Стая
Шрифт:
— Ясно.
— Стрелять умеешь?
— В детстве в тир ходил.
Маркелов издал короткий нервный смешок, тем самым, обратив на себя внимание Монахова.
— Уже хорошо. А у нас здесь свой тир есть. Ну, тебе потом Андрей все покажет. Пойдем знакомиться с парнями. Не со всеми, конечно. Занимаются они в свободное время. Кто-то больше, кто-то меньше. Группы меняются, состав, бывает, тоже. Постепенно всех узнаешь.
— А кто следит за обновлением состава?
— Ты и будешь следить. Искать никого не надо, тебя сами найдут. Просто нужно посмотреть, подумать, что собой представляет
— Для того чтобы понять, нужен ли нам тот или иной человек, мне, в принципе, нужно знать, кто конкретно нам нужен.
— Правильно мыслишь. Значит и остальное секретом не будет.
— Тогда, прежде чем мы пойдем, можно вопрос? — Монахов кивнул и Денис продолжил: — Для натаскивания можно легко найти профессионального тренера. Почему я? Мы оба понимаем, что это, мягко говоря, глупо.
— Ты молодец, что столько вопросов задаешь. Человек должен знать, где находится. Потому что тренер — это просто тренер, а мне нужно больше. Меня не интересует, за сколько Ваня или Витя пробежит стометровку, мне важно — как быстро он соображает.
— Все понятно.
Денису, действительно, все стало понятно.
Монахов направился к двери, Денис вышел тоже. Андрей наконец оттаял и двинулся следом. Тонкие ниточки, зародившегося между ними взаимопонимания, оборвались.
Шаурин помнил расположение залов в здании и их количество. Сомнительно, что весь комплекс использовался только для тренировки наемников. Это попросту нерентабельно. Недвижимость, тем более, коммерческая, должна приносить доход. А если не доход, то окупать затраты на содержание должна точно. Они зашли в большой спортзал, визуально разделенный на две части. В одной были установлены тренажеры, а вторую устилали темно — зеленые маты.
Как только Монахов переступил порог, находящиеся в зале мужчины бросили тягать железо и устремили свои взоры на шефа. Постепенно взгляды, зажигаясь любопытством, переползли на Шаурина. Среди мужчин Денис сразу заметил Карпова. Во-первых, белая повязка на запястье привлекла внимание, во-вторых, его рожу он во век не забудет.
— Познакомьтесь, Денис Алексеевич Шаурин. Прошу любить и жаловать. Он будет вашим тренером, наставником, инструктором. Называйте, как хотите. Теперь он здесь Бог и царь.
Такое вступительное слово Дениса не порадовало. Это было сказано не для того, чтобы установить доброжелательный дружеский контакт. Никто не примет чужака, не станет называть его по имени и отчеству. Никто не подчинится пацану, который появился неизвестно откуда. Одно дело знать, что перед тобой брат Монахова, другое — видеть неизвестного, ничем не отличившегося малолетку. Не важно, что Монахов привел его сюда сам и наградил такими «титулами». Для всех он обычный малолетка, хотя большинство не многим старше его самого.
В своих рассуждениях Денис не ошибся. На лицах замелькали кривые многообещающие улыбки. У Карпова она была всех ярче.
Монахов вышел из зала, Маркелов бросился вслед за ним. Вероятно, решился все же на парочку интересующих его вопросов. Сегодня он действовал как прилипала — небольшая рыбешка, сопровождающая акулу, в надежде нахаляву отхватить смачный кусок.
Денис не побежал
— Денис Алексеевич… — злобно и язвительно сказал Карпов, выражая открытую насмешку и неприязнь. Проговорил негромко, но достаточно, чтобы Денис услышал, да и все остальные тоже.
Не раздумывая, Шаурин подошел к нему и тот сразу же поднялся со скамьи, чтобы столкнуться с ним нос к носу. Хотя нос к носу в прямом смысле не получилось — Карпов был ниже.
— Хороший у вас «айболит», профессионально тебя заштопали. Красавец, — саркастически усмехнулся Шаурин, сверкнув глазами, безбоязненно нарушая пространство между ними, смело вторгаясь в так называемую интимную зону, почти касаясь его грудью и наступая на мыски.
Озверевший Карпов, у которого ноздри раздувались и, образно говоря, пар из ушей валил, ожидал от Дениса открытой агрессии, но никак, что тот протянет руку и похлопает его по щеке. Да еще так пренебрежительно. От такой наглости Карпов потерял дар речи и забыл, для чего поднялся с места.
Денис внешне не выразил своего состояния, не дернулся, не отступил, но внутри весь напрягся, ожидая реакции, не отрываясь от наглеца, попутно краем глаза отслеживая шевеления по другую сторону.
— Я бы на твоем месте даже не пытался, — предупреждающе сказал, когда Карпов открыл рот. — Следующий раз Папы рядом не будет и рука у меня соскользнет. — Впился взглядом в располосованную щеку и через секунду отошел. — Приятно познакомиться. Надеюсь, мы подружимся, — зычно сказал, обращаясь ко всем.
— А если нет, Денис Алексеевич? — спросил кто-то с издевкой.
— А если нет… — посмотрел на Карпова и вернулся к говорящему: — А оно вам надо? Ну? Соображайте. Думать здесь буду я.
Ответа, собственно, он не ждал, потому круто развернувшись, вышел из спортзала. Еще некоторое время парни слышали звук его удаляющихся шагов по мраморному полу. Дольше, чем обычно слышатся любые другие. Все благодаря тому, что снашиваемые углы каблуков были подбиты железными пластинами, — единственная возможность проносить туфли дольше, чем месяц. Неудивительно, при такой комплекции.
По коридору Шаурин шел уверено. Во-первых, потому что этот центр знал, как свои пять пальцев, а во-вторых, потому что первый шаг на новом пути был сделан безболезненно. То, что дорога окажется сложной, он предполагал, но что обернется все именно так — совсем нет.
Как он и чувствовал «инструктор» совсем не отражало всего того смысла, что приобрело это понятие после сегодняшнего разговора с Монаховым. Прибавить сюда и новые обязанности… Получается, что на нем не просто тренировка и натаскивание, а силовой контроль. А это куда сложнее и опаснее. А главное, помогать ему в этом никто не будет. Но отступать он не намерен. Монахов уже двинул его вперед, пусть и удружил, представив по имени отчеству. Но разуверять публику и считать себя со всеми на равных Шаур не собирался. А сейчас он уже, может быть, не намного, всего на полшага, но впереди.