Страж ночи

Виггз Сьюзен

Гвидо тихонько выругался. Колонна солдат инквизиции заполнила мост по всей его ширине. Длинные пики врезались в толпу, заставляя прохожих прижиматься к парапету. Марширующие воины Христа ритмичными шагами сотрясали каменный мост. Лауру толкали со всех сторон, и она ощущала терпкий запах сыроватой шерсти плащей и несвежее дыхание.

Девушка вдруг обнаружила, что они с Гвидо оказались по разные стороны колонны. Она хотела пробиться сквозь толчею к своему телохранителю, но потеряла его из виду —

шлемы солдат с высокими плюмажами образовали лес, из-за которого ничего не было видно.

Кто-то схватил ее за руку и потянул за собой.

Лаура вскрикнула, ожидая, что вот-вот почувствует укол стилета.

— Тихо! — в голосе слышался смех. — Не стоит кричать!

Изловчившись, девушка с трудом повернулась и оказалась лицом к лицу с Марком-Антонио. Она облегченно вздохнула. Юноша был весьма экстравагантно одет в короткий жакет с отделанными атласом рукавами, бархатный камзол и разноцветные шелковые рейтузы. Он напоминал собой миловидных ангелов Рафаэля.

— Как вы меня нашли?

— Я за вами следил, — пояснил Марк-Антонио и добавил, — я беспокоился о вас. Ладно, давайте выбираться отсюда! Здесь не место для встреч.

— Но…

Дородная матрона толкнула Лауру, и нахлынувшая толпа чуть не унесла девушку. Вцепившись в руку Марка-Антонио, она последовала за ним. У выхода с моста людей было меньше и им, наконец, удалось перевести дух.

— Спасибо, Марк-Антонио, но теперь мне нужно отыскать Гвидо.

— Ломбарде? — брови юноши взлетели, на лице появилась саркастическая усмешка. — Так за вами присматривает этот старый ишак? Он даже свой титул не смог удержать, связавшись с какой-то шлюхой с Арсенала, а взялся охранять вас!

В тот же миг Лаура поняла, почему отец нравился ей больше красавца-сына. Марк-Антонио притворялся добрым, будучи на самом деле мелочным и подлым человеком. Сандро же притворялся холодным и равнодушным, а в действительности был мягким и сердечным.

— Идемте же, — Марк-Антонио стащил ее по ступенькам под мост.

Лаура заупрямилась:

— Я должна разыскать Гвидо!

В глазах ее спутника мелькнуло раздражение:

— Мой отец, кажется, совершенно подчинил вас своей воле!

— Я просто не хочу доставлять неприятности Гвидо.

Марк-Антонио притянул девушку к себе ближе. Мягко взяв под руку, он помог ей ступить в поджидавшую их гондолу. А когда она опустилась на бархатные подушки, юноша обнял Лауру за плечи.

— На кой черт вам нужен Гвидо, если охранять вас буду я?

Гондольер, оттолкнувшись шестом, вывел лодку на середину канала. Лаура обернулась, глазами отыскивая Ломбарде, но из-за моста ничего не было видно.

Она сердито посмотрела на спутника.

— Нехорошо! Гвидо придется сказать вашему отцу, что он меня потерял!

Марк-Антонио

наклонился. Пристальный взгляд его манящих карих глаз смутил девушку.

— Какое это имеет значение? Он потерял, но я ведь нашел вас!

Лаура бросила взгляд на гондольера. Тот бесстрастно работал шестом, спокойно взирая на гладь воды Большого канала.

— Я хочу, чтобы вы немедленно доставили меня домой! — потребовала она.

— Только после того, как вы дадите мне одно обещание!

— Какое обещание?

Взяв ее руку, Марк-Антонио прижал узкую девичью ладонь к своей груди. Его прекрасное лицо горело, дыхание участилось. У Лауры пробежал мороз по коже.

— Я хочу, чтобы вы стали моей!

Прежде, чем девушка успела опомниться, Марк-Антонио сжал ее в объятиях и принялся жадно целовать. Поцелуи были преисполнены страсти. Лаура опешила.

— С тех пор, как мы встретились, я ни о ком другом и не думаю, только о вас! Вы затмили для меня всех остальных женщин!

Лаура отстранилась и попыталась обратить все в шутку:

— Не смешите меня, Марк-Антонио!

Но хотя его предложение было нелепым, на какой-то миг девушка представила себя женой этого красавца, и то, как она станет ежедневно встречаться с Сандро…

Краткой полет фантазии не оставил никаких сомнений насчет неприемлемости сделанного предложения.

— Вы с ума сошли!

— Вы будете моей!

— Ни за что!

Пальцы Марка-Антонио сжали ей плечо.

— Проклятье! Лаура, я люблю вас!

Слова юноши, произнесенные в состоянии крайнего возбуждения, прозвучали подобно лепету малыша, лестью выманивающего конфетку.

— Вы не можете любить меня! Мы совсем не знаем друг друга!

— Узнаете, дайте мне только такую возможность!

— Но вряд ли вам понравится та девушка, которую вы столь настойчиво стремитесь узнать поближе!

— Почему нет? Мне нравится в вас все!

— Но ваши благородные друзья станут сплетничать и, возможно, даже сторониться вас!

— Мой отец позаботится о том, чтобы пресечь сплетни.

— Страж Ночи — важный и уважаемый в республике патриций, но не Бог.

На лице юноши появилось недовольное выражение.

— Я был бы рад, если бы иногда кто-нибудь напоминал ему об этом! Он на самом деле не Бог, но я, действительно, люблю вас!

— А не измените ли вы свое отношение, узнав, что меня в детском возрасте оставила в монастыре женщина, никогда не сочетавшаяся браком с моим отцом?

— Оттого, что у вас нет родных, я буду жалеть вас и любить еще больше.

Лаура безжалостно продолжила:

— А знаете ли вы, что я куртизанка?

Его пальцы разжались, рука безвольно сползла с плеча девушки.