Стражи

Бруен Кен

— А ты?

— Что я?

— Везучий?

Он хрипло рассмеялся:

— По крайней мере прошло уже очень много времени с тех пор, как я был хорошим, что бы под этим ни понимать.

Из-за стены стадиона появилась стайка алкашей. Пэдриг несколько театрально встряхнулся и сказал:

— Друзья ждут меня. Может, мы еще поговорим.

— С удовольствием. — Без дикого энтузиазма, но с одобрительной интонацией.

Наконец я забрался на Салтхилл и направился по набережной. Не переставая думал

о часовых в пивной «У Грогана». Каждый день в полдень они снимали свои шапчонки и крестились. Даже склоняли головы и тихо шептали молитву.

Кроме этих стариков, словно застывших во времени, все остальное, включая жилые дома и лавки старьевщиков на Ки-стрит, было сметено новыми богатеями. Кто может измерить потерю? Я даже не помню молитву.

Когда бросаешь пить, мозги начинают работать с бешеной скоростью. В голову лезут сразу сотни мыслей.

Мимо прошли три парня, которым вряд ли исполнилось по двадцать. У каждого в руке банка пива. Я их едва не удавил. От запаха пива чуть не потерял сознание.

Как-то я наткнулся на несколько книг Кейта Эблоу. Психиатра, специалиста в судебной медицине. Он писал:

Вам необходимо выпить. Так все и начинается. Вам надо. Это ощущение всегда реально. Но ведь мне действительно нужно. Мне нужно мужество представить, что я буду делать дальше. А его у меня нет. Алкоголь позволяет на время забыть, что вы трус. Пока он действует. То, что вам нужно было представить, тем временем превращается в чудовище с когтями, и вам совсем не хочется его видеть. Затем этот монстр начинает писать тем, что вы пьете, быстрее, чем вы это в себя вливаете.

Вот и шагайте дальше.

* * *

Вспомните один из основных законов физики: на каждое действие всегда есть равное противодействие. Совершив благой поступок, вы стопорите систему. Все равно что бросить перчатку Сатане. Все силы ада могут начать гоняться за вами.

~ ~ ~

На следующий день, взбодренный прогулкой, я решил заняться своей рукой.

У меня был врач, но за годы пьянства я потерял с ним связь. Как-то я пошел к нему, надеясь получить сильные транквилизаторы, так он выгнал меня взашей.

Я даже не знал, жив ли он. Решил рискнуть.

Самый конец города. Харлей-стрит. Табличка все еще висит. Вошел, и молодая регистраторша спросила:

— Чем могу вам помочь?

— Я когда-то здесь лечился, но не уверен, что моя карточка сохранилась.

— Сейчас посмотрю.

Сохранилась.

Сестра просмотрела мою карточку и сказала:

— А,

вы служите в полиции!

Господи, как же давно это было… Она взглянула на мою бороду, и я пробормотал:

— Это маскировка.

Она ни на секунду этому не поверила.

— Посмотрю, свободен ли доктор.

Он был свободен.

Он постарел, но с другой стороны — мы все постарели. Он заметил:

— Такое впечатление, что вы воевали.

— Так и есть.

Он полностью меня осмотрел и сказал:

— С пальцев можно будет снять гипс через пару недель. Нос так и останется. Как насчет спиртного?

— Завязал.

— Самое время. Они сейчас в полиции измеряют уровень алкоголя. Сколько за день. Я, наверное, человек старой закалки, я измеряю, сколько нужно, чтобы человек пошел служить в полицию.

Я не понял, хотел ли он пошутить или сказал всерьез, поэтому пропустил его разглагольствования мимо ушей. Отпуская меня, он сказал:

— Да благословит вас Господь!

~ ~ ~

Я не пошел в пивную, подумал: «Сегодня я вполне обойдусь без наставлений Шона».

У дома встретил Линду, которая заявила:

— Даю тебе две недели на поиски нового жилья.

Мне в голову пришло множество разнообразных ответов, но я решил ее смутить и воскликнул:

— Да благословит тебя Господь!

Я смотрел спортивную передачу по телевизору, когда зазвонил телефон. Энн.

— Привет, милая! — выдохнул я.

— Джек… тут произошел несчастный случай… ужасный.

— Что? С кем?

— С Шоном… Он умер.

— О Господи!

— Джек… Джек… я в больнице. Они привезли Шона сюда.

— Жди. Сейчас приду.

Я положил трубку. Затем сжал левую руку в кулак и ударил по стене. От боли в переломанных пальцах я заорал благим матом. Я ударил еще раза четыре или пять, потом сел на пол, обессиленный болью. Мне мешал жуткий вой, но я вскоре сообразил, что сам издаю его.

~ ~ ~

Энн ждала меня у входа в больницу. Она попыталась было обнять меня, но я отстранился. Она увидела мою руку:

— Что случилось?

— Я упал и… нет, я не пил.

— Я не про это…

Я взял ее руку правой рукой и сказал:

— Я знаю. Где он? Что случилось?

— Его сбила машина и уехала с места происшествия. Врачи сказали, он умер мгновенно.

— Откуда им знать?

На третьем этаже нас встретили врач и два полицейских. Врач осведомился:

— Вы родственник?

— Нет.

Они переглянулись.

Я спросил:

— Можно мне его увидеть?

Врач посмотрел на Энн:

— Не думаю, что это удачная мысль.

— Я вас знаю?

Он покачал головой, и я продолжил: