Странные люди
Шрифт:
В комнате Немо было пусто. По-прежнему. Понимая, что сойдет с ума, если немедленно не разыщет хоть кого-то живого, кто сможет нарушить этот бредовый кошмар на яву, он вломился к Лису, цепляясь за стоящие посреди комнаты тумбочки. Одна распахнулась от удара. Прямо на ноги Пакости посыпались карандашные огрызки, и – о чудо!- на первый взгляд просто сваленные в кучу подушки и одеяла на сдвинутых кроватях сонно заворчали.
– Лис, Лисеныш…- от напряжения у Пакости сел голос. – Лис, это я. Вылезай.
Лисья
Куча оглушительно чихнула, пятка брыкнула его и пропала. Из самого центра берлоги, разбрасывая подушки и одеяла, медленно поднялась лохматая макушка. Сонные-сонные глаза – это было видно даже в полумраке, непонимающе заморгали.
– Мама еще не вышла на небо и Лис хочет спать… - глухо сообщил Лис, потирая кулаками глаза.
– Да там туман такой, что мама твоя может сегодня и не выйдет, - буркнул Пакость, сердитый на то, что не придумал повод, по которому растолкал Лиса. Просто хотелось его сейчас рядом. Теплового, живого, странного.
В этой спальне, такой же холодной и пустой, как и все остальные, было неожиданно спокойно и уютно. Страх остался за порогом. От вида сонной Лисьей головы ему самому отчаянно захотелось зевать, а еще лучше – завалиться на соседнюю кровать дрыхнуть.
Груда снова зашевелилась. Лис поднялся на колени, выдвигаясь больше из своего логова. Показались покрытые веснушками плечи, испещренные ими же ключицы и грудь.
– О-о-о-о, - непонятно по какому поводу протянул художник, смотря на Пакость абсолютно расфокусированным взглядом.
– О-о-о-о-о. Лис сейчас встает…
Что он там увидел, Пакость не спросил. А даже если бы спросил – не понял бы ничего в этих Лисовых «кружочках», «пятнышках», «полосочках». Рыжий без вопросов выбрался из постели и сопя принялся одеваться. За это его понимание, и плевать на чем основанное, Пакость готов ему Луну с неба достать.
Вот только пристроить Луну в этой комнатушке было сложновато, и Пакость решил начать с малого. Присев, собрал рассыпанные им же карандаши и аккуратно запер в тумбочку.
– Пошли на кухню, Лисеныш, - предложил он, пока рыжий искал кроссовки и в пол голоса уговаривал их больше не теряться, а шнурки не развязываться. Это чудаковатое бормотание успокаивало вместо того, чтоб раздражать.
– Пошли, а? Я тебе чай сделаю. Большую чашку. И яичницу поджарю, хочешь? И большой кусок хлеба с маслом дам. Согласен? Пошли только?
Лис выглянул из-под кровати, прижимая кроссовок к груди так, как держат любимого кота, и просиял улыбкой.
– Лис согласен! Лис пойдет!
***
– Немо не пропала.
Синий цветок газовой горелки лизал темное дно чайника. От раскрытой духовки с темнеющим
– Немо спит со Спящей в комнате, - Лис сидел на стуле, протянув к духовке ноги и руки. Его футболка медленно высыхала после короткого холодного дождика, напавшего на них в предрассветной мгле по дороге сюда.
– Они, наверное, кого-то испугались, - беспечно добавил он.
– Наверное, того, кто смотрит с потолка…
Нож соскочил с кирпичика хлеба и полоснул Пакость по пальцу. Он торопливо прижал ранку к губам, собирая кровь, и неуверенно возвел глаза к потолку - пятна и паутина, ничего особенного. В «Ец» все потолки были практически одинаковые.
Спокойный тон Лиса никак не успокоил заколотившееся в груди сердце. Что он еще узнает б этом месте?
– Кого-кого? – спросил Пакость, глотая разбавленную кровью слюну. Его одежда тоже только начала подсыхать.
– Лис не знает, как его зовут. Он просто висит на потолке над кроватью и смотрит. Лис его один раз видел.
– И стучит?
Лицо Лиса удивленно вытянулось. Рыжие ресницы захлопали крыльями потревоженной бабочки.
– Нет, не стучит. Лису не стучал. А тебе стучал?
– Нет.
Нож вонзился в черствеющий хлеб, ломая корку и рассекая мякиш. На изрезанную исцарапанную столешницу посыпались крошки. В напряженном молчании Пакость отрезал пару толстых ломтей и начал намазывать на них замерзшее масло.
– А ты откуда знаешь, куда делась Немо? – хмуро спросил он.
Хмурился не на Лиса, на Лиса нельзя было хмуриться. Просто, если не считать собственной способности, он впервые так плотно столкнулся с чем-то необъяснимым, и так и не понял, как ему на это реагировать.
– Лис тоже хотел к Спящей, - честно признался художник, глядя на него доверчиво и открыто.
– Лис уже когда-то ходил к ней, и она слушала то, что он ей рассказывал про своих друзей.
– Тебе тоже страшно было?
– Просто Лису не спалось, - он шумно выдохнул и неожиданно виновато втянул голову в плечи, глядя на Пакость так, словно на него прикрикнули.
– Можно?
– Что можно, Лисеныш?
– Можно же ходить к Спящей?
Пакость даже остановился. Он наклонялся, чтобы выключить духовку, и так и замер с согнутой спиной. Немо ему было мало, которая видит всех насквозь. Теперь еще Лис, которого он точно не собирался посвящать в свои планы. Сила Лиса до сих пор была загадкой, как и сила Спящей. Младший из них видел мир точно как-то по-другому, но сформулировать, как называется эта способность, не мог. Да и вообще чаще всего вел себя так, словно ничего особенного не умел.