Ститч

Вилдер Л.

– Не беспокойтесь об этом. Я понимаю, – сказал я ей.

– Большое спасибо, – сказала девушка.

Прежде чем я успел сказать что-нибудь еще, она взяла Уайатта за руку и помогла ему выйти из кабинки. Я встал вместе с ним и смотрел, как она направилась к двери. Когда мы подошли к выходу, она повернулась ко мне и протянула руку для рукопожатия. Ее прикосновение было мягким и нежным.

– Я не знаю, как отблагодарить вас за это. Я просто…

– Без проблем. Я понимаю, – в ту же секунду, как она отпустила мою руку, ощутил потерю ее тепла.

Я

не мог припомнить случая, чтобы чье-то прикосновение так подействовало на меня, и не знал, как реагировать. Просто знал, что не хочу, чтобы она уходила, пока не узнаю, что происходит. Зная, что это не мое гребаное дело, я застыл на месте, наблюдая, как они направляются к ее машине. Я должен был оставить все как есть – позволить им выйти за дверь и никогда больше об этом не думать. Но я обнаружил, что просто не могу, и это меня удивило.

Глава 3

Рэн

Уайатт молча сел в машину. Он потянулся маленькой рукой к ремню безопасности, и мое сердце чуть не разорвалось на части, когда я заметила синяки на его маленьких руках. Не было сомнений в том, откуда они взялись, и я мгновенно осознала, что мой худший кошмар стал явью. Я молилась, чтобы подобное никогда не произошло, но в глубине души всегда знала, что этого нельзя избежать. Еле сдерживая слезы, я посмотрела на его милое личико.

Меня убивала мысль о том, что отец причинил боль собственному сыну, и все во мне кипело, хотелось взять Уайатта и убежать как можно дальше от Майкла. Я должна была убедиться, что подобное никогда больше не повторится. Уайатт был таким чудесным ребенком. Он наполнил мою жизнь счастьем, и я просто не могла понять, как Майкл мог поднять на него руку.

В голове крутились сотни вопросов. Мне отчаянно хотелось расспросить сына о том, что произошло, но я знала, что должна действовать очень осторожно. Если он подумает, что я расстроена, то замкнется в себе, и я никогда не узнаю, что произошло.

– Мне очень жаль, что миссис Дэниелс пришлось оставить тебя сегодня вечером, приятель.

– Все в порядке. У нее были семейные проблемы, – ответил он, глядя в сторону закусочной. Что-то на мгновение привлекло его внимание, заставив повернуться в другую сторону и посмотреть поближе. Прошло несколько секунд, он снова посмотрел на меня и сказал: – Она плакала.

– Да. Она не оставила бы тебя, без крайней необходимости. Как только она позвонила мне, я пришла за тобой. Мне очень жаль, что я не смогла забрать тебя раньше.

– Все в порядке. Я знал, что ты придешь, – сказал он уверенно, убеждая меня, что я не подвела его.

Малыш никогда не переставал меня удивлять. Даже когда все полетело к чертям, он мог видеть положительную сторону вещей.

Я медленно выехала на шоссе и направилась к дому. Грудную клетку сдавливало от беспокойства, поэтому я сделала еще один глубокий вдох, чтобы успокоиться. Наблюдала, как Уайатт начал

теребить молнию на своей куртке. Казалось, он вовсе не обращал внимания на все произошедшее. Я не хотела напоминать ему об этом, но мне нужно было знать, что произошло в доме Майкла сегодня вечером. Сделав еще один глубокий вдох, я изо всех сил постаралась успокоить свой голос, и спросила его:

– Расскажешь, что случилось с твоим отцом, дружок?

Уайатт отвернулся от меня, глядя в окно, и почти без эмоций сказал:

– Он разозлился, и я ушел, – его маленькие плечи опустились, когда он вспомнил о том, что произошло.

Я не могла видеть его таким несчастным. Мне просто хотелось протянуть руку и обнять его, прогнать боль, которую он чувствовал, но до дома оставалось еще несколько миль.

– Почему он разозлился? – продолжила расспрашивать я.

Парень пожал плечами и ответил:

– Не знаю. Он разговаривал по телефону с бабушкой, а потом начал говорить все эти очень плохие слова. Затем он бросил телефон на стол и начал кричать на меня.

– Что отец тебе говорил?

– Я не помню, – соврал он.

Уайатт мог запомнить каждую мелочь, каждое слово любого разговора. Я знала, он точно помнит, что сказал его отец, но не понимала, почему он не хочет рассказать этого мне.

– Так вот почему ты ушел? – переспросила я.

– Да. Ты сказала мне уйти, если случится что-то плохое.

– Ты прав, все так. – Я мягко сжала его руку. – Ты поступил правильно. Я горжусь тобой.

Он посмотрел на меня и спросил:

– Я могу поиграть, когда вернусь домой?

– Да, конечно, но только недолго. Тебе нужно принять душ перед сном.

Уайатт замолчал. Мне хотелось узнать гораздо больше, например, откуда эти синяки, но я решила не углубляться в подробности прямо сейчас. Он уже достаточно натерпелся сегодня.

Как только я припарковала машину на подъездной дорожке, повернулась к нему и спросила:

– Ты обнимешь свою мамочку?

Не отвечая, он протянул руку, обнял меня за шею и крепко сжал.

– Я люблю тебя, мама.

Все еще крепко держа его, я сказала:

– Уайатт... у тебя синяки на руках.

Глядя на синяки, он вырвался из объятий.

– Все не так уж плохо, мама.

– Меня это немного беспокоит. Можно мне их сфотографировать? Я просто хочу убедиться, что все не станет еще хуже, – спросила я, залезая в сумочку и вытаскивая телефон.

– Хорошо, – ответил он, протягивая мне руки.

Как только сделала пару снимков, он выскочил из машины и побежал к входной двери. Я посмотрела на свой телефон и убедилась, что фотографии были четкими. Я знала, что мне понадобятся доказательства, чтобы больше не подпускать Майкла к Уайатту.

После приезда домой он провел полчаса, играя в свою игру, а затем сказал мне, что пришло время принять душ. Отправив его в ванную, решила позвонить миссис Дэниелс и узнать, как поживает ее муж, а заодно и рассказать о том, что случилось с Майклом.