Страж ночи
Шрифт:
— Боже! — воскликнул Томазо, вкладывая меч в ножны. — Никакая девка этого не стоит.
Он отшвырнул оружие.
Следуя его примеру, остальные тоже побросали шпаги и кинжалы на палубу.
Только Адольфо, не выпуская из руки кинжал, принял боевую стойку.
— Ну, мой господин, вы принуждаете меня стрелять, — вежливо обратился к нему Кавалли.
— Вы не смеете! Если что-либо со мной случится, мой отец устроит так, что вас вздернут на площади.
— Совершенно верно, молокосос, — согласился Сандро. — Но вы-то моего позора
Мгновенно Адольфо оказался за спиной Лауры и схватил ее за волосы. Холодное лезвие прижалось к горлу.
— Ну, так что, поиграем в «Веришь — не веришь», мой господин? — в голосе Адольфо звучал триумф.
— И кто кого берет на испуг? — попросил уточнить Кавалли.
Девушка видела, как изменилось выражение лица Сандро: ярость мстителя уступила место гневу побежденного. Неужели он был готов сдаться только потому, что этот щенок из Урбино угрожал ей?
— Нет! — закричала девушка.
Она с силой наступила на ногу Адольфо. Тот взвыл от боли и запрыгал на одной ноге, но не упал и снова рванулся к Лауре.
— Хватит, Адольфо, — Марк-Антонио удержал приятеля.
Отпрыск герцога Урбинского бросил на него гневный взгляд, но сын Стража Ночи выбил из его руки кинжал и отшвырнул ногой упавшее на палубу оружие. Кинжал упал за борт. Лаура внезапно почувствовала, что ноги не держат ее, и опустилась на палубу.
В ту же минуту из тьмы вынырнул Джамал в сопровождении нескольких гребцов.
Адольфо зло выругался.
— Отлично! — заключил Сандро, отбрасывая плащ.
Внимательно взглянув на оружие, он протянул его Гвидо Ломбарде.
— Знаешь, когда-нибудь тебе нужно будет научить меня обращаться с этой штукой, — сказал он своему помощнику. Обернувшись к пленникам, Кавалли криво улыбнулся:
— Надеюсь, господа, вы не будете возражать против небольшой физической нагрузки!
Его холодный взгляд пробуравил Марка-Антонио. И столько ярости было в глазах Сандро, что Лаура даже вздрогнула.
Сын вызывающе поднял голову.
— Что вы намерены с нами сделать, мой господин?
— Пока что — заставить поработать веслами.
Его слова вызвали протестующий ропот, но все же пленные сошли вниз добровольно, хотя и с явной неохотой. Адольфо шел в сопровождении Джамала. Когда они подходили к лестнице, юноша откинулся, и только лежавшая на палубе Лаура видела, как он вытащил нож, спрятанный в башмаке.
— Джамал, берегись! — вскрикнула она.
Но тот не сразу понял, откуда ему грозит опасность. В воздухе мелькнуло лезвие, и в тот же миг гибкая темная фигура метнулась из тени и бросилась на спину Адольфо.
— Ясмин! — удивленно прошептала Лаура.
Африканка вцепилась в юношу, как кошка в мышь. Зубы впились в руку молодого человека, покрытые лаком длинные ногти прочертили темные полосы на лице мерзавца. Тот взвыл и выронил стеклянный стилет. От удара о палубу оружие разбилось, смертоносный яд растекся небольшой лужицей. Кулак Джамала, подобно молоту, опустился на голову
Чья-то тень накрыла Лауру. Она непроизвольно пригнула голову.
— Не трогайте меня! Пожалуйста…
— Тише, это я, — рядом с ней опустился на колени Сандро. — Успокойся, дорогая.
Понимая, что он не желает ей зла, Лаура все же вздрогнула от прикосновения.
— О, Боже! — прошептала она. — Нет!
— Успокойся! — голос Сандро неожиданно сорвался, несказанно удивив девушку. Такого проявления чувств Лаура никак не ожидала от Стража Ночи. Кавалли закрыл глаза и стиснул зубы.
— Слава Богу, — пробормотал он. — Слава Богу, все обошлось!
Очевидно, справившись с нахлынувшими чувствами, Сандро вновь протянул ей руку, но опять Лаура отпрянула, ужас пережитого никак ее не отпускал.
— Пожалуйста, Лаура, успокойся, — снова повторил он, — не бойся меня. Я не причиню тебе зла.
Она пыталась успокоиться, но безуспешно. Дрожь сотрясала все ее тело. Лаура не понимала, что Сандро шепчет, но тихий ровный голос обволакивал ее теплом, постепенно успокаивал.
Кавалли перерезал веревки и помог ей подняться.
Девушка, наконец, осознала, что именно он для нее сделал. Все еще всхлипывая, она упала в объятия Стража Ночи.
Глава 10
Закутавшись в мягкие шерстяные одеяла, Лаура сидела в доме Кавалли у окна. День только начинался. Над лагуной клубился густой туман и белыми змейками струился вдоль каналов и улиц, подбираясь к серым высоким зданиям. Шпили церквей будто плавали в облаках. Из тумана, подобно призракам, появлялись уборщики улиц со своими метлами на изогнутых ручках. По Большому каналу скользили несколько барж, груженых пресной водой и лесом. Трубы каминов дымились.
Лаура прижалась щекой к прохладному камню. В этот час Венеция, действительно, оправдывала свое прозвание — Наиспокойнейшая. Город был похож на безмятежную, исполненную достоинства мадонну, кутающуюся в плащ тумана. Лауру тянуло запечатлеть все на бумаге, изобразить плывущие в облаках шпили и трубы каминов, но она сдерживала себя. Стоит карандашу коснуться листа, как вихрь мыслей и чувств вырвется из души и превратит мирный рассвет в ад, где царят жестокость и насилие.
Она поежилась и бросила взгляд на Ясмин, преспокойно спящую на кровати в комнате для гостей. Сама Лаура так и не сомкнула глаз, опасаясь, что кошмар станет преследовать ее и во сне.
Из окна, расположенного ниже, донеслись сердитые голоса. «Это голоса Сандро и Марка-Антонио!» — узнала Лаура. Страж Ночи застал сына на месте преступления — отвратительного, мерзкого преступления, поэтому их отношения уже никогда не будут прежними.
Лаура не питала жалости к юноше: он заслужил гнев отца, да еще и кое-что похуже! Но боль за Сандро терзала сердце девушки. Как, должно быть, ужасно узнать, что родной сын способен на подобную жестокость!