеленные на внутреннюю экономику. Искушённая древняя Европа с богатым дипломатическим опытом и малотехнологичная Африка, получившая довольно ощутимое развитие за счёт климата, позволяющего засеивать и собирать урожай четыре раза в год, искали расположения у стран-лидеров и находили – к взаимной пользе.