Странные люди
Шрифт:
Он устроился на подоконнике, спиной к корпусу Плаксы, подставляя солнцу впирающий позвоночник. Кит подпер плечом дверной косяк, не боясь летящих во все стороны брызг. Вид у двоих был сонный и помятый, как у людей, которые дожили до долгожданного выходного и наконец-то позволили себе очень долго просыпаться.
– Если у меня отобрать книги, я схожу с ума, - призналась Немо, кровожадно выкручивая его рубашку.
– Начинаю нападать на людей и отбирать у них грязную одежду.
Пакость суховато рассмеялся, не выпуская изо рта незажженную сигарету:
–
– Когда курево закончилось, у меня тоже крышу рвало.
– Только что-то ты с веником не бегал, - усмехнулся Кит.
– Хотя на людей и правда кидался…
Пакость пнул его по ноге носком кеда, но разленившийся Кит не стал даже уворачиваться.
После вчерашней беготни это сонное утреннее умиротворение было как теплый плед промозглым вечером – хотелось завернуться в него с головой и нежиться, покуда не наскучит. День стоял солнечный, бодрый, яркий, но Немо все равно широко зевнула.
– Потерпи немного, - Кит подхватил ее зевок и передал эстафету Пакости.
– Я собираюсь на днях таки выбраться в город. И привезу тебе книг, ну и кому там чего надо…
Хоть он и не назвал настоящую причину такого решения, его поняли и так.
– Ты таки решился? Шестой вроде так ничего и не наслушал… - отозвался Пакость с подоконника, тоже сладко зевнув.
– Решился. Просто отдам билеты кому-то из родных погибшего вместе с ежедневником. Почти уверен, что он после этого от меня отстанет, - провидец прикрыл глаза и прижался затылком к мокрому дверному косяку.
– Сегодня у нас тридцатое июня? Билеты на девятое июля. Вполне успею.
– А если он не отстанет? – уточнил Пакость.
– Если нет – буду искать другой способ.
Мыльная пена втянулась в решетку слива, но часть ее осталась белым пышным островком и не желала уходить. Немо тщательно прополоскала одежду и снова отжала, свернув ее тугими жгутами. Пена таяла на ее руках, на ее волосах, пузырьки лопались, тихо потрескивая.
– Загадка плачущего корпуса разгадана, - немного грустно произнесла она, поднимая свою сочащуюся водой ношу.
– Скоро и с призраком разберемся. Даже немного печально становится… Что дальше будем делать?
– Наслаждаться жизнью вдали от цивилизации, - отозвался охотно Пакость.
– Жечь костры, печь картошку, лазить по лесу, дрыхнуть до обеда… Была б тут речка рядом – купаться бы бегали. Короче, студенты, может, для вас летние каникулы дело привычное, а для меня – подарок судьбы. Скучать не придется!
Кит, который слышал его в пол уха, неохотно приоткрыл один глаз:
– Я только так и не понял, почему мы слышали плач, когда он приближался? Спящая там с ним болтала, а до нас только рев доходил.
Немо взвесила на руке мокрую одежду и перехватила ее удобней. Ее джинсы и футболка были не суше постиранного, мокрые волосы топорщились.
– Он же больше всего боялся, что кто-то
– Это только мое предположение.
– Ты как собаку купала, - хихикнул Пакость, когда Немо пошла к лестнице, оставляя за собой мокрые следы.
Может, она была и не права, но Немо сразу подумала, что Пакость сегодня с утра тоже не раз вспомнил о Крылатом Страже, как и она о Мышкокошке.
Пакость и Кит пошли за ней, по тихому этажу, где у себя в спальне наслаждалась сладким утренним сном Спящая. Лис, сопровождаемый болтавшимися на поясе кроссовками, затерялся где-то в «Еце», а Шестой… Немо понятия не имела, где Шестой. Она видела его утром мельком, когда он вежливо отказался на ее предложения что-то ему постирать.
– Угадай, где новичок? – Пакость сел на перила и проехался до первого этажа, поджав длинные ноги.
Соскочив на пол на первом этаже, он развернулся к ним, дожидаясь, пока остальные его догонят. Серый грязный холл был самым тоскливым местом в «Еце». С тех пор, как все комнаты первого этажа были изучены Немо, все книги прочитаны, а самое интересное в лице лоскутного уродца – забрано, он стал особенно скучным. Черные провалы коридоров – тоннели Книжного Червя, опустели без своего обитателя, и теперь разве что Тук-тук-тук скользил по ним.
– И где же?
– Пытается готовить завтрак на всех, прикинь? Может, он и не совсем безнадежен.
– Если не сожжет, - добавил Кит.
– Хотя если это яичница, может, и все получится.
Немо предпочла промолчать. В ее жизни была и сожженная яичница, и угробленные макароны, и даже испорченный суп из пакетика. Для Немо не было ничего сложного в том, чтобы выполнить скрупулезно все действия, написанные в рецепте. А вот ни разу не отвлечься, выдержать все пропорции и уследить за временем – практически невозможно. В мире вокруг было слишком много чужих эмоций и увлекающих книг.
«Ец» и здесь нарушил привычные стереотипы. Две поселившиеся здесь девушки были практически беспомощны на кухне и к готовке их почти не допускали. А у мужской половины, исключая Лиса, эта сфера была площадкой для состязаний.
Пока она думала об этом, пятнистый от пыли и беспощадного времени потолок сменился небом с разбросанными по нему белыми комками облаков, а Кит остался где-то позади. Пакость все еще шел за ней следом и даже успел окрикнуть, прежде чем Немо свалилась в дыру на месте недостающей плитки.
Корпус Плаксы – запущенный и самый обычный в свете солнца, стоял, такой же, как и до того, как они разгадали его загадку. Увидев его, Немо вспомнила, что собиралась после завтрака в Беседку. Если Спящая видела настоящие города в другом «Еце», то может, пропавший кусок пирога унесли вовсе не муравьи. Это Немо и собиралась разгадать.