Страсть
Шрифт:
Я замолчал и посмотрел на Пэш. У нее было странное выражение лица. Прикусив нижнюю губу, она с трудом сдерживала смех. Не выдержав, она рассмеялась.
Все еще улыбаясь, она сказала:
— Это точно, а ты поднял меня и стал поливать из шланга. По-моему, я только что снова оказалась в грязи, что скажешь? Ты польешь меня из шланга еще раз?
— Будет лучше, если ты научишься смотреть себе под ноги. Вдруг тебе понравится?
Я почувствовал, что напряжение, возникшее между нами, спадает, но должен был
— Ты сказала, я могу заполучить любую женщину, какую только пожелаю. Я никогда не пытался проверить это, но теперь я попытаюсь это сделать.
Я взял стакан у нее из рук и поставил на стол. Затем я обнял ее и сказал так искренне, как только мог:
— Пэш, я очень хочу увидеть тебя снова. Я хочу лучше узнать тебя и не против, чтобы ты лучше узнала меня. Еще слишком рано говорить о наших чувствах друг к другу или что из этого выйдет, но, если мы не увидимся снова, мы никогда не узнаем об этом.
Я наклонился и поцеловал ее.
— Почему бы нам не перекусить, пока они не выдворили нас отсюда?
— Это ты про еду? — К ней, вне всякого сомнения, вернулось хорошее настроение.
— Это я про еду, про наш завтрак. В следующий раз закажем что-нибудь другое. Теперь ведь уже нет никаких сомнений, что следующий раз состоится?
— Никаких. Только я надеюсь, что урегулирование разногласий между нами пройдет более гладко.
— Мы потренируемся.
— Кстати, который час?
Я посмотрел на часы.
— Четверть одиннадцатого. Мы здесь уже двенадцать часов.
— А кажется, что больше.
— Согласен. Это значит, что мы должны позавтракать, одеться и ехать. Стив уже, наверное, бушует. Я не хочу опоздать на дневное занятие.
— Это мужчина или женщина?
— Это молодой парень, думаю, лет семнадцати, где-то так. Он один из самых старших, с кем я занимаюсь, кроме тебя, конечно. С меня достаточно знакомства с тобой!
— Уже легче. Это будет очень нескромно, если я спрошу, есть ли у тебя кто-то сейчас?
— Да, в смысле, это нескромно, и нет, что касается того, есть ли кто у меня. А у тебя?
— Нет, уже несколько месяцев.
— Это удивительно.
— Иван, я могу попросить тебя кое о чем?
— Я сказал: завтрак и ничего больше.
— Перестань, я серьезно.
— Проси, чего хочешь. Отказать я всегда смогу.
— Я хочу, чтобы мы были честны друг с другом во всем. Я должна знать, что могу спросить тебя о чем угодно и что услышу в ответ только правду, какой бы она ни была.
— Это будет нелегко.
— Я знаю. Но я не хочу мучиться, гадая о том, что же происходит между нами. Это меня убивает.
— Я знаю. Меня тоже. Хорошо, попробуем. Но я оставляю за собой право не говорить о том, что мне неприятно. Согласна?
— Согласна. И я оставляю за собой такое право.
— Заметано. А теперь мой первый вопрос, и я
— Да, но теперь я, кажется, понимаю, почему ты это сделал. Если уж мы решили говорить только правду, то я должна признаться: я провела чудесную ночь с тобой. Я чувствовала себя Золушкой из сказки.
— А я действительно не был уверен, что у нас что-то получится, Пэш. Я просто попытался устроить все так, чтобы это произошло.
Я поднял крышку на блюде и посмотрел на яичницу.
— Да, она безнадежно остыла, но выглядит неплохо. Да и чай еще теплый.
— Ты действительно все подстроил. Я была бы полной дурой, если бы не согласилась провести ночь с тобой.
Пэш положила немного яичницы и кусочек бекона себе на тарелку, потом она съела два круассана и что-то из фруктов.
— А я, оказывается, голоднее, чем думала.
— К моему великому удовольствию.
Я подмигнул ей и улыбнулся, довольный тем, что она наконец пришла в себя. Она показала мне язык.
— Поосторожней с этим! Теперь, когда я знаю, на что способен этот язычок, завтраком дело может не закончиться!
— Не раньше, чем я задам вам несколько вопросов, доктор Козак. Теперь моя очередь. Ты когда-нибудь был здесь раньше?
— Нет. Ты была права, Стив рассказал мне об этом месте. Но он не сообщил мне подробностей. Да я и не ожидал, что перед нами откроются врата рая, когда приглашал тебя сюда. — Я залпом опрокинул в себя стакан сока и продолжил: — Свежевыжатый. Здесь есть все, чего душа пожелает.
— Это точно. Ты заказал эту комнату заранее?
— Не совсем. Я узнал, возможно ли это, но не делал заказа, пока мы не решили, что нам нужна комната. Клянусь, это чистая правда.
— Я верю тебе. Я не хочу, чтобы ты думал, будто я жалею о том, что произошло, это не так. И я рада, что мы остались здесь. Я боялась, что потом ты выбросишь меня, как ненужную вещь, именно из-за этого я так расстроилась. Со мной так бывало раньше, и я боялась, что это произойдет снова. Это так мерзко — чувствовать себя девушкой на одну ночь.
Я смотрел на нее, сидящую на кровати в одной комбинации, и не мог представить, что кто-то мог поступить с ней, как с ненужной вещью.
— Когда последний раз ты спала с мужчиной? Можешь не отвечать, если не хочешь.
— В октябре, с тех пор прошло уже около девяти месяцев. Вот это действительно было на одну ночь. После этого я решила завязать с такими связями и сосредоточиться на работе.
— Печальный опыт?
— Да, печальный опыт. Его безграничное самолюбие не оставляло его даже в постели. Я вообще была там лишней. О, он считал себя непревзойденным любовником, просто Казановой каким-то. К слову сказать, он не удостоился даже записи в моем дневнике.