Стажеры
Шрифт:
Услыхав слово «рано», Пеньков вздрогнул и посмотрел на часы.
— Ох, мать честная, — пробормотал он, вылезая из-за стола. — Я уже две звезды здесь с вами просидел. — Тут он посмотрел на Наташу, открыл рот и торопливо сел. У него было такое забавное лицо, что все, даже Сергей, засмеялись.
Матти вскочил и подошел к окну.
— А ночь-то какая! — сказал он. — Качество изображения сегодня, наверное, наводит изумление. — Он оглянулся через плечо на Наташу.
Феликс оживился.
— Наташа, —
— А как же вы… Вам ведь пора идти… — Наташа покраснела. — Я хочу сказать, что обычно вы в это время уходите…
— Чего нас сторожить? — сказал Матти. — Я и сам могу посторожить. У меня все равно камера полетела.
— Так я пойду одеваться, — сказал Пеньков.
— Ну ладно, — уступила Наташа. — Во изменение моего приказа от семи часов вечера…
Пенькова уже не было. Сергей тоже поднялся и, ни на кого не глядя, вышел. Матти стал собирать со стола.
— Давайте я помогу, — предложил Феликс и аккуратно засучил рукава.
— А что тут помогать, — возразил Матти. — Пять чашек, пять тарелок…
Он взглянул на Феликса и осекся.
— А это зачем? — спросил он с удивлением. На правом и левом запястье у Феликса было по две пары часов. Феликс серьезно сказал:
— Это тоже одна гипотеза. Так вы сами помоете?
— Сам, — сказал Матти. «Странный все-таки парень этот Феликс», — подумал он.
— Тогда я пойду, — сказал Феликс и вышел.
Рация в углу комнаты вдруг зашипела, щелкнула, и густой усталый голос сказал:
— Первая, говорит Сырт. Сырт вызывает первую.
Матти крикнул:
— Наташа! Сырт вызывает.
Он подошел к микрофону и сказал:
— Первая слушает!
— Позовите начальника, — сказал голос из репродуктора.
— Одну минуту.
Вбежала Наташа в расстегнутой дохе и с кислородной маской на груди.
— Начальник слушает, — сказала она.
— Еще раз подтверждаю распоряжение, — сказал голос, ночные работы запрещаются. Теплый Сырт окружен пиявками. Повторяю…
Матти слушал и вытирал тарелки. Вошли Пеньков и Сергей. Матти с интересом следил, как у них вытягиваются лица.
— …Теплый Сырт окружен пиявками. Как поняли меня?
— Поняла вас хорошо, — расстроенно сказала Наташа. Сырт окружен пиявками, ночные работы запрещаются.
— Спокойной ночи, — сказал голос, и репродуктор перестал шипеть.
— Спокойной ночи, Пеньков, — сказал Сергей и стал расстегивать доху.
Пеньков ничего не ответил. Он сердито засопел и ушел в свою комнату.
— Так я пойду, — сказал Феликс.
Все обернулись. Он стоял в дверях, маленький, крепкий, с непропорционально большим карабином у ноги.
— Как пойдешь? — сказал Матти.
Феликс показал пальцами, как он пойдет.
— Ты с ума
Феликс удивленно улыбнулся.
— Да что это с тобой?
— Вы слыхали радио? — быстро спросила Наташа.
— Да, слыхал, — сказал Феликс. — Но коменданту Сырта я не подчинен. Я же Следопыт.
Он натянул на лицо маску, опустил очки, махнул рукой в перчатке и вышел. Все остолбенело глядели на дверь.
— Как же это? — растерянно сказала Наташа. — Ведь его съедят…
Сергей вдруг сорвался с места и, застегивая доху, кинулся вслед.
— Куда?! — крикнула Наташа.
— Я подвезу его! — на ходу откликнулся Сергей и захлопнул дверь.
Наташа побежала за ним. Матти схватил ее за руку.
— Куда ты, зачем? — спокойно сказал он. — Сережа правильно решил.
— А кто ему позволил? — запальчиво спросила Наташа. Почему он не слушается?
— Надо же человеку помочь, — рассудительно сказал Матти.
Они почувствовали, как мелко задрожал пол. Сергей вывел краулер. Наташа опустилась на стул, сжала руки.
— Ничего, — сказал Матти. — Через десять-пятнадцать минут он вернется.
— А если они бросятся на Сережу, когда он будет возвращаться?
— Не было еще такого, чтобы пиявка бросилась на машину, сказал Матти. — И вообще Сережка был бы только рад…
Они сидели и ждали. Матти вдруг подумал, что Феликс Рыбкин уже раз десять приходил к ним на обсерваторию по вечерам и уходил вот так же поздно. А ведь пиявки каждую ночь водятся вокруг Сырта. Смелый парень этот Феликс, подумал Матти. Странный парень. Впрочем, не такой уж и странный. Матти посмотрел на Наташу. Способ ухаживания, может быть, действительно немножко странный: робкая осада…
Матти поглядел в окно. В черной пустоте видны были только острые немигающие звезды. Вошел Пеньков, неся в руках кипу бумаг, сказал, ни на кого не глядя:
— Ну, кто мне поможет графики вычертить?
— Я могу, — сказал Матти.
Пеньков стал с шумом устраиваться за столом. Наташа сидела, выпрямившись, настороженно прислушиваясь. Пеньков разложив бумаги, оживленно заговорил:
— Получается удивительно интересная вещь, ребята! Помните закон Дега?
— Помним, — сказал Матти. — Секанс в степени две трети.
— Нет тебе на Марсе секанса две трети! — ликующе сказал Пеньков. — Наташ, посмотри-ка… Наташа!
— Отстань ты от нее, — сказал Матти.
— А что? — шепотом спросил Пеньков.
Наташа вскочила.
— Едет! — сказала она.
— Кто? — спросил Пеньков.
Пол под ногами снова задрожал, потом стало тихо, звякнула шлюзовая дверь. Вошел Сергей, сдирая с лица заиндевевшую маску.
— Ух и мороз — ужас! — сказал он весело.
— Где ты был? — изумленно спросил Пеньков.