Судья
Шрифт:
— Поскольку ты любишь бегать, я подумал, что маячок необходим. — Я хватаю его и тяну, но знаю, что его не снять. И все же продолжаю пытаться. — Прекрати, пока не поранилась.
Его слова звучат решительно, но я слышу в них нотку беспокойства. Я отпускаю браслет.
— Я не какой-нибудь преступник, — бросаю я ему, и он приподнимает бровь. Мы оба это знаем, но на мгновение я это забыла.
— Если не брать во внимание заявление, которое на тебя подал твой дядя. — Он постукивает по папке на столе.
Неужели он верит во всю ту ложь, которую говорит обо мне дядя? Так вот почему Смит ведет себя так
— Он лжец, — говорю я, выпрямляясь в кресле и разглаживая платье.
— Как и большинство юристов. — Он пожимает плечами. Мне приходится прикусить губу, чтобы не рассмеяться. — Тем не менее, помимо всего прочего, тебя поймали на незаконном проникновении. Не говоря уже о том, что ты пропускаешь учебу. Насколько я понимаю, это требование, если ты хочешь, чтобы тебе досталось наследство.
— Ага, — бормочу я. Я чувствую себя плохо, но не из-за денег. А из-за того, что не закончу то, что хотел мой отец. Получить образование — это последнее, о чем он просил меня перед своей смертью.
Смит опускает обе руки на стол и наклоняется вперед, без слов привлекая мое внимание. Он понятия не имеет, что я не могу отвести от него взгляд, даже если бы захотела. Так было с тех пор, как я впервые его увидела.
— Вот как все будет.
Глава 4
Нора
Я сижу в классе и не слушаю ни слова из того, что говорит учитель. Я все еще думаю о Смите. Не уверена, что он мне нравится, поэтому снова думаю о нем как о мужчине в костюме и ничего больше. Даже если мое тело жаждет его и всю ночь умоляет меня покинуть мягкую удобную кровать, в которой он меня оставил, чтобы присоединиться к нему.
Пошлые мысли захватили власть и сводят с ума. Ящик Пандоры открыт, и именно он поднял крышку. Боюсь, что крышка никогда не закроется, и я навсегда застряну на краю потребности, которую не смогу удовлетворить.
Смит холоден, и я совсем не так представляла себе мужчину в костюме, когда мечтала о нем. Я смотрела, как он каждый день приходит и уходит из спортзала, и в моем воображении он был милым. Я не могу понять его и не знаю, чего он хочет. В один момент я думаю он хочет, чтобы я была его личной игрушкой, а в следующий обращается со мной, как заботливый родитель. Он сказал, что я должна привести свою жизнь в порядок, и вернул меня в школу. Он также дал мне работу.
После школы я помогаю ему, отрабатывая деньги, которые задолжала спортзалу за взятые у них вещи. Сегодня я должна убраться в его кабинете. Я бы убежала, если бы не браслет на моей лодыжке. К счастью, у меня есть пара джинсов, которые я могу надеть, чтобы скрыть его. Я не хочу объяснять, почему на моей ноге браслет, ребятам из школы, которые уже и так с любопытством смотрят на меня, потому что я отсутствовала две недели. Я удивлена, что они вообще это заметили, и стараюсь не обращать внимания на их взгляды.
Когда Смит
Всё в нем продолжает меня удивлять. Это освежает и пугает одновременно. Я хочу знать о нем больше и о том, что он делает со мной. Он мог бы сдать меня копам, но не сделал этого. Он теперь не только судья, а также присяжный и мой палач.
— Ты знаешь, что твой дядя искал тебя несколько недель назад? — Я вскидываю голову при упоминании дяди. Смотрю на мальчика, сидящего рядом со мной. Кажется, его имя Пол. Почти уверена, что за ним следует смехотворное двусмысленное имя с двадцатым номером в очереди на что-то.
— Я больше с ним не живу, — говорю я. — Он был зол? — Черт. Директор школы скажет ему, что я вернулась? Не уверена. Смит проводил меня в здание и подтолкнул по коридору к моему классу, прежде чем отправился в свой офис. Уверена, в какой-то момент до него дойдут слухи. Что это значит для меня, я не знаю, но далеко не уйду с этой штукой на лодыжке.
— Он думал, что ты сбежала с парнем. Хотел знать, с кем ты здесь общалась, — отвечает Пол, наклоняясь ближе ко мне. — Ты никогда ни с кем не разговариваешь.
Я пожимаю плечами, потому что это правда. Я новенькая в последний год обучения. Никто не пытался поздороваться со мной, поэтому не пыталась и я. Когда впервые попала сюда, я все еще была немного шокирована переменами в моей жизни, и, думаю, так и осталось, когда я освоилась.
Он протягивает мне листок бумаги.
— Ты можешь говорить со мной в любое время. — Он подмигивает, а затем откидывается на спинку стула. Он симпатичный, с волнистыми светлыми волосами и зелеными глазами. Думаю, он в баскетбольной команде, и я знаю, то он популярен. Может быть, до Смита, я бы подумала, что он супер, но теперь Пол не имеет никакой привлекательности. Я беру бумажку и убираю в карман джинсов, не желая быть невежливой.
Звенит звонок, освобождая меня от моей участи. Я хватаю сумку с домашним заданием, которое мне нужно сделать, и, не поднимая головы, выхожу из школы. Оказавшись на улице, понимаю, что не подумала о том, как мне вернуться в здание суда. У дяди всегда была машина, которая ждала меня.
— Мисс Нора, — окликает меня пожилой мужчина, и я оборачиваюсь, глядя, как он машет мне. Он придерживает открытую дверь черного внедорожника, и я подхожу.
— Мистер Прескотт послал меня за вами.
Я должна была догадаться. Может, он и судья, но, похоже, все юристы одинаковы. Смит делает то же самое, что делали отец и дядя, посылая людей за мной, потому что у них никогда не было времени забрать меня самим. Я сажусь на сиденье и не знаю, почему меня это волнует. Этот человек не знает меня, и он долбаный судья. Конечно, у него нет на меня времени. Я должна быть счастлива, что он дает мне место, где я могу спать, где мне не нужно беспокоиться, что кто-то прокрадется в мою комнату. Даже если хочу, чтобы Смит это сделал.