Стуча в твоё сердце
Шрифт:
Бреду по улицам, словно зомби, вытирая слезы, размазываю туш по всему лицу. Прохожие иногда спрашивают, нужна ли мне помощь?! Разве могут они мне помочь? Мне всего девятнадцать лет! За что я переживаю боль от предательства?! Почему Игорь со мной так поступил?! А мама, я же её родная дочь?! Так много вопросов и нет ответов. Оказавшись у городского озера, присела на скамейку и долго смотрела на воду, синюю и тихую.
Выплакавши все слёзы, поняла, что просто хочу умереть. А ради чего жить, если в этом огромном мире я никому не нужна?! Встаю и подхожу к воде. Думаю, что
Вытаскиваю из сумочки телефон и смотрю на заставку. Тут я с Эммой и папой. Эмма мне как сестра. Мне будет её не хватать. А папа, Боже! Отхожу от воды подальше, начинаю опять реветь. Если я умру, что будет с отцом? Нет, пусть они умирают! А я должна быть сильной ради своего папы, теперь у меня есть только он….
Наши дни
Около часа я смотрела на наш старый особняк и вспоминала прошлое. Плакать, я уже давно не плачу. Просто, когда мне трудно, я прихожу сюда, чтобы вспомнить самый плохой день в моей жизни. Сейчас для меня это, как ритуал, для поднятия духа.
— Привет, Ляль, как дела? — Эмма вернулась поздно, я успела уже приготовить ужин.
— Всё окей! А у тебя, заметно, что всё хорошо. Вон, как глаза светятся! — подружка бросает сумочку на пол, садиться возле меня на стульчик.
— Всё-таки мечты сбываются, Ляль! — закатывает глаза, опуская голову на столешницу.
— Сегодня самый счастливый день в моей жизни!!!
— Ты едешь, как дизайнер одежды, на неделю моды в Милан? — её детская мечта.
— Не-е, — машет головой, — лучше… — телефон начинает вибрировать и, она, словно пуля, подскакивает и летит в свою комнату. Что это с ней? Пожимаю плечами, продолжаю жевать свою картошку фри.
Через полчаса моя Бимба удостоилась чести выйти из комнаты. Ела с таким аппетитом, как никогда! За все годы, что мы дружим, первый раз такое наблюдаю. Глаза блестят, улыбка на все тридцать два, ходит по квартире и поет… Не знаю, что там у неё случилось, но я рада, что всё хорошо. А когда посчитает нужным, расскажет и мне.
— Ляль, а что вчера было после того, как мы немного пошумели в ресторане? Ты помнишь? Мне граппа *(итальянская самогонка) память отшибла напрочь, но вкусная какая м-м-м!… — Бимба вспоминает вчерашний вечер.
— Не знаю, я тоже не помню, но думаю всё прошло хорошо. Мы же дома ночевали, а не в тюремной камере, — Эмма, делая смешную гримасу, положительно машет головой.
— Ляль, как у тебя дела? Только говори правду! — гладит меня по руке, склонив голову на бок.
— Вчера уволилась. Не нравится мне контора Виктора. Прикинь, сегодня уже другую предложили, но я пока думаю. Слежка как была, так и есть. Но меня беспокоит, до каких пор, они будут просто наблюдать? И что собираются предпринять? Не знаю даже, как лучше поступить?
Пытаюсь размышлять спокойно, но сердце выпрыгивает из груди. Я много думала, почему они только следят, не трогают, не угрожают? Но, и не могу найти толкового объяснения. Ведь, Игорь никогда не отличался терпением. Есть и другой вариант — мама. Наверное, деньги закончились?
Полночи не могла уснуть, прокручивала, опять,
Бимба, как увидела меня в коридоре, так и застыла! Пришлось объяснять, что это стратегический ход.
У подъезда нас ждал сюрприз!… Такой высокий брюнет с очаровательной улыбкой. По лицу подружки поняла, что это, тот самый Давид. На первый взгляд — ничего, красивый. Надеюсь, что не бабник. А то я за свою Бимбу порву! Поэтому, я и представилась, как адвокат Эммы. Пусть думает, что делает!
Оставив влюблённую парочку наслаждаться друг другом, поехала искать детектива. Уже по дороге я заметила две машины слежки. Теперь и правда надо начинать бояться.
Кружила по городу около часа. Ехали за мной, даже не скрывались! Или думают, что я глупая курица и ничего не понимаю. Подъехав плавно на перекрёсток, притормаживаю на жёлтый свет светофора. Могла, в принципе, проскочить. Но для меня важно быть первой. Смотрю в зеркало заднего вида. За мной стоят три машины и, а за ними, мои преследователи. Как только загорается красный, даю по газам! Быстро сворачиваю вправо, вжимаю педаль в пол. Подрезаю иномарку, но избегаю столкновения. Кровь кипит от адреналина! Сердце стучит словно барабан! Виляю между машинами, время от времени, поглядывая в зеркало…
— Да, вот так вам, уроды! Фу! Спасибо, Всевышний! — разговариваю сама с собой. Руки трясутся, но я сжимаю крепко руль, повторяя словно заклинание:
— Чтобы не случилось, я должна быть сильной!!!
Оторвавшись, останавливаюсь у обочины. Вбиваю в навигаторе адреса всех агентств, куда хотела обратиться. Их, кстати, у нас в городе — не так много. “КАФ” я исключила сразу. Надеюсь, что хоть кто-то поможет.
В трёх агентствах даже не стали меня слушать. Сказали, что у них очень много работы. А сейчас я жду в приёмной частного детектива, которого мне посоветовала жена Тараса.
— Проходите, Степан Аристархович Вас ожидает, — грудастая блондинка, показав свои белые зубы, приглашает в кабинет к начальнику. Киваю, прохожу в маленький и пропитаний сигаретным дымом кабинет. За столом сидит мужчина, лет сорока, с длинными, жирными волосами и сигаретой в зубах.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — улыбается, показывая свои кривые зубы. Присаживаюсь и начинаю объяснять, что мне надо! Слушал он меня внимательно, но недолго, до того момента, пока не называю фамилию Каменского. Остановил рукой меня и прикурил сигарету.