Странные люди

Teru Lis

Устроившись удобней и пихнув под голову маленькую самостоятельно вышитую подушку, Спящая откинулась на спину и открыла книгу наугад. В этот раз выпала Исландия. Холодные и сочные фото красот национального парка Скафтафетль благодаря качественной печати были и правда словно окошками в другую точку мира. Руку протяни - и кончики пальцев оближет холод ледника, обрызгают капли водопада, пощекочут листья берез. От одних только мыслей по коже побежали приятные мурашки предвкушения.

И Спящая протянула руку. Только прежде закрыла глаза и расслабилась, чувствуя, как уже привычно и вовсе не страшно теряют остроту слух и обоняние, а кожа почти не чувствует ни шерстяного одеяла, ни гладкой простыни. Всего семь секунд полной

тишины, тихо отсчитанных про себя. Шум дождя затих и тут же обрушился на нее с новой силой, от чего она зажмурилась и медленно подняла ресницы. Это был не дождь. Перед ней во всей своей красе пенился среди черных базальтовых ребристых колонн водопад Свартифосс. Срываясь с уступа высоко над ее головой, пенный поток с ревом вливался в каменистую чашу, украшенную по бокам сочной, хоть и редкой зеленью. Стояла она или просто парила в воздухе перед ним - Спящая точно сказать не могла. Как и всегда. И не важно, лежала она или сидела до этого. Стоило открыть глаза, и она оказывалась в вертикальном положении, вся вытянутая в струнку. Слабо, как сквозь какой-то защитный кокон, она чувствовала, как мелкая водная пыль касается ее волос и лица, а тело в одном тонком пестром платье окутывает какой-то незнакомый сухой холод, лишенный уже почти привычной пробирающей до костей сырости. Осмелев и по новой привыкнув к состоянию «призрака», как она сама это называла, Спящая откинула голову и посмотрела на незнакомое небо, сейчас чистое, яркое, умытое. Вроде бы точно такое же, как и над «Ецем» в хорошую погоду, но вызывающее совершенно другие ощущения. Исландия. Далекий край мира, в который ей никогда не добраться. Спящей захотелось взлететь и нырнуть в эту ослепительную синеву, как в озеро. Но тело ее даже в таком состоянии не было способно на это.

К сожалению, путешествие не могло продолжаться так долго, как бы ей хотелось. Может, когда-нибудь она будет спокойно плыть по улицам далеких городов, незримой и бестелесной, проводя так ночи напролет. Но пока еще рано. Она подалась назад, возвращаясь из живописного уголка обратно, в холодную комнату с облупленными стенами и паучком в углу, с которым уже успела познакомиться. Назад, шаг за шагом, хотя ноги не двигались и ступни ничего не чувствовали. Возвращение всегда проходило намного сложнее. Воздушное и невесомое тело, если это можно было назвать телом, скукоживалось, сжималось, влезая обратно в жесткую тесную оболочку из кожи, мяса и костей. Снова холод комнаты, всхлипы дождя... Спящая боялась пошевелиться первые минуты две. Ей казалось, что кожа натянута как на барабане и лопнет, выпуская наружу то, что с трудом в нее втиснулось. Она избегала думать об этом, как о «душе». Какое-то другое тело. Какая-то проекция. Которая вылетает, как шелковый шарфик из тесной упаковки, как джинн из бутылки, и очень не желает лезть обратно. И каждый раз невольно возникал вопрос: «А что будет, если я не смогу вернуться»

Спящая вытерла с лица несуществующую влагу исландского водопада и на пробу поднялась, борясь с новым приступом головокружения. И натолкнулась взглядом на Немо, застывшую возле дверей.

Сколько та, которую она искала и ждала, стояла там, остановившись в нерешительности, трудно было понять. Минуту или две, скорее всего. Вполне достаточно, чтобы понять, что застывшая в странной позе хозяйка комнаты переживает что-то необычное. Спящая подавила досадливый вздох. Она хотела бы оттянуть время и как можно дольше не рассказывать о своей силе. Просто так. Просто потому, что это сложно сделать.

Немо молчала, смотря на нее с удивлением и почти виновато. На ней было вдвое меньше пыли, чем обычно. Может, уже вытерлась и осыпалась сама, а может, она наконец вынырнула из книжного мира и обратила внимание на свой внешний вид. Темные густые волосы все никак не желали просыхать, но зато не топорщилась как обычно. Густая неровная челка тяжелой темной завесой закрывала

ей лоб до самых ресниц.

– Разбудила?
– неуверенно поинтересовалась гостья, прижимая локтем к телу все тот же томик Жюля Верна. Неумелая, но щедрая попытка дать хозяйке комнаты возможность оставить свои тайны при себе.

– Нет.

Уж слишком глупо было теперь отступать. Спящая не без усилия сняла книгу с колен и отложила в сторону, не захлопывая. Так тяжело было начать объяснения. Пусть у всех здесь свои особенности, но все они казались ей вполне реальными и серьезными, а своя же глупой и надуманной.

– Это был не сон… Это… другое.

Вопрос в тусклых зеленых глазах Немо стал более настойчивым. Повинуюсь жесту Спящей, она подошла ближе и села на одну из свободных кроватей, строго держа дистанцию. Во взгляде ее медленно зрело понимание.

– Пакость не просто так назвал тебя Спящей?

– Просто так, но в чем-то он попал в десятку, - неловкая улыбка никак не смогла скрыть ее напряжение. Спящая подумала, что бы сказали ее родители, если бы она рассказала им о своем умении. Наверное бы, грустно поулыбались и покивали. И не поверили. Списали бы на то, что их больная слабая дочка с богатой фантазией так пытается спастись от заточения в четырех стенах. Люди обладают удивительным талантом придумывать убедительные и простые объяснения необычным вещам, когда не хотят в них верить.

Она снова смущенно улыбнулась, спустила одеяло с плеч и коконом обернула вокруг ног. Чтобы оттянуть признание. Скрывать как-то не честно. Как-то неправильно. Собственная сила показалась Спящей и правда детской выдумкой, которую она придумала, поняв, что вряд ли сможет когда-то мотаться по миру с рюкзаком за плечами. И она заговорила, разглаживая ладонями одеяло и пряча взгляд. Торопливо и нервно.

– Если бы я выбирала себе прозвище, я бы назвалась Странницей. Пафосно, наверное, да? Но мне нравится… Когда-то у меня и ник был такой на одном форуме. Не важно… Я не знаю, как называется то, что у меня есть. Когда я смотрю на какое-то фото, я могу при желании переместиться туда.

Немо недоверчиво и одновременно с этим впечатлено цокнула языком.

– Нет, не физически, а как-то… как это называется? Астрально? Хотя может, это все мои выдумки.

– Ты тут, с нами. Разве это не доказательство? – тихо возразила гостья, глядя на нее из-под челки с плохо скрываемым восхищением.
– Ты во сне перемещаешься?

– Не совсем. Это сложно назвать сном. Ты прости, я совершенно не владею всеми такими терминами…

– Это что-то вроде транса?

– Да, наверное… - найденное определение заставило Спящую расслабиться и даже немного повеселеть. Теперь уже она смотрела на собеседницу с уважением.
– Эзотерическая литература?

Немо наморщила нос, как всегда, когда сдерживала смешок.

– Фэнтези. Много фэнтези. Так что, обращайся, - она с новым интересом разглядывала самую загадочную из всех обитателей «Еца».

– Тебя видят люди, если ты куда-то перемещаешься? – продолжила расспрашивать она.
– Или ты еще не пробовала?

– Кажется, нет. Наверное, я и правда невидима для них тогда. Я слышу и вижу все, что происходит, и даже слабо ощущаю ветер или камни под ногами. Но, наверное, если я окликну кого-то, кто там будет – он меня не услышит…

– А исторические фото?

– Не выходит. Только относительно свежие и четкие.

– А ты переносишься во время, которое на ней запечатлено? Или в то, которое сейчас?

Вопрос был неожиданный и непростой. Спящая задумчиво замолчала на некоторое время, рассеянно заплетая русую прядь в мелкие косички. Все же рассказывать вот так, давая собеседнику то, что его правда интересовало, было гораздо легче. Она даже на свою силу взглянула под другим углом. Не как абстрактную способность мотаться по миру, а нечто конкретное, имеющее свои ограничения и особенности.