Судьбы прикосновенье
Шрифт:
Рассел с трудом отвел глаза от побледневшего лица Бетти и повернулся к Кендалу. Она ведь знала, что я должен уехать, думал он. Я никогда ничего ей не обещал.
— Понимаешь, приятель, это ведь не мой дом. Я просто был здесь в гостях, ты это знаешь. — Хотя слова были обращены к Кендалу, Рассел говорил для Бетти.
Да, ты знала, что он уедет, безжалостно напомнила она себе. Он не лукавил и сразу сказал об этом. Не трать время на всякие «если бы», у тебя его осталось очень мало. Сделав глубокий вдох, Бетти наконец овладела собой настолько, что смогла успокоить расстроенного Кендала.
— Рассел
Ведь он многому научил нашу команду, и мы обязательно выиграем.
Широко открытые янтарные глаза Бетти встретились с синими Рассела. Это был безмолвный обмен вопросами, на которые ни у нее, ни у него не было ответа.
Когда они отвели глаза, трудно было сказать кому из них тяжелее.
Они ужинали в тот вечер в маленьком итальянском ресторанчике возле торгового центра. Разговаривали о чем угодно — о религии, о политике, о работе Бетти и учебе Рассела в одном из колледжей в Европе. Бетти рассказала о своем детстве в штате Айдахо, он же поведал ей о том, как родился замысел книги «Великое Запределье» и образ Милтона, когда однажды за местом, где он находился, была установлена слежка и он не знал, как скоротать часы вынужденного безделья. Рассказал и о том, какую роль сыграл в этом его друг Григ, который, несмотря на протесты Рассела, послал рукопись издателю. Энтузиазм последнего и предложение заключить контракт на трилогию приключений Страшилы Милтона явились дня него полной неожиданностью.
Бетти благоразумно воздержалась от замечания, что писателю, в сущности, все равно, где писать свои книги, а равно и где жить.
Ее сдержанность вполне соответствовала общей атмосфере прощального ужина, во всех отношениях приятной, но несколько напряженной, когда, мило болтая на разные темы, они, однако, тщательно избегали одной, самой главной — предстоящего отъезда Рассела.
Лишь только они вернулись в дом и перешагнули порог спальни, фальшивый фасад спокойствия, за которым они пытались спрятаться, рухнул, и каждый до боли остро осознал, что это их последний вечер и последняя ночь.
Бетти, больше не в силах скрывать свое отчаяние, повернулась к Расселу и, прильнув к нему, обвила его шею руками.
— Люби меня, — прошептала она, задыхаясь, и страстно и требовательно поцеловала его. — Ты мне нужен.
— У нас есть эта ночь, — вдруг растерянно пробормотал Рассел и в испуге закрыл глаза, поняв, что его слова прозвучали как прощание.
Он покрывал лицо и нежную шею Бетти поцелуями и наконец замер, уткнувшись лицом в ее ключицу и жадно вдыхая аромат ее кожи.
— Ты пахнешь медом, — шептал он, целуя ее всю.
Их последняя ночь, думал он. А что потом?..
— Я люблю тебя, Рассел. — Для Бетти время вдруг будто остановилось. Каждая минута превратилась в вечность. Ей казалось, что она застыла на вершине утеса, а внизу — бездна, темная и манящая. Одно движение — и она весело и бесстрашно полетит вниз.
Когда Рассел уснул, Бетти все еще лежала, уставясь застывшим взглядом в ночную тьму, чувствуя, как к ней снова возвращается холодящее чувство страха и отчаяния. О, как теперь ей будет не хватать его. Сможет ли она чем-либо заполнить эту
Сдерживая слезы, она прильнула к Расселу и положила голову на его вытянутую руку. Прислушиваясь к его ровному дыханию, Бетти понемногу успокоилась. Осторожно гладя руку спящего Рассела, она уговаривала себя: у тебя была эта ночь, разве тебе этого мало?
11
Рассвет еще не наступил, когда Бетти разбудил звонок телефона. Передав трубку Расселу, она в полусне слышала короткий разговор, но так и не поняла, о чем он. Когда Рассел попросил разрешения воспользоваться ее машиной, она, будучи уверенной, что ему надо присутствовать на судебном заседании, ответила согласием и тут же снова уснула.
Когда несколько часов спустя она проснулась, Рассела все еще не было. Решив, что он не мог уехать не попрощавшись, Бетти подавила в себе готовое охватить ее чувство паники и постаралась как всегда спланировать свой день, но из этого ничего не получилось. Она лежала на кровати и бесцельно смотрела на серые тучи, затянувшие небо. На душе было так же сумрачно, как за окном.
Ей трудно было смириться с тем, что Рассел уезжает.
Ну и что из того? Разве это конец света? Она справится. Ей будет трудно, но пройдут недели или месяцы, а может, и годы, со страхом подумала она, и все забудется. Когда-нибудь она вспомнит со снисходительной улыбкой об этих апрельских днях, как о некоем весеннем безумии, капризе, не более того.
Внезапно ей захотелось плакать.
Бетти заставила себя встать, натянула самые старые, видавшие виды джинсы, такую же майку с оторванными рукавами и яростно принялась за уборку дома. Прежде всего, она поменяла постельное белье в своей спальне, потом прошлась пылесосом по ковру, вытерла везде пыль.
В одиннадцать часов утра в доме все было убрано и она заканчивала складывать в стопку только что выстиранное и выглаженное белье Рассела. Аккуратно сложив последнюю майку, она провела по ней рукой, заботливо разглаживая несуществующие складки. От слез ее удержал неожиданный телефонный звонок.
Она поспешила в кухню и поспешно схватила трубку, ожидая, что услышит голос Рассела и кошмар кончится.
— Алло?
— Бетти, это Айра. Как ты?
Сочувственные нотки в голосе Айры говорили о том, что она все знает. Видимо, Кендал рассказал о предстоящем отъезде Рассела.
— Хорошо. Рассел отправился в Сиэтл, а я занялась уборкой.
— Он уезжает, не так ли? — В голосе Айры было слишком много заботы.
— Да, уезжает, — сказала Бетти, стараясь казаться беспечной, но у нее получалось очень плохо. — Сегодня, чуть позднее, возможно.
Айру трудно было обмануть.
— Бетти, а тебе не приходило в голову попросить его остаться? Ясно как день, что он влюблен в тебя.
— Айра!..
Но ту уже нельзя было остановить.
— Да скажи ему наконец, что после него ты ни на кого смотреть не захочешь, что нечестно оставлять тебя так. Скажи, что хочешь, только не молчи! От роли великомученицы тебе не станет теплее по ночам.
Бетти понимала, что, давая поистине дикие советы, Айра желает ей добра. Но она и так еле держит себя в руках, а следуя советам Айры, окончательно сорвется.