Стой, ты мой
Шрифт:
А я свежий пот. Который ведрами с меня польется, едва порог клуба переступлю.
Во всем виновата Николь. Если бы она не лезла ко мне вчера со своими дурацкими конкурсами...
Со злостью, со всей силы пихаю ее локтем.
– Ай!
– она вскрикивает и с удивлением поворачивается.
– Аккуратнее нельзя?!
– Нельзя!
– рявкаю.
– И сапоги тоже! И платья! И, вообще, я переезжаю!
– Сапоги нельзя?
– выпадает она в осадок.
– И платья?
– Девушки, вы по теме так громко рефлексируете али личное?
– вклинивается Аверин. Деловня, как обычно, что-то суперважное объяснял, а мы имели наглость мешать ему, и теперь он сверкает в нас недоброй ухмылкой. При закрытых жалюзи и выключенном свете, в синих отблесках растянутого экрана, у него из бороды словно торчат клыки. Устрашающе, в подобном контексте и я уверую, что в кровати он оборотень - " Сумерки. Нахальный плагиат из России с любовью".
Николь молчит.
Он ждет ответ.
С экрана звучит смех персонажей двадцатидвухлетней давности, а реальная аудитория в тишине, как на погосте, рассчитывают на панихиду.
– Мы по теме. Поражаемся, почему такой полезный фильм такой смешной, - ляпаю, прервав паузу. Тянусь к красному высокому стакану с газировкой.
– Да? И что вас насмешило?
Пялюсь в экран, но можно не стараться, пока я отвлекалась суть ускользнула, и щас там сцена, где под торжественную музыку несут гроб, обтянутый флагом.
В тему. И комментарии не подглядеть, засада.
– Ну...Дастин Хоффман смешной. Вспомнила, как он переодевался женщиной в другой старой комедии, - мямлю.
Зря я это.
Аверин смотрит на меня несколько долгих секунд, как на идиотку. Переводит взгляд на часы. Говорит:
– Кристина, ваши любимые фильмы обсуждать времени нет, к сожалению. Осталось пять минут, у кого какие мысли? Желательно, не оффтоп.
Он садится за стол.
Я торопливо листаю отзывы на фильм.
Кто за язык тянул? Алекс строгий и не выносит глупость, и все мои предыдущие блестящие ответы он уже закопал в том гробу. Шопен, у меня горе, мне срочно нужен "Траурный марш", чтобы заглушить рыдания.
– Спасти мир нельзя, но можно попытаться, - говорит на экране Хоффман.
В поддержку мне. Точно, рано лапки поднимать. Вот неплохое мнение: " фильм о цинизме. Одна неправильная идеология меняется на другую, с ее помощью разрушаются государства..."
Подходит.
Откашливаюсь. Делаю большой глоток кока-колы.
– Короче, кино о цинизме, - доносится голос с заднего ряда.
– Одна идеология меняется на другую, а потом разрушаются целые государства.
Давлюсь газировкой.
– Егор? Вы решили к нам присоединиться?
– Аверин аж привстает на стуле.
– Мне казалось, вы спите.
– Вам казалось, - за спиной Егор громко зевает и продолжает с ленцой.
– Я в инете лазил, читал комменты на
Во мне умирает дыхание. И репутация. И саму меня пора хоронить, ибо зачёт я теперь точно не сдам.
Алекс молчит. Отрешенно дергает бороду. На автомате считаю движения: один, два, три, четыре...
Козлина Егор.
Сжимаю в руке стаканчик и оборачиваюсь. Между нами пять рядов, из них четыре пустых - заскок Аверина, студентам можно занимать только два первых и два последних, а в середине сидеть нельзя. Щурюсь. Темно, но все равно вижу насмешку, с которой парень изучает мое перекошенное лицо.
Анонс: Аверин Егор Александрович, сын препода и зарвавшийся мажор. И он терпеть меня не может. Но так открыто не гадил еще.
– Как крыса себя ведешь, - цежу.
– Наоборот, одолжение делаю. Крис, нельзя жить чужим умом, - он показательно стучит по корпусу планшета.
– Иначе останешься тупой, как пластмасса.
Остальные хихикают. Серая армия почитателей, "лишь бы примазаться, а смешно или нет - дело десятое". Даже Николь хрюкнула.
– Твоя забота границ не видит, - цокаю.
– Это из-за лета, да? Все никак не отстанешь?
В его самодовольную улыбку мой вопрос вдыхает зло. Оно захватывает еще и глаза, разгорается. Когда так смотрит - будто готов молотком тебя стукнуть - похож на отца. Он открывает рот.
Его голос тонет в пронзительной трели звонка. Партия. Ха.
Закидываю сумку на плечо, выхожу из аудитории и читаю сообщение от Линды:
Ты едешь или нет? Василина тебя ждет.
Пусть сама напишет, что надо, - отбиваю ответ.
– Я же договаривалась с ней, что днем не смогу.
Так форс-мажор, сегодня всё по высшему разряду надо,- Линда шлет улыбающийся смайлик.
– Хозяин приедет.
Хозяин?
– тоже ржу желтыми кругляшами.
– Это кто? Любитель дисциплины и связываний?
Это хозяин клуба, - припечатывает.
– Ты же с сентября работаешь, а он последний раз в августе был. Зверски строгий. Мы-то все устоявшийся коллектив, а ты новенькая. Если ему не понравится что-то - первая пойдешь лесом. Ну что? Все еще занята?
Глава 2
Кошка сдохла, хвост облез, кто слово скажет - тот её и съест
– Александр Александрович, можно звук добавить?
– спрашивает девушка с первого ряда.
Кошка ваша, Зарипова. Приятного аппетита.
Беру пульт, увеличиваю громкость.
За прошедшие полтора часа прибить студентов хотелось три раза. Если бы не Егор, никогда бы не пошёл преподавать. Атмосфера кошмара, эти дети сводят с ума. Долго думают, глупо хихикают. Тайком меня фоткают. Ну, дамы, в основном.