Стая
Шрифт:
– Ш-ш-ш, – прошипел мужчина и пахнул на нее таким смрадом, что Кота почти потеряла сознание. Жаль, что ладонь не закрыла и нос.
Покачнувшись, пришелец убрал руку. Но, чтобы попытаться удержаться на месте, тут же облокотился о коленку девушки.
– Врадес?! – изумленно прохрипела Кота. – Что с тобой? Что за странный запах? Ты ранен? Ты заболел?..
– Ш-ш-ш, – ладонь вновь метнулась к лицу Коты, но мужчина не рассчитал силы и залепил сестре пощечину.
Вновь покачнувшись, он ухватился за ворот белоснежной рубашки девушки. С трудом сфокусировав взгляд на кулоне, истерически расхохотался.
– Уварос, видимо, был прав – он обкурился алги! – испуганно прошипела девушка и нащупала за спиной острый кинжал. Если брат вновь попытается ее убить, она хотя бы постарается защититься. О том, чтобы спастись, не было и речи, ведь Кота прекрасно знала, насколько он опасен, как противник.
– Что-то вроде, – неожиданно добродушно хмыкнул Врадес, усаживаясь на полу и отчаянно тряся головой. Пепельные волосы грязными клочьями старой пакли легли на лицо. – Огненная вода селян оказывает странное воздействие… но хотя бы отгоняет воспоминания. Хи! Так ты действительно отхватила Сердце клана? Глупая соплячка!
– А, – поняла Кота, еще немного отступая от пьяного брата, – вот в чем дело! Кродос рассказывал об этой гадости, превращающей даже лучших воинов в беспомощных свиней…
– Дура, – просто ответил Врадес. – Чтобы сделать беспомощным меня, ведра этой мерзости маловато…
– Дура? – обиженно повторила Кота. Как бы раньше не обзывался брат, произносить подобные слова все же считал ниже своего достоинства.
– Конечно, – с удовольствием подтвердил он. – Была бы умная, держалась бы от этой железки подальше! Дай ее мне! – Врадес качнулся вперед и повалился в ноги сестры.
Взвизгнув, та метнулась к выходу, перепрыгивая через распластавшегося мужчину. Но он и не пытался догонять. Убедившись в этом, Кота остановилась и осторожно заглянула внутрь землянки. Врадес лежал в том же положении, а через секунду до слуха девушки донесся мощный храп.
– Ты в порядке?
Кота испуганно взвилась, но, увидев голубоглазого Кродоса, нервно рассмеялась. Брат был совершенно трезв и смотрел с тревогой.
– Более-менее, – она неожиданно почувствовала слабость в ногах и прислонилась к насыпи. – Что-то неладное творится с Врадесом. Он хотел забрать кулон, но заснул…
– После ведра самого вонючего пойла селян я рассчитывал, что он заснет прямо на месте. Но стоило отвлечься, как пройдоха тут же сбежал. Я сразу понял, что он пошел к тебе, – осуждающе качнув русой головой, Кродос бережно поддержал сестру и помог дойти до гладкого бревнышка. – Но он все равно не забрал бы Сердце клана. Просто не смог бы…
Усадив ее, отбросил старый котелок в сторону и, согнувшись в три погибели, быстро раздул тлеющие угли, подбросив в разгорающийся костер несколько сухих веток. Кота зябко поежилась, пережитый страх дал о себе знать.
– Почему все ведут себя так… странно? – чуть не плача, прошептала она. – Что такого в этом ершистом кулоне? Если все так недовольны, что Сердце досталось мне, пусть кто-нибудь его заберет, мне не жалко!
Сорвавшись, заревела в голос и уткнулась в ладошки, пряча лицо. Кродос неповоротливо опустился рядом и успокаивающе погладил сгорбившуюся спину сестры.
– Тебе
– Проклятие? – насторожилась Кота, приподнявшись.
– Хранители не отличаются длинной и счастливой жизнью, – грустно улыбнулся голубоглазый парень. – Особенно, в последнее время. Редко кто протянул больше пяти лет…
Сердце облилось кровью, дыхание перехватило. Так она умрет? Слезы мгновенно высохли, Кота мелко затряслась от страха.
– Но я не хочу умирать, – еле вымолвила она помертвевшими губами.
– Никто из нас не хочет, чтобы ты умирала, – покачал головой Кродос. – Ломлес даже чуть не нарушил традицию, хотел забрать страшный талисман себе. Но никто из нас не имеет право это делать – Мотас передал сердце тебе…
– А если я так же передам его кому-нибудь? – с надеждой спросила Кота, глядя на брата снизу вверх. – Ты говоришь, что каждый мечтает его носить…
– Мотас не был хранителем, – с отвращением сплюнул Кродос. – Кишка тонка! Он так и не примерил кулон.
– Так почему вы позволили мне надеть сердце? – чуть не вскричала Кота. – Почему не остановили?
Он тряхнул русой головой и пристально посмотрел на сестру.
– Втайне каждый надеялся, что ты окажешься той самой…
– Самой… кем? – растерялась девушка.
Кродос тяжело вздохнул и пересел на землю, опершись спиной о бревно. Лица их поравнялись. Рассеянно подкинул в затухающий костерок пару веток и посмотрел на светлеющее небо.
– Когда-то, – с трудом начал он, словно преодолевая жгучее желание ничего не рассказывать, – существовал древний клан солнечных волчиц. Все стаи подчинялись ему. И испытание давали именно избранные. Волчицы были особенными… полными таинственной силы. – Он обжег сестру холодным взглядом голубых глаз. – Непостижимой, древней силы… доступной лишь женщинам. Да, Кота, клан состоял исключительно из волчиц, как остальные стаи – только из волков, воинов. Ты стала исключением впервые за много лет, я до сих пор не верю, что такое возможно. Мы надеялись, что Сердце клана выберет тебя, как продолжательницу рода… и боги могли дать тебе имя Шактир. Раньше властительницей становилась девочка, рожденная от солнечной волчицы из клана. Увы, Сердце не открылось тебе. Ты – только шакти…
Он помолчал, собираясь с духом, а Кота затаила дыхание, не в силах выдержать паузы. Дрожащими руками сжала кулон на груди. И не понимала, Сердце ли пульсирует в ладонях или это оживает древняя легенда.
– Локки, – горько проронил Кродос. Скривившись, пошевелил палкой угли: – Они не могли смириться с силой клана. Ведь он мог бы и всех магов со свету сжить. Властительницы, не церемонясь, часто вмешивались в темные делишки локки, назначая испытания для щенков. Каждый такой случай маги считали плевком в их сторону. Клану в то время не было дела до зарвавшихся колдунов, древний закон давал право на жизнь всякой твари. Но маги такого права властителям не дали. Гнусная, тайная травля на представительниц древнего рода продолжалась долгое время. И вот, когда прямая наследница осталась только одна, маги объединились и принялись выслеживать девочку еще яростнее…