Страж Порядка
Шрифт:
– С чего ты взял?
– А с чего бы доброму дяде, давшему прикурить прохожему, бить того по морде? Простой хулиган ударил бы сразу. Он же разозлился, когда мужик сказал «спасибо». Этим словом в колонии благодарят опущенного после совершения с ним сам знаешь чего. Следовательно, наш фигурант долго сидел в ИТК, откуда не так давно освободился, поскольку не обтёрся на воле и не избавился от зэковских замашек. А его реакция говорит о том, что он беспредельщик, баклан с приличным тюремным стажем. Вот и всё. Соображать надо.
Уже через три дня преступник был задержан, а опер, которому Манин дал дельный совет,
Нечеловеческая улыбка Харина никак не вязалась с выражением глаз, в которых застыл животный ужас. Карабин вот-вот закончит движение вверх, остановится и непременно выстрелит. Надо решаться. Однако Манин медлил. Казалось бы, перед тобой преступник с оружием, который не оставляет иного выбора, кроме как открыть огонь на поражение, поскольку если не ты его, то он тебя, но…
Им же управляют, словно марионеткой. Что толку, если сломаешь куклу, разозлившись на роль, которую она играет. Кукловоду-то ничего не сделается, а ведь это он дёргает за ниточки, заставляя марионетку вести себя именно так. И говорит она его голосом. Да вот незадача: не показывается на глаза кукловод, прячется за ширмой, откуда простой пулей его не выколупаешь.
За долю секунды до того, как полностью увидеть дульный срез карабина, Павел метнулся к Харину, выбрав целью не ополоумевшего Олега, а тёмное облако вокруг его тела. Именно в нём оперативнику виделся опасный и коварный враг, которого требовалось обезвредить. Он совершенно не представлял, как это сделать. Никакого конкретного плана в голове. Просто поддался внутреннему порыву, решив, что главное вступить в схватку, а там по ходу дела разбираться дальше, посчитав, что так будет правильно…
И в очередной раз угадал.
Прыжок получился лёгким и уж слишком стремительным. Черты Олега смазались, быстро приближаясь. Манин сгруппировался, готовый к жёсткому контакту, но неожиданно для себя не встретил сопротивления человеческого тела. Изумлённый он прошёл сквозь него, как через пелену тумана, и… столкнулся с Мраком.
Так ныряльщик погружается в воду, ударяясь грудью о дно. Но этот удар оказался гораздо сильнее, поскольку Мрак – не мёртвая речная галька с песком, пассивно принимающая пловца, а существо, способное к противодействию. Достоверно не зная, что ожидать от столь опасного для человека создания, Павел приготовился к любому подвоху, предвидя тяжёлую борьбу. Но вдруг почувствовал, что Мрак прогибается, отступая, словно испугался его решимости, пытаясь уйти, спрятаться в крутящейся за спиной воронке, через которую пришёл в этот мир.
– Страж! – показалось, или действительно послышался вопль убегающего Мрака?
«Нет, приятель, так просто ты от меня не отделаешься. Пора отвечать за свои грязные делишки», – и Паша, не раздумывая, бросился следом за клочьями чёрного марева, исчезающего в круговороте.
Не успел удивиться необыкновенной проворности, благодаря которой в одно мгновение оказался рядом со смерчем, как тут же был в него втянут. И вот теперь проносился через… Через что? Иные миры или измерения, где обитает Мрак?
Всё равно, лишь бы достать его и прижучить.
Впереди замелькал хвост преследуемого врага. Вот он! Можно дотянуться и схватить рукой.
В следующее мгновение Павел сжимал
«Надо же, здесь обыкновенный песчаный грунт»… – автоматически отметил Павел, прикладывая все силы, чтобы удержать змею.
Та отчаянно билась в конвульсиях, пытаясь уползти, выписывая широкие зигзаги, сворачиваясь в кольца и резко выбрасывая тело, как освобождённая пружина. Одна такая попытка едва не удалась, когда змея смогла-таки вырваться из цепкой хватки оперативника, но далеко уйти он ей не дал: короткое замешательство обошлось Мраку вторичной поимкой. На этот раз Манин успел обмотать хвост вокруг предплечья и держал гораздо надёжнее, не оставляя твари никаких шансов на освобождение. И, главное, он понял, как управлять собой в этом потустороннем мире. Надо попросту представить желаемое действие, и тогда оно произойдёт. Захотел схватить змею рукой – схватил, захотел держать её двумя руками – пожалуйста, держишь. Пожелай он добавить себе третью руку, появилась бы, наверное, и третья. Но необходимости пока не было, и так справлялся, только мешала бы.
Змеиная голова неожиданно повернулась к Павлу. Приблизилась почти вплотную, дыхнув ужасным перегаром, от которого брови затрещали, и запахло палёным. Из пасти раздалось шипение:
– Чего ты добиваеш-шься, Страш-ш?! Хочеш-шь сразиться?
– Хочу! – не задумываясь, коротко, на одном дыхании выкрикнул Павел, опасаясь, что на более длинный ответ может не хватить воздуха.
Рептилия издала демонический хохот, сотрясший всё мироздание, если можно так назвать клочок суши, на котором они боролись. По песку пошла рябь. И без того невысокие барханы осыпались, став ещё меньше.
– Не имееш-шь права! – с заметной весёлостью заявил осмелевший Мрак.
– Это почему? – Павел насторожился. Не хватало, чтобы всякие демоны ссылались на неприкосновенность личности или презумпцию невиновности.
– Ты не объявляеш-шь Поединка, а значит не собираеш-шься со мной драться. Так что отпус-с-скай!
В голове Манина словно щёлкнуло, запуская нужную программу. В памяти всплыли… воспоминания? Нет. Знания. Он теперь знал: чтобы не бегать за демоном, с ним надо сойтись в единоборстве. Для этого существует формула вызова. Очень простая формула, без заклинаний и мудрёных фраз. Одно слово «Поединок» заставит Мрак остановиться и вступить в схватку со Стражем. А он, Павел, и есть тот самый Страж, выпроваживающий демонов из своего мира. Значит, имеет право бросить вызов, проигнорировать который демон не в силах.
Быстро перебрав неожиданно пришедшие новые знания, Манин подумал, что Мрак оказался весьма любезен, объясняя неразумному Стражу допущенную им оплошность.
Паша не замедлил воспользоваться подсказкой:
– Тогда я объявляю Поединок! Здесь и сейчас!
За коротким ошеломлённым молчанием последовал громкий разочарованный вой змея, когда Мрак понял, что подставил себя сам. Ведь мог же догадаться про неопытность Стража и не умничать, хвастаясь перед ним знаниями местного этикета. Тогда и Поединка могло не быть. А теперь хочешь, не хочешь, а дерись.