Страдать, чтобы простить
Шрифт:
— Твою мать! — Джаред стал подниматься вслед за мной по лестнице. — Ты считаешь, это хорошая идея — притащить ее сюда?
— Только на одну ночь. — Я ждал, когда Джаред откроет дверь гостевой комнаты, но он только стоял и глупо таращился. — Ну давай же, открывай!
Джаред неодобрительно покачал головой:
— Поверить не могу, что ты приволок Эмму в наш дом… пьяную в хлам.
Он вошел за мной в комнату и включил
— Ты говоришь точь-в-точь как Сара, — пробормотал я и добавил: — Которая, кстати, тоже сегодня ночует у нас.
— Что? — У Джареда глаза полезли на лоб. — Да ты, наверное, гонишь!
— Расстели кровать, — тихонько хмыкнув, велел я Джареду. — Вот у тебя и появится шанс с ней поговорить. — Я бережно положил Эмму на хрустящую белую простыню.
— Знаешь, я по-другому представлял, как будет проходить наше объяснение.
Черная юбка Эммы высоко задралась, и я заметил марлевую повязку под ее правым коленом. Через повязку сочилась кровь. Я наклонился, чтобы проверить, нет ли где еще каких-нибудь травм, и у меня вдруг засосало под ложечкой.
— Тот факт, что ты форменным образом похитил Эмму, вряд ли поможет тебе с ней объясниться, — съязвил Джаред.
— Я ее не похищал, — возразил я.
Когда Джаред направился к двери, я бросил на Эмму прощальный взгляд, погасил свет и вышел из комнаты.
— Угу, ты, наверное, полагаешь, что, если бы у нее был выбор, она предпочла бы проснуться именно здесь, — фыркнул Джаред.
— Не мог же я позволить ей ночевать в вонючем мотеле за городом! Там не самое безопасное место.
— Но она, похоже, предпочитает мотель, — рассмеялся Джаред.
— Заткнись!
— Эван? Это ты? — послышался с нижней площадки голос мамы.
Должно быть, когда мы пришли, она сидела у себя в кабинете.
— Он притащил сюда Эмму! — выпалил Джаред.
Я был готов убить его. Если бы не присутствие мамы, непременно двинул бы ему как следует.
— Эван, будь добр, спустись ко мне, — произнесла она строгим тоном, и я сразу напрягся.
Джаред посмотрел на меня так, словно хотел сказать: ну что, допрыгался? Чертыхнувшись себе под нос, я обогнул его и отправился разбираться с мамой.
Я проследовал за ней на кухню. Мама едва доставала мне до груди, но обладала удивительной способностью одним взглядом заставить меня почувствовать себя пятилетним шкодливым мальчишкой.
— Присаживайся, — сказала мама и отошла к кухонному прилавку.
Я покорно опустился на табурет, сложил руки на коленях
— Почему Эмма здесь? — Мама пристально смотрела мне в глаза, и я понял: единственный способ выкрутиться — рассказать все как на духу.
— Она была в отключке. Мы с Сарой нашли ее в стенном шкафу. Я никак не мог ее там оставить. А Сара не хотела расстраивать Анну. И поэтому я привез ее сюда.
— А что будет завтра, когда Эмма проснется? — задумчиво произнесла мама. Я тяжело сглотнул и пожал плечами. Мама укоризненно покачала головой: — Эван, очень важно, чтобы ты осознавал, во что ввязываешься. Твое сегодняшнее решение повлечет за собой необходимость принимать ряд все более тяжелых решений.
— Не понимаю, о чем ты.
— Конечно, ты не мог не вмешаться, когда обнаружил ее в таком состоянии. А что потом, когда она сядет на самолет до Калифорнии? Ты сможешь отпустить ее, не зная, что с ней будет дальше? Тебе надо все хорошенько обдумать. — (Я едва заметно наклонил голову, взвешивая мамины слова.) — Придется решать. И на сей раз решение остается за тобой.
Внезапно в дверь постучались. Я соскочил с табурета:
— Это, наверное, Сара.
Сара вошла на кухню, таща за собой два чемодана, на локте у нее висела сумка-чехол, на плече — большая холщовая сумка. Я поспешно освободил ее от сумок и положил их на стул у обеденного стола.
— Сара, дорогая моя. — Мама встретила ее теплой улыбкой. — Насколько я понимаю, этот вечер ты проведешь с нами. — Она положила руки Саре на плечи и поцеловала в щеку.
— Надеюсь, вы не против? — Сара сладко улыбнулась маме и сердито покосилась на меня.
— Нет, конечно. Мы всегда рады видеть тебя в своем доме, — заверила ее мама и, повернувшись ко мне, бросила на меня предостерегающий взгляд. — Эван с Джаредом устроят тебя в лучшем виде. — (И словно в подтверждение ее слов, на пороге возник Джаред.) — А теперь, если не возражаешь, я, пожалуй, пойду к себе. Уже поздно.
Мама подошла ко мне, я наклонился поцеловать ее.
— Сейчас речь идет не только о твоей жизни, — шепнула она мне, потрепала Джареда по щеке и вышла.
Не успела за мамой закрыться дверь, как Сара нетерпеливо спросила:
— Где она? Я хочу ее видеть.
— Она наверху, — сообщил я.
Сара вихрем пронеслась мимо, даже не взглянув на Джареда.
Тяжело вздохнув, я поплелся за ней.
— Возьми вещи, — велел я Джареду; очень недовольный, он остался на кухне подбирать багаж. — Сара, а что у нее с ногой? — остановил я Сару на пороге.