Страж Порядка
Шрифт:
Что только ни делал он во сне: воевал, учился, разбивал и чинил машины, гонял бандитов, женился, растил детей, разводился, и прочее, прочее… Словом, проживал целые жизни в различных ипостасях, такие одинаковые и вместе с тем полностью противоположные. Но всегда и везде, будь то в густонаселённом городе или в совершенно пустынной местности без домов, автомобильных дорог и пеших тропинок, его окружали люди, в большинстве незнакомые, с которыми раньше не доводилось встречаться. Попадались, правда, и те, кого он знал, но вели они себя совсем не так, как в жизни,
Постоянное присутствие компании сбивало с толку, отвлекая внимание и не давая заметить главного. Даже когда увидел, что может менять окружающую среду на своё усмотрение, истина открылась не сразу.
Ещё какое-то время после этого Паша разгуливал по хитросплетениям многочисленных улиц, развлекаясь тем, что менял их направления, передвигал дома, делал стены прозрачными, изучая быт живущих за ними людей. С любопытством наблюдал за семейными сценами, страстной любовной игрой, бесшабашным весельем и пьяными разборками, пока до него вдруг не дошло, что всё вокруг и есть Зыбь.
Проверить догадку оказалось проще простого. Стоило позвать Балбеса…
Даже орать не пришлось, надрывая воображаемые голосовые связки. Достаточно было подумать о Страже Хаоса, пожелав оказаться перед ним, как окружающее изменилось. Исчезли гомонящие на разные голоса люди, коробки домов, ревущие автомобили.
Освобождённую площадку покрыл зелёный газон мягкой ровно постриженной травы. Посреди лужайки торчал одинокий кряжистый дуб, раскинув по сторонам огромные лапы-ветви с широкими листьями. На необъятном стволе, на уровне человеческого роста, Паша увидел глаза Балбеса, образованные двумя сучками. Само собой, разной величины. Под ними темнело небольшое дупло. «Рот», – догадался Манин.
– Привет, Мавр, – услышал он знакомое гудение, в этот раз похожее на завывание ветра в полом стволе дерева. Само дупло не шевельнулось, сохраняя округлую форму. – Хочешь в шахматы поиграть?
Между ними начал появляться квадрат игрового поля. Светлые клетки из травы, срезанной по самые корешки, а тёмные и вовсе лишены растительности – голый чернозём.
– Не думал, что Зыбь так густо заселена, – вместо приветствия пробормотал Павел, ошеломлённый сделанным открытием. Уселся, скрестив ноги, у своего края «доски» и стал наблюдать за медленно вырастающими из неё шахматными фигурами.
– А как ты хотел, – хмыкнул Балбес. – Кто-то из ваших сказал, что энергия не исчезает, а переходит из одного состояния в другое. Так оно и есть. Физическая оболочки активна, пока энергия сидит в ней, но хрупка и быстро изнашивается. Если энергетическую сущность из неё периодически не извлекать, загоняешь раньше времени. Приходится давать отдых. А куда деваться энергии на это время? Она же величина постоянная. Вот и переходит в Зыбь рядом со своим миром, чтобы тут перекантоваться.
– Почему же в прошлый раз я никого здесь не видел, когда с Мраком бился?
– Ты и теперь никого, кроме нас, не видишь. Я же сказал: «рядом со своим миром», а мы довольно далеко от твоего мира и моего тоже. Это Граница,
– Как же так? Ведь я только что находился среди людей… То есть среди их сущностей.
– Захотел встретиться со мной и переместился дальше. И я тебя услыхал, навстречу вышел. Делов-то… Тебе шах.
За разговором они не забывали об игре, но Манин делал ходы по наитию, не загружая мозг сложными комбинациями. Вот и попался. Но сейчас его интересовало совсем другое.
– Значит, за тобой возле Хаоса тоже скапливаются энергетические сущности, только из твоего мира?
– Конечно.
– И они спокойно шныряют туда-сюда, в том числе и в Упорядоченное?
– Ну… да, – с небольшой задержкой прогудел Балбес. Потом понял, куда клонит собеседник, и возмущённо зашелестел кроной. – Твои, между прочим, тоже в Хаос норовят проскочить. Правда, бессознательно. Любопытные больно. Я их быстро отваживаю, даже Поединок объявлять не надо, сами сбегают.
– Да я не в претензии, – махнул рукой Паша. – Это твоя работа. Просто получается, что Мрак, скорее всего, подыскивает себе жертвы здесь, в Зыби, цепляется к выбранным сущностям людей, вместе с которыми подселяется в их тела. Пытаюсь вкурить весь механизм проникновения, чтобы лучше с ним бороться.
– А-а, – понимающе проскрипело дерево. – Коли что надо, всегда у меня можешь спросить. Подскажу, если что.
– Спасибо. А ты, кстати, откуда столько про Упорядоченное знаешь? Бывать у нас приходилось?
– Нет. Что ты, – ветки дуба качнулись в отрицательном жесте. – С лазутчиками иногда беседовал по душам, когда понятливые попадались да не удирали сразу. Вот и расширил кругозор.
– Угу. Так, может, и в шахматы давно научился играть, а передо мной комедию ломаешь?
– До тебя об этой замечательной игре никто почему-то не упоминал. Тебе, кстати, мат…
Прощаясь с Балбесом, Манин твёрдо решил приложить все силы к вытеснению Мрака из Упорядоченного. Даже набросал общий план действий, состоящий пока из двух пунктов. В первую очередь необходимо очистить хотя бы свой район от засилья демонов. И, во-вторых, для закрепления успеха поставить в Зыби непреодолимый заслон прорыву этих сущностей в реальный мир.
Что ж, план есть, можно приступать к исполнению.
Но не таким представлял он возвращение на службу после непродолжительного отдыха. Работа быстро взяла в оборот и закрутила, не давая опомниться.
Едва Паша успел изучить последние происшествия в журнале регистрации, где не нашёл ничего серьёзного, но взял на заметку несколько фамилий для более «плотного» общения с глазу на глаз, как зазвонил телефон внутренней связи.
– Манин слушает.
– Ты вышел из отпуска? – сразу узнал голос дежурного. – Вот и хорошо. Для тебя работёнка имеется. Тут одна бабенция с мужем пришла, изнасилование заявляет. Пообщаешься?
– Валер, имей совесть, я сегодня первый день работаю. У тебя дежурный опер есть. Насколько мне известно, он на месте, никуда не задействован.