Страсть
Шрифт:
Я снова, наверное, уже в сотый раз, вспомнил слова Пэш, которые она сказала мне вчера утром: «Ты должен понимать, что для меня это больше, чем просто секс. Если для тебя это не так, пожалуйста, будь мужчиной, уходи, пока я не влюбилась в тебя еще больше».
Я проснулась хорошо отдохнувшей и готовой к работе. Большую часть дня я провела за компьютером, переделывая отрывок из своей рукописи, который никак не могла довести до совершенства. Сегодня у меня это получилось. Не знаю, почему
Довольная выполненным за сегодня объемом работы, я принялась готовить ужин. Конечно, урок был лишь поводом, чтобы снова увидеть Ивана, но я знала, что заниматься мне придется. Иван ясно дал мне понять, сколько именно своего внимания он собирается уделить мне сегодня. Как знать, может, завтра мне повезет больше.
Я поужинала, приняла душ и переоделась. И снова «на всякий случай» я вставила колпачок. На самом деле я не рассчитывала, что сегодня он мне пригодится, но предосторожность никогда не бывает лишней. Кроме того, я позаботилась о том, чтобы на мне были симпатичные трусики, опять-таки «на всякий случай». Мне нравилось думать, что мои приготовления не пропадут даром.
Около половины седьмого я последний раз посмотрела на себя в зеркало, взяла сумку с книгами и отправилась на ферму.
По пути мне в голову пришла мысль, что я не имею ни малейшего представления о том, что буду готовить на завтрашний ужин. Мне нужно было узнать его мнение. Может, макароны с морепродуктами будут кстати, но я должна была убедиться, что он это любит. Я не много знала о его пристрастиях, пожалуй, не считая секса, бифштекса и, конечно, лошадей. Выражение «настоящий мужчина» подходило ему как нельзя лучше, однако при этом он обладал качествами, необходимыми для того, чтобы получить докторскую степень в области английской литературы и стать профессором престижного университета. Когда впереди наконец показалась ферма Стива, я почувствовала, как меня охватывает возбуждение.
Глава 13
Я припарковала машину на том же месте, что и всегда. На этот раз я знала, какая из машин принадлежит Ивану, а какая Стиву. Я вошла в конюшню и увидела Ивана, который чистил Мускат щеткой. Он уже оседлал ее, на этот раз седло было рассчитано на одного ездока. Я почувствовала легкое разочарование оттого, что мне придется сидеть на ней одной. Он что-то говорил ей и, казалось, не замечал меня. Подойдя ближе, я услышала, как он говорит ей, одновременно проводя щеткой по ее шее:
— Хорошая девочка. Ты знаешь, что ты хорошая девочка? Ты немало потрудилась на своем веку, дорогая. Мы позаботимся о том, чтобы ты прожила остаток жизни достойно.
— Этой лошади повезло, ты так ухаживаешь за ней!
Иван даже подпрыгнул от неожиданности, как в тот раз, когда
— Боже, я не слышал, как ты вошла. Так можно до смерти напугать.
Он улыбнулся, и улыбка его была, как всегда, неотразимой.
— Извини. Я не хотела тебя напугать. Я думала, ты слышал, как я вошла.
Я знала, что это не так, но я не хотела, чтобы он подумал, будто я подслушивала.
— Наверное, я пришла слишком рано.
— Ничего страшного. Я уже начинаю приходить в себя.
Он подошел ко мне и поцеловал — скорее по-дружески.
— Как у тебя дела?
— Очень хорошо, спасибо. А у тебя как? — спросила я, проводя пальцами по его усам.
— Гораздо лучше, чем вчера вечером, благодаря тебе. Мне жаль, если я расстроил тебя этой историей со Стивом.
— Иван, если ты все еще хочешь уехать, мы можем что-нибудь придумать. Будет хуже, если ты останешься там, где ты не чувствуешь себя счастливым.
Я не хотела, чтобы он уезжал, но должна была дать ему понять, что он может это сделать.
— Мысль о том, что между нами все кончено, заставила меня подумать об отъезде. Но так как мои опасения не подтвердились, я еще побуду здесь какое-то время.
— Но ты действительно кончил со мной, уже целых четыре раза.
— Хорошо, мисс Двусмысленность, пора начинать занятие.
Он взял мою руку и подвел меня к Мускат.
— Ты готова попробовать еще раз?
— Нет.
— Что ж, ты моя особенная ученица. Поэтому тебе я посоветовал бы стараться выполнять все мои указания.
— Чтоб мне провалиться! Если я твоя особенная ученица, то остальные должны представлять собой еще более жалкое зрелище!
— Ты единственная, с кем я провожу дополнительные занятия.
После этих слов он шлепнул меня по заднице.
— Давай сделаем это!
— Я думала, мы будем заниматься верховой ездой, — сказала я, поворачиваясь к нему лицом. — Еще один такой шлепок, и Мускат придется провести вечер в одиночестве.
Он снова улыбнулся.
— Страсть моя, с тобой чертовски трудно сосредоточиться на работе.
Он обнял меня и поцеловал, как тогда, в ресторане. Я с жадностью ответила на его поцелуй. Этот урок я усвоила. Но все мечты о страстном сексе на сене лопнули как мыльный пузырь, когда он вдруг произнес:
— Ты попробуешь взобраться на лошадь самостоятельно или мне нужно тебя подсадить?
Сомнений быть не могло: мысли Пэш были заняты вовсе не верховой ездой. Ее реакция на мой шлепок, а затем и на мой поцелуй сказали мне о многом. Но несмотря на то что мне ужасно хотелось дать волю собственным фантазиям в этом направлении, я решил, что лучше следовать намеченному заранее плану. Мне необходимо было убедить ее, что мои слова никогда не расходятся с делом, поэтому я продолжил занятие.