Страсть
Шрифт:
На этот раз она взобралась на Мускат с минимальной помощью с моей стороны. У нее начало что-то получаться, причем незаметно для нее самой. Я провел рукой по ее спине, напоминая ей, что необходимо расслабиться. Она слегка заерзала в седле, когда я дотронулся до нее.
— Ну, ну, даже не думай об этом. Мы здесь для того, чтобы заниматься, верно?
— Это довольно трудно, сэр, думать о занятии в такой момент!
Она снова слегка поерзала в седле, выражение ее лица говорило о том,
— А сейчас мы отправимся на прогулку. Стив должен быть где-то рядом. Думаю, он тут же проявит к нам интерес, если ты будешь вести себя в том же духе.
Она посмотрела на меня с явным неодобрением.
— Держи поводья так, как я показывал тебе во вторник.
Я взял поводья у самого основания и слегка натянул их.
— Давай, девочка, идем на прогулку.
Мы вышли из конюшни, и я повел Мускат к манежу.
— А теперь, солнышко, тебе нужно объехать на ней круг.
— Ты шутишь!
— Я серьезен, как никогда. Я показал тебе все приемы езды верхом. Так сделай же это!
— Иван, я не думаю…
— Пэш, ты напряжена. Расслабься, дорогая. Подумай о том, как хорошо тебе было, когда мы занимались любовью.
— Что ж, по крайней мере это меня отвлечет.
Она чуть улыбнулась.
— А теперь используй мышцы ног, чтобы заставить ее сдвинуться с места, а поводьями управляй ею. Помни, что все надо делать нежно, намного нежнее, чем в случае со мной.
Она посмотрела на меня так, будто единственным ее желанием в тот момент было слезть с лошади и поколотить меня.
— Держи себя в руках. Мускат может почувствовать твои негативные эмоции.
— Если бы это было правдой, она уже давно скакнула бы через забор.
Я рассмеялся, и в этот момент она слегка похлопала Мускат ногой. Я поспешил убраться с дороги, пока малышка не отдавила мне ногу. Я заметил удивление на лице Пэш, когда она поняла, что лошадь действительно пошла. Несколько секунд я просто наблюдал и не вмешивался. Пэш скорее инстинктивно потянула поводья так, как следовало, и Мускат повернула, при этом Пэш наклонилась в том же направлении.
— Не забывай, нежно! — прокричал я ей вслед. — Используй поводья и мышцы ног, чтобы управлять ею.
Мускат достаточно хорошо знала этот маршрут, и заставить ее пройти круг было нетрудно. Малейшее прикосновение заставляло ее двигаться в нужном направлении, и Пэш преодолела дистанцию, как настоящий профессионал. Они сделали полный круг.
— Не останавливайся. Повтори еще раз. Расслабь спину так, чтобы твое тело двигалось в такт шагу лошади.
Пэш сделала еще один круг, теперь у нее это получалось лучше.
— Ты видишь, Пэш, у тебя получается! Ты сама едешь верхом на лошади!
При этих словах выражение
Я попросил ее сделать еще один круг и только потом разрешил остановиться.
— Не дергай поводья слишком сильно, просто слегка потяни их на себя; Мускат знает, что это означает.
Пэш сделала, как я сказал, и, черт возьми, Мускат остановилась прямо около меня.
— Да ты просто прирожденный наездник!
— Да уж, в таком случае ты — королева Елизавета!
— А теперь я хочу, чтобы ты вернулась в конюшню.
— Вы на меня давите, доктор Козак.
— Я такой…
— Я знаю. Я привыкну.
— Так оно и будет. Я открою ворота. Тебе нужно будет ехать отсюда по прямой.
— По прямой, но только до тех пор, пока не придется делать крутой поворот влево, чтобы она могла пройти в дверь!
— Я пообещал Мускат угощение за эту дополнительную работу. Может, стоит и тебе пообещать ей то же самое?
— Пожалуй.
— Хорошо. Если ты заедешь на ней в конюшню, я разрешу тебе приготовить мне ужин завтра вечером.
— Это и есть угощение?
— Возможно, если ты будешь правильно себя вести.
— Надеюсь, ты любишь блюда из морепродуктов. Я планирую приготовить с ними макароны.
— Ладно, заведи лошадь в конюшню, и мы все обсудим.
Я направился к воротам, чтобы открыть их. На ее лице снова появилось выражение сосредоточенности. Я знал, что крутой поворот для нее не будет проблемой.
Иван пошел вперед, к воротам конюшни, даже не посмотрев в мою сторону, чтобы убедиться, что мне не нужна помощь. Подойдя к воротам, он остановился и скрестил руки на груди. Я знала, что Мускат пройдет слишком близко от него, если я ничего не предприму. Поэтому я наклонилась влево и потянула поводья с этой стороны. Слава Богу, она начала поворачивать.
Я не выпрямлялась, пока она не подошла к Ивану, тогда я села прямо и ослабила поводья. Слегка ткнув ее в бок ногой, я дала ей понять, что не хочу, чтобы она останавливалась. Когда же она прошла в ворота, Иван снова стал похож на кота, который только что расправился с канарейкой.
Я довела ее до того места, где на нее садилась, и натянула поводья. Она остановилась. Я сидела в седле, послушно ожидая следующих указаний инструктора. Иван подошел ко мне со спины и положил руку мне на бедро.
— Разрази меня гром! У тебя вышло. Давай я помогу тебе спуститься.
С этими словами он скользнул рукой по моему бедру до самой талии. Я вздрогнула. Он не мог не заметить этого, потому что тут же спросил:
— Тебе холодно?
— Нет. Как раз наоборот.